Приветствую Вас Гость
Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: investigator, tatyankaWraith  
Форум » Final Fantasy » Фанфики по "Final Fantasy" » Дети второго пришествия: в осаде (Вторая часть пост-канона.)
Дети второго пришествия: в осаде
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:20 | Сообщение # 1
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
Название: «Дети второго пришествия: в осаде».
Фандом: Final Fantasy VII, Final Fantasy VII: Advent Children, Compilation of Final Fantasy VII.
Автор: investigator.
Бета: Microsoft Word 2003.
Гамма: добровольцев нет.
Рейтинг: R.
Пейринг: Сефирот/Генезис, ОМП/ОЖП (массовка).
Жанр: пост-канон, экшн, ситуационная комедия, повседневность, крипипаста.
Краткое содержание: Пока Клауд, Генезис и остальные думают, как вытащить Сефирота из лап секты «Дети второго пришествия», тот затеял свою игру…
Дисклеймер: от всех прав отказываюсь и профита не имею.
Размер: макси.
Статус: закончен.
Предупреждения: ООС, AU, ОМП, ОЖП, специфический хэдканон, элементы гета и слэша.
Примечание: «Дети второго пришествия» частично списаны с тоталитарной деструктивной секты «Ветвь Давидова». Зверь Обоснуй пристрелен.


«We dare not leave him to his own devices.
His half-witted fans
Will get out of control». -
«But how can we stop him?
His glamour increases.
By leaps every minute
He's top of the poll». -
«I see bad things arisin - the crowd
Crown him king,
Which the romans would ban.
I see blood and destruction our
Elimination because of one man».
(с) A.L.Webber/T.Rice,
«This Jesus must die»


Пролог. Автобиография и её последствия.


- Равняя-ааайсь! Смир-на! Вольно. По местам несения службы - р-разойдись!
…Несмотря на ранний час, солнце припекало так, что на броне военной техники можно было жарить яичницу с беконом и кипятить чайник.
Парило невыносимо. Влажность воздуха была такой, что вывешенное с вечера на просушку бельё к утру оставалось сырым. СОЛДАТу 2-го класса капитану Анджилу Хьюли сезон вутайских муссонов представлялся катастрофой. Климат его родной Баноры тоже был морским, и географически она располагалась ближе к экватору, чем Вутай, но, благодаря сильным холодным ветрам, жара в Баноре переносилась намного легче.
Сняв шлем, Хьюли тряхнул головой, чтобы хоть немного просушить мокрые, слипшиеся от пота волосы и направил стопы в штаб Западного фронта. Командующий перед утренним построением отправил к нему посыльного и попросил зайти. По-дружески.
…П/п-к (1) Кресцент сидел, возложив ноги на стол. На столе перед ним стояли пепельница, полная окурков, стакан и пустая бутылка. В левой руке он держал лист бумаги с какой-то писаниной, а его правая рука пребывала в позиции «челодлань». Временная казарма, в которой размещался штаб, была оборудована с минимальным комфортом, поэтому от жары Сефирот спасался с помощью напольного и настольного вентиляторов. Да ещё горячий чай глушил вёдрами, так как от холодной воды жажда допекала ещё сильнее, а тело пробивала противная, липкая испарина. Вутайский климат раздражал его не меньше, чем остальных, хоть он и старался прикрыть дискомфорт остротами: мол, «мёртвые не потеют» или «на засаленные волосы противогаз лучше надевается». Есть смысл уточнять, что при такой погоде он сразу избавился от облегающих кожаных штанов и плаща и носил стандартную униформу СОЛДАТа 1-го класса?
- Вызывал? - спросил Анджил.
Сефирот отклеил руку от лица и убрал ноги со стола.
- Да, заходи. Присаживайся.
Окна помещения выходили на восток, поэтому до полудня в нём царил адский адЪ. Зато после 12.00, когда солнце переползало зенит, было относительно терпимо. Форточки Сефирот не открывал, потому что с улицы тянуло нестерпимым жаром.
Анджил присел напротив и убрал бутылку со стола.
- Пустую тару на стол не ставят.
- Я что, по-твоему, с ума сошёл - квасить на такой жаре? Она из-под воды, - ответил Сефирот. И добавил совершенно будничным тоном: - Сало будешь?
- Какое сало?
- С чесноком. Вельд угостил. Это его тёща делает. Надо его схарчить, пока оно от жары не испортилось.
- Сало - это святое, - согласился Анджил. - Где?
- В сейфе. Хлеб тоже там. СтаканЫ - на нижней полке.
Место, где проходила линия фронта, кишело мелкими всеядными грызунами. Борьба с ними завершилась уверенной победой вутайской фауны, поэтому все вкусняшки Сефирот прятал в сейф.
…В сейфе помимо вутайских рисовых лепёшек и куска ароматного сала находилась бутылка какого-то напитка. Анджил отвинтил крышечку и по запаху определил, что это ягодный морс.
- Странно пахнет. Он не забродил, случайно?
- Хэ-зэ.
- Сеф, не в служебное же время!
- Даже если и забродил - такое без пол-литры читать и слушать не рекомендуется.
- А это что? - Анджил разложил закуску на столе и кивнул на бумажку, которую читал командующий. - Новый приказ Департамента Общественной Безопасности? Ножик, кстати, есть?
Сефирот открыл ящик стола, не глядя, пошарил там, извлёк штык-нож от автомата и подтолкнул через стол.
- Нет. Это автобиография Генезиса. Хочу тебя с ней ознакомить.
- Зачем? Я её и так наизусть знаю.
- Поверь, тебя ждёт много удивительных открытий!
Две недели назад УРЛС (2) прислало распоряжение: привести личные дела СОЛДАТ в соответствие нормативно-правовым документам. Выяснилось, что в личном деле майора Рапсодоса отсутствует автобиография. Очевидно, нерадивые кадровики её потеряли при перевозе архива. Генезис клялся и божился, положа руку на томик «LOVELESS», что он её писал. Анджил Хьюли подтверждал его показания, так как автобиографии они с Генкой сочиняли вместе, сидя за одним столом, по одной методичке. И сдавали одновременно с заявлениями о приёме в СОЛДАТ тоже вместе.
- Ничего не знаем, - безапелляционно заявили в УРЛС. - В деле автобиографии нет, поэтому пишите заново.
Естественно, им было проще сослаться на нерадивость товарища майора, чем найти пропажу в своих закромах. Генезис был в ярости, но подчинился и написал автобиографию повторно…
Анджил порезал хлеб, сало, разлил по стаканам подозрительный морс.
- Внимаю. С трепетом.
Сефирот заправил чёлку за уши, взял стакан, с наслаждением пригубил морс и сказал:
- Ну что, настало время @whoительных историй. Только постарайся не поперхнуться и не убить себя фэйспалмом. «Мои имя и фамилия мне не известны, так как пачпорт у меня изъяли в «телевизоре» (3) Линейного Управления внутренних дел на станции Мидгар, а военный билет я съел в знак протеста против пришивания подворотничков. Но со слов родителей в детстве меня звали Эйслышьтысюдаидимаршвуголщазремняполучишь. Столь необычное и длинное имя, очевидно, объясняется древностью моего рода и незыблемостью его традиций».
Анджил подавился бутербродом:
- Едрёмт!
Сефирот перегнулся через стол и похлопал его по спине.
- Я предупреждал… Слушай далее. «Год своего рождения я не знаю. Знаю лишь, что если я сейчас пишу эти строки, то он когда-то был».
- Ну, в принципе, логично... - просипел Хьюли.
- «Место моего рождения, - продолжал зачитывать Сефирот, - мне не известно, так как я родился в самолёте и, пока мать меня рожала, мы весь Восточный континент пролетели. Образование имею классическое: три класса и коридор церковно-приходской школы р.п. Банора. Когда и при каких обстоятельствах поступил на службу в отдел СОЛДАТ Департамента Общественной Безопасности Энергетической Компании Шин-Ра - не помню, так как перед этим выкурил кисет шайтан-травы. Рост колеблется от 150 до 190 см в зависимости от степени алкогольного и наркотического опьянения. Вес неизвестен, но в состоянии а/о умею парить под потолком. Цвет волос и глаз меняется в зависимости от сорта, количества и качества выпитого. Хобби: люблю ковырять в носу. Семейное положение: точно не холост, потому что сразу от мамы перешёл к армии». Как тебе это?
- Йоптваю… - вздохнул Анджил. - И он что, всерьёз послал эту х@йню в УРЛС?
- Разумеется. Меня за неё уже вые@али. Так что теперь я буду по эстафете е@ать Генезиса. Хоть мы и друзья, но ИВР (4) ещё никто не отменял. Вот и наложу на Рапсодоса епитимью, дабы впредь неповадно было.
За время знакомства Анджил достаточно хорошо изучил эмоциональную сферу Сефирота. Невооружённым глазом было видно, что на самом деле Сефирот очень, очень зол. Пусть даже его злость крылась за маской отрешённости и безразличия. Подполковник Кресцент никогда не истерил, не повышал голос, не выносил сор из избы и не выдавал провинившимся 3,14здюлей перед строем. Он просто карал: молча и жёстко. А Генезис перегнул палку, подставив командира. Причём откровенно подставив, буквально на ровном месте. Не по объективным причинам, которые можно было бы списать на неудачное стечение обстоятельств и молодецкую дурь, а умышленно. Ведь он не мог не осознавать, что его тупые шуточки в первую очередь аукнутся тому, кто в силу занимаемой должности обязан был его контролировать.
Анджил, хоть убей, не знал, как направить гнев Сефирота в мирное русло. Перехватив его взгляд, понял, что никак. Ё@ля, видать, была серьёзная…
- Отправишь на «губу»? Или другое взыскание влепишь? - обречённо спросил он.
- Нет, - ответил Сефирот. - Пошлю его вместо себя на совещание в форт Кальдзун (5).
- А что за совещание?
Сефирот погано улыбнулся:
- По вопросам служебной дисциплины.
Нелюбовь командира к совещаниям давно стала притчей во языцех.

Форт Кальдзун отбили у вутайцев три месяца назад. По прямой линии расстояние от него до ставки командования Западным фронтом составляло чуть больше пятидесяти километров. Правда, с учётом всех загибов на версту по горным «серпантинам» выходило около сотки. Сущий пустяк для ездового чокобо, развивающего скорость 50-70 км/ч (6). Аэродрома, предназначенного для взлёта/посадки самолётов, в Кальдзуне не было. Как, впрочем, и в ставке. Ближайшая авиабаза находилась глубоко в тылу, в двухстах километрах восточнее. Гнать в Кальдзун «вертушку» ради одного пассажира Сефирот посчитал нецелесообразным. Во-первых, на линии фронта многократно возрастала вероятность атаки из ПЗРК. Вутайские партизаны, оснащённые не хуже регулярной армии, вели настоящую охоту на шинровские вертолёты. Во-вторых, тяжёлым военно-транспортным вертолётам не рекомендовалось подниматься выше 4500 метров, а уже на высоте 3000 метров пилотам запрещалось при посадке глушить двигатели, так как вследствие разряжённого воздуха возрастал риск авиакатастрофы. Прецеденты, к сожалению, имелись.

…Даже перспектива сперва отбить седалище верхом на бройлере-переростке, а потом несколько часов мариноваться на совещании не лишила Генезиса боевого настроя. Путешествие казалось ему лёгкой, приятной прогулкой. Он прикинул, что за полдня вполне успеет дойти до финиша. По данным разведки, на трассе до Кальдзуна партизаны и вутайские ДРГ (7) не появлялись, так что опасность встречи с ними возникала только в джунглях, вздумай Рапсодос туда углубиться. Подобных встреч Генка не боялся: он был достаточно опытным СОЛДАТом, чтобы успешно противостоять значительно превосходящим силам противника (8). 1-й класс ему присвоили не за красивые глаза и безупречное знание «LOVELESS». Серьёзные хищники в этих краях не водились, ядовитые грибы и растения были давно изучены и каталогизированы, да Генезис и не стал бы употреблять в пищу незнакомую растительность. Несмотря на одуряющую жару, он облачился в глухую «полёвку» с длинными рукавами, без знаков отличия, которая защищала от укусов насекомых и случайного соприкосновения с недружелюбной флорой. Открытые участки тела обработал репеллентом, на голову повязал бандану, убрав под неё волосы. (В то время Генезис носил шевелюру ниже лопаток, неосознанно подражая Сефироту; подстригся он намного позже, уже под конец войны.) Далее Генка вытащил серьги из ушей во избежание случайных травм, собрал вещмешок, взял воду и сухой паёк на два дня (вдруг непредвиденная задержка), экипировался Материей и, едва рассвело, отчалил в путь-дорогу. Сефирот посмотрел ему вслед, ухмыльнулся и пошёл к себе: разрабатывать план очередного наступления. Мобильная связь в этом районе Вутая отсутствовала, портативная радиостанция была бесполезной из-за горного рельефа и значительных расстояний. Отследить передвижения Генезиса не представлялось возможным, поэтому сразу по прибытию в форт Кальдзун он обязан был связаться с Сефиротом и доложить обстановку. Сефирот прикинул, что на дорогу «туда» Генезис затратит максимум сутки.
Однако ни к полудню, ни к вечеру, ни на второй день Генезис на связь не вышел. Зато прилетела шифровка из Кальдзуна: Сефирот, а ты где? Почему совещание задинамил?
Обеспокоенный Сефирот направил в Кальдзун встречную шифрограмму: прибыл ли майор Рапсодос? Может, он забил на доклад и гужбанит где-нибудь в ресторации?
Ответ поступил обескураживающий и тревожный: т-щ м-р в Кальдзуне не появлялся.
Подполковник Кресцент почувствовал подбирающиеся к жопе пинки и угрызения нечистой совести. Нет, он понимал, что война есть война и может случиться так, что однажды Анджил или Генезис не вернутся из боя. Даже он, Гроза Вутая и Лучший из Лучших, не был застрахован от гибели. Но если с Генезисом произошло ЧП именно тогда, когда Сефирот отправил его вместо себя одного к Ифриту на кулички в нарушение прямого приказа верховного главнокомандующего - дело даже не в гипотетическом трибунале…
Самое паскудное, что через три дня планировалось наступление сразу на трёх направлениях, поэтому Сефирот не имел права отвлекаться на поиск исчезнувшего подчинённого и отвлекать приданные силы и средства. И Генезис нужен был ему здесь, так как задачи перед ним уже были поставлены и заменить его было некем. И Анджил Хьюли тоже нужен был здесь. Тем не менее, Сефирот сообщил Анджилу, что Генезис до пункта назначения не добрался.
Капитан Хьюли мгновенно просчитал вероятные последствия.
- Мда, Сеф, похоже, мы встряли.
- Я встрял, - поправил Сефирот хмуро. - Ты-то здесь причём?
- Притом, что знал о твоей затее и не доложил по форме.
- Вот насчёт этого не парься. Я тебя не сдам.
- Меня не это беспокоит. Я за Генку волнуюсь. Что именно пошло не так? Рапсодос же не пацан зелёный, не первый раз такие рейды делает. Что, бл@дь, пошло не так? - повторил Анджил и, крепко зажмурившись, уткнулся лбом в стенку казармы.

----------------------------------
1) Сокр. «подполковник». (Здесь и далее прим. Автора.)
2) УРЛС - Управление по работе с личным составом.
3) «Телевизор», он же «обезьянник», он же «кенгурятник», он же «аквариум», - помещение для задержанных в дежурной части органа внутренних дел.
4) ИВР - Индивидуально-воспитательная работа с личным составом.
5) Оригинальное географическое наименование. В мире седьмой «Финалки» не встречается.
6) Скорость страуса.
7) ДРГ - диверсионно-разведывательная группа.
8) Не ржать-с, господа гусары! Зак Фэйр в одиночку штурмовал форт Тамблин и победил. По крайней мере, по очкам.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:24 | Сообщение # 2
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
Часть 1. Обитель, затерянная в пустоши


Новая система видеонаблюдения работала без сучка, без задоринки. На собственной безопасности Дитер Келлер aka Проповедник никогда не экономил. Как говорится, «у барона Врангеля всё английское!» (с) Теперь он мог, не выходя из своей «кельи», отслеживать все передвижения во внутренних помещениях, на хозяйственном дворе и по периметру. Он не сомневался, что за Дженовой придут и намеревался встретить врага во всеоружии. Хотя если за ней придут Страйф и Рапсодос - их никакой забор с колючей проволокой не остановит. «Охрану» Проповедника, пусть и вооружённую автоматическими винтовками, они перебьют играючи. Дитер Келлер это прекрасно понимал, но он также прекрасно понимал, что его подельнику не оставили выбора: власти взялись за его бизнес всерьёз и надолго. В ходе последнего сеанса связи Ву сказал, что кошмарить его будут как минимум месяц, пока не вывернут предприятие наизнанку. Причём у властей явно имелась информация, КОГО они могут обнаружить в медицинском центре «Эдж Фармацевтик». А поскольку данной информацией располагал крайне ограниченный круг лиц, включая Генезиса Рапсодоса, не составляло труда догадаться, откуда растут уши у внезапной проверки. «Вы хитры, а я хитрее», - размышлял Проповедник. Разумеется, он подстраховался на случай визита дорогих гостей. Как любой лидер тоталитарной деструктивной секты, Дитер Келлер характеризовался дефицитом моральных качеств. На ферме «Детей второго пришествия» проживали восемьдесят женщин и несовершеннолетних детей, составлявших часть его «семьи». В случае обострения ситуации Проповедник планировал собрать их всех в молебном зале, после чего его «охрана» должна была подпалить здание с четырёх углов. Никто не окажет сопротивления. Напротив, эти жертвенные агн… гм… бараны с готовностью примут любую, самую жуткую смерть, лишь бы не попасть в руки «демонов». Психологическая обработка в секте была на высшем уровне. Сам же Проповедник и особо к нему приближённые лица ушли бы тайным подземным ходом, пока боевики секты, готовые умереть за своего пастыря, сдерживали атаки Клауда и Генезиса.
Второй вопрос: а как быть с Дженовой в случае нападения? Это существо, скорее всего, воспользуется случаем, чтобы вырваться на свободу. Уж точно – добровольно играть в команде Проповедника оно не станет. Равно как и в команде противника.
Келлер посмотрел на монитор, куда подавалось видеоизображение из больничной палаты, и невольно умилился. Спит, красавица. Улыбается во сне. Сны, наверное, видит хорошие. Если, конечно, космические паразиты умеют видеть сны. Улыбка добрая-добрая, черты лица ангельские, ресницы такие длинные, что, кажется, отбрасывают тень на щёки. С трудом верится, что это парень. Даже не парень, а матёрый тридцатидевятилетний мужик, на добрых шесть лет Проповедника старше. Герой Вутайской войны. Целый генерал-майор! Человек, одним ударом вышибающий дух из Ифрита. Когда-то - лучший, самый узнаваемый и продаваемый брэнд Компании Шин-Ра. Отлично сохранился, ничего не попишешь.
Келлера немного тревожила собственная очарованность Дженовой, ведь он своими глазами видел, на что она способна. Цивилизация от её «перфоманса» до сих пор не оправилась и вряд ли оправится. Так что не стоило обольщаться её внешностью. Проповедник так же, как и Томас Ву, не был уверен, что сумеет удержать «богиню» на коротком поводке. Он собирался предложить Дженове взаимовыгодное сотрудничество, когда та окрепнет, но ведь у неё наверняка имелись собственные интересы и планы на будущее. Кроме того, здравый смысл подсказывал Проповеднику, что переговоры окажутся безрезультативными, если с Дженовы не снять кандалы. Она скажет: «Пааазвольте, господа! О каком сотрудничестве может идти речь, если я тут лежу перед вами распятая и нагая, аки грешница?» И ведь будет абсолютно права.
Но снимать с неё кандалы было стрёмно. Правильнее даже сказать: ссыкотно. Поэтому Келлер связался с Ву и спросил, что делать, если Дженова начнёт требовать свободу попугаям ™. Ву ответил, что решит эту проблему. И не обманул. Через день на ферму прибыли штатный инженер «Эдж Фармацевтик» с небольшим металлическим кейсом и техники. Пока техники устанавливали по периметру датчики слежения, инженер в присутствии Проповедника открыл кодовый замок кейса и извлёк оттуда… ошейник из серебристого металла, инкрустированный бирюзой и изумрудами. Дал Проповеднику взвесить его на руке. Изделие было очень лёгким.
- Изготовлен из сверхпрочного авиационного сплава, - объяснил инженер. – Влагонепроницаем, жароустойчив. Не мешает глотать, дышать и мыться. Закрывается на кодовый замок, причём код выставляется автоматически, поэтому никто не будет его знать. Количество комбинаций можете прикинуть сами из расчёта, что в пароле 15 простых чисел. При попытке вскрыть замок или снять ошейник происходит детонация находящегося внутри взрывчатого вещества. Голову разнесёт, как арбуз. При попытке отойти от фермы дальше, чем на 50 метров, также происходит взрыв, но предварительно срабатывает сигнал оповещения, давая возможность в течение пяти секунд вернуться на безопасный рубеж. В системе есть и недостатки. Если вдруг прекратится подача электроэнергии, датчики продержатся на автономном питании 24 часа. Плюс-минус час-два. После отключения последнего датчика срабатывает взрывное устройство. Так что у вас есть не более 24 часов, чтобы запустить генераторы.
- Хорошо, а если надобность в нём отпадёт? - спросил Келлер, задумчиво разглядывая ошейник. - Тогда что делать?
- Вот мой номер телефона. - Инженер передал ему несколько визиток, и Проповедник положил их в нагрудный карман рубахи. - ЗвОните, я приезжаю и снимаю его. Даже если я не смогу приехать - всё равно кого-нибудь к вам направлю.
- А если придётся очень срочно увозить её отсюда?
- Всё предусмотреть невозможно. Но в этом случае постарайтесь ввести ей наркоз, поместить её в саркофаг и установить на саркофаге два датчика. С остальных датчиков снимете аккумуляторы, чтобы производить их замену, если не получится связаться со мной в течение 24 часов или я не смогу подъехать. Сейчас мои люди закончат, соберите ответственных лиц, я проведу инструктаж и всё объясню наглядно.
- Спасибо, - поблагодарил Келлер. - А ещё вопрос можно? - Он потряс ошейником. - Каково функциональное назначение этих камней?
- Просто украшение. Доктор Ву – человек с хорошим чувством юмора и заказал отделку под цвет глаз Дженовы. Только он не был уверен, какого они цвета.
Действительно. Сложно было однозначно ответить на вопрос, какого цвета глаза Сефирота. Когда тот веселился или в нём просыпался охотничий азарт - они вспыхивали яркими изумрудно-зелёными огоньками. Когда злобился на весь белый свет - темнели, как авантюрин. Когда был на расслабленной педали или благодушно настроен - приобретали оттенок водного силиката меди. А в состоянии подавленности и уныния казались пепельно-серыми.
- …специально ориентировались на противоречивый женский вкус, - продолжал инженер.
- Она не женщина, а комический вирус, - ответил Проповедник. - Вряд ли космический вирус интересуется презренными бирюльками. Но всё равно я вам глубоко признателен.
Оставалось лишь изловчиться и надеть на Дженову ошейник и объяснить пастве, почему идеи аскетизма на неё не распространяются. Ведь «украшение» было безумно дорогим.
Проповедник осознавал степень общественной опасности «пациентки». Да и генерал-майор Кресцент до помешательства был настоящей машиной-убийцей. С вероятностью 146% и даже выше любые поползновения надеть на него ошейник обернутся производственными травмами. Даже при условии, что он скован по рукам и ногам. Но голова-то его никак не была зафиксирована, а разбить башкой лица тех, кто рискнёт пощупать его за шею, для такого бойца как Сефирот было плёвым, минутным делом. Только переломанных носов, выбитых зубов и вывихнутых челюстей Проповеднику недоставало! Потом пойди, докажи в отделении челюстно-лицевой хирургии районной ЦРБ, что сие - несчастный случай. Как будто врачи идиоты и обязательно поверят его версии, угу. Да они с первого взгляда определят, что имело место быть нанесение побоев. И, кстати, они обязаны немедленно сообщить в дежурную часть территориального отдела полиции о любом факте обращения с травмами, предполагающими их криминальное происхождение. А легавые обязаны проверить информацию. Вот заявятся они в гости, и что Проповедник должен им сказать? «Приходите, тараканы, я вас чаем угощу?» (с)
Визитные карточки инженера Келлер роздал своим двенадцати заместителям - так называемым «апостолам», после чего взялся за Дженову. Он отдал распоряжение фельдшеру секты ввести ей снотворное. Тот выполнил приказ, но с беспокойством отметил, что обычная доза на Дженову больше не действовала: она слишком быстро восстанавливала силы. Двойная тоже не подействовала. Уснула «пациентка» не раньше, чем в неё влили столько зелья, что хватило бы усыпить дракона. Тогда Проповедник и два «апостола» вошли в палату. Один держал волосы Дженовы, чтобы не мешали, другой приподнял ей голову, а Проповедник застегнул на её шее взрывоопасное «украшение». Проверил, не жмёт ли где. Нет, ошейник сел неплотно, между ним и шеей можно было даже просунуть палец.
Проповедник на несколько секунд замер, любуясь «пациенткой». В ней и впрямь проскальзывало нечто божественное, заставляющее сердце благоговейно трепетать при одном лишь взгляде на это нечеловечески красивое лицо. Ни одна из «карнальных» жён Келлера не могла сравниться с Дженовой. Но никогда, никогда бы он не посмел возжелать её, как женщину; он видел в ней исключительно объект для почитания. Хотелось пасть перед ней ниц и бесконечно отбивать земные поклоны.
Проповедник бережно опустил голову Дженовы на подушку. И обратился к фельдшеру:
- Когда проснётся - немедленно сообщите мне.

- Ну же, дорогуша, - страстно шептал Генезис, наблюдая в бинокль за воротами фермы «Детей второго пришествия», - будь другом, впусти хорошего пёсика!
Погода не располагала к активной деятельности. В такую погоду у нормальных людей принято загорать на пляже под нежный шелест набегающих морских волн. К нормальным людям Генезис Рапсодос и Клауд Страйф себя уже не относили. В принципе, можно было позагорать и на вершине монолита, где они обустроили наблюдательный пункт. Данное геологическое образование господствовало над плато, перетекавшем в равнинное пространство, где находилась обитель секты. Поэтому в бинокль можно было без помех изучить план фермы: жилую и промзону. Отвесную северную стену монолита взяли штурмом не столько благодаря альпинистским навыкам потомственного горца МакКлауда, сколько благодаря умению Генезиса летать «на честном слове и на одном крыле» (с).
«Дорогушей» Генезис обозвал охранника на вышке. У «дорогуши» были карабин, пивное пузо и крайне неприветливое обрюзгшее лицо. Видимо, ему совсем не улыбалось коптить небо на почти сорокаградусной жаре. И Генезис прекрасно его понимал и даже в какой-то мере ему сочувствовал. Ни в туалет сгонять, ни пожрать толком. Да ещё и проверками постоянно долбят, бдительность удваивают. Экс-полковник, прошедший «горячую точку», как никто другой понимал душу простого часового.
«Хороший пёсик» - в миру Ринтаро, внучатый племянник Реда XIII-го - был милым рыжим щеночком с добрым, немного грустным взглядом небесно-голубых глаз. Вот только, несмотря на свою няшность, он повадки имел волчьи, с претензией на будущего вожака стаи. В данный момент Ринтаро получил неплохой шанс проникнуть в Цитадель Зла на абсолютно законных основаниях. Дети сектантов охотно прикармливали Нанаки, так как те считались священными животными (зачёркнуто) зверями. Посему ласковый щенок с умильными глазками, охотно позволяющий чесать себе брюхо и за ушком, моментально сделался любимцем детворы.
Клауд Страйф лежал рядом с Генезисом на спине и внимательно изучал агитационную брошюру «Детей второго пришествия».
- Какой-то бред, ё-моё! Неужели кто-то действительно на эту ересь ведётся?
- Ты не представляешь, но да.
- Но это же чушь натуральная! Как можно тремя лепёшками и тремя рыбинами накормить толпу в тысячу человек?
- Легко! - ответил Генезис. – Когда я служил в Вутае, наш повар накормил целую дивизию супом из трёх рябчиков. Нипочём не угадаешь, как. А очень даже просто: на одного рябчика - один Бахамут. Тайну супчика он раскрыл только на пятом дне гауптвахты.
- А ещё тут пишут, что Проповедник умеет превращать воду в вино.
- Тоже ничего удивительного. У нашего начальника тыла в своё время была волшебная печать. Допустим, в часть прибывает фура с мясом. Он проставляет оттиск волшебной печати в товарно-транспортной накладной - и в фуре уже не мясо, а квашеная капуста.
- А ещё Проповедник ходит по воде, - сказал Клауд. – Пешком.
- Херня. Я тоже так умею. Когда я служил в Вутае, однажды я стоял на берегу озера, и сзади ко мне подкрался ледяной дракон. Так вот: я пешком по воде перебежал на другой берег.
- Пишут, что он воскрешает мёртвых. Якобы, есть свидетели.
- Фальсификация, - убеждённо заявил Генезис. – Дешёвый трюк. Тем же самым половина офицеров в отделе СОЛДАТ занималась. Помню, прямо как вчера: незадолго до моего дезертирства один СОЛДАТ 3-го класса окочурился. Совсем уже синий был. Даже окостенел. А полковник Хьюли возьми, да гаркни ему в ухо: «Встать, симулянт!» И встал ведь и пошёл. Воскрес, натурально воскрес! Вот и все «чудеса».
- А наложением руки офицеры отдела СОЛДАТ, случайно, не умели исцелять эпилепсию? – Клауд не удержался от сарказма.
- Всякими дебильными месмерическими пассами не лечили. Чего не было, того не было. А вот жирный пендаль под зад волшебным образом избавлял от всех хворей.
- У тебя на всё найдётся объяснение, - усмехнулся Клауд. - В пехоте про твоё умение красиво выворачиваться…
- О! - перебил Генезис, вновь припав к окулярам. И злобно осклабился: - Ееееесть… на жопе шеееерсть!
Клауд мгновенно перевернулся на живот и поднёс к глазам бинокль. Успел заметить, как рыжий комочек, задорно виляя хвостом с кисточкой-огоньком, бочком-бочком ненавязчиво просачивается в чуть приоткрытые ворота главного входа. Перед Ринтаро была поставлена конкретная задача: узнать, где содержат Сефирота и составить детальный план внутренних помещений. На основании полученной информации Генезис собирался разработать операцию по освобождению заложника. Винсент Валентайн, однако, выразил опасение, что щенка Нанаки могут попросту не выпустить обратно. Но, с другой стороны, Ринтаро и не должен был ежедневно бегать к группе захвата с докладом. Это вызвало бы подозрения.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:26 | Сообщение # 3
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
…Генезису и Клауду не понадобилось много времени, чтобы выяснить почти всё о быте и распорядке дня секты. Причём значительную часть ценнейшей информации сектанты простодушно выболтали Клауду сами. Как выяснилось, адепты «Детей второго пришествия» часто наведывались в ближайший райцентр для вербовки новых членов. Самым подходящим местом для отлова легковерных простофиль являлись заведения системы общепита. В одном из них Клауд и натолкнулся на двух неряшливо одетых бородатых парней с цветами в длинных волосах, которые приставали к посетителям с конкретными целями. Страйф мгновенно смикитил, кто эти подозрительные люди и сделал всё, чтобы те обратили на него внимание: проходя мимо, как будто случайно задел плечом одного из парней и тотчас рассыпался в извинениях. Трюк сработал. Клауд выслушал небольшую лекцию по прикладной эсхатологии, сделал вид, что очень сильно заинтересован (хотя не понял ни единого слова) и принялся расспрашивать сектантов про их житие-бытие. А перед тем, как те разговорились, незаметно включил диктофон мобильника, чтобы не играть с Винсентом и Генезисом в «глухой телефон». Пусть самолично ознакомятся с показаниями подозреваемых. Напоследок Клауд получил агитационную брошюру секты «Детей второго пришествия», упаковку травяного печенья, которое сектанты производили в собственной пекарне из «экологически чистых продуктов», благословление и пожелание проникнуться учением Проповедника.
По результатам беседы Клауд проникся только одним учением: без лоха и жизнь плоха. Уж кому, как не ему, было известно почти всё о манипуляциях сознанием. Сам в своё время являлся марионеткой Сефирота или сущности, которая им прикидывалась. Но у Клауда была уважительная причина: эксперименты Ходжо и сильнейшее отравление Мако, повлекшее амнезию и частичное замещение его личности личностью Зака Фэйра. Когда ему представился шанс преодолеть последствия психической травмы, он незамедлительно им воспользовался. Люди же, с которыми ему довелось пообщаться в сельском кафе, добровольно сунулись в петлю. Единожды попав в тоталитарную секту, вырваться оттуда крайне сложно. Теперь вот жрут травяные печеньки, лебеду и репу, в то время как их духовный лидер угощается сочным, хорошо прожаренным бифштексом и попивает элитный кофе в дорогом ресторане. (Сам Клауд этого не видел, но вышибала после убытия сектантов внезапно разоткровенничался, при этом обозвал их олигофренами. Бармен за стойкой выразился более политкорректно: «Больные люди!»)
Употребить угощение по прямому назначению Клауд не рискнул. Генезис же и вовсе заявил: «Да я е@ал такое хавать!» - и швырнул коробку с печеньем в костёр. Та вспыхнула, как бенгальский огонь.
Винсент Валентайн основательно, с неоднократной перемоткой, прослушал аудиозапись диалога Клауда и адептов «Детей второго пришествия». Чувствовалась школа Турков! Изучив и проанализировав запись до конца, оборотень выдал не слишком приятное заключение:
- Итак, что мы имеем. Для человека, не страдающего пограничным расстройством личности и периодически включающим мозги, всё очевидно: «ДВП» - классическая тоталитарная деструктивная секта. Характеризуется полным и безоговорочным контролем всех сфер жизни тех, кто в неё вляпался. В целом же задача у подобных псевдорелигиозных новообразований одна: завлечь к себе как можно больше прозелитов и взять под контроль принадлежащие им материальные блага. Авторитет лидера секты при этом непререкаем. Для рядовых членов он Мессия, за которого они умрут по первому свистку. Да, и каждая такая секта, определённо, представляет опасность для общества и здоровья граждан. Я сейчас, конечно, скажу гадость, но объективную гадость. Если мы начнём применять силовые методы, эти люди возьмут оружие и пойдут нас убивать. Притом, что сами они смерти не боятся. И нам придётся в ответ убивать их. Более того, если ихний пастырь им прикажет - они с готовностью совершат массовое самоубийство, сопряжённое с убийством своих несовершеннолетних детей. И не делайте таких глаз, господа. Мне не впервой с этим сталкиваться.
- Не использовать силовые методы мы не можем, - вздохнул Генезис. - Потому что иных методов не существует. По крайней мере, я не вижу способа достучаться до религиозных фанатиков. У них же полтора сантиметра лобовой кости. Значит, надо заслать на ферму лазутчика и освободить Сефирота одним точечным ударом.
- Если это - Сефирот, - ввернул Клауд.
- Разберёмся по ходу дела…
- Кого ты зашлёшь? - спросил Винсент. - Наши рожи им уже, скорее всего, наперечёт известны.
- Нанаки, - пожал плечами Генезис.

…- Учитель. - Фельдшер. - Она проснулась.
- Да, брат мой. Сейчас подойду, - ответил Проповедник и отжал кнопку интеркома. - В общем, ты понял, что от тебя требуется?
Вопрос адресовался его третьему заму.
- Понял, Учитель, - ответил Третий Апостол, сворачивая в трубку лист бумаги формата А3. На листе была распечатана информация со старого, давно не поддерживаемого сайта Компании Шин-Ра. А если точнее – цветная фотография Сефирота в полный рост. В брэндовом чОрном плаще с кровавым подбоем наплечниками из серебристого металла, чОрных кожаных брюках и высоких сапогах с пряжками.
- Конечно, это очень дорого, но необходимо для нашего общего дела, - продолжал Проповедник. - Если возникнут вопросы, лишнего не болтай, сразу посылай всех любопытных ко мне. Если мастер откажется принимать заказ - звони.
Его Дженова должна иметь только самое лучшее. Его Дженова должна быть предельно узнаваемой. Тело Сефирота, извлечённое из кристалла Мако, было обнажено. Почему - непонятно. Ведь он упал в Лайфстрим в полном боевом облачении. Теперь перед Проповедником, точнее, перед дизайнерами фирмы, которая ранее по госзаказу шила униформу для отдела СОЛДАТ Департамента Общественной Безопасности Энергетической Компании Шин-Ра, стояла задача максимально приближённо воссоздать амуницию генерал-майора Кресцента. В сочетании с ошейником, инкрустированным драгоценными каменьями, она должна была смотреться очень эффектно.
Проповедник отпустил Третьего Апостола и двинулся в мед. отсек. Настало время поговорить с Дженовой, как с деловым партнёром. Объяснить ей ситуацию. Убедить не делать резких движений и не причинять вреда пастве. Всего-навсего довести информацию, что шифр к замку она не выбьет ни из Проповедника, ни из Апостолов, ни из кого-либо другого, так как его никто не знает. Даже если она пойдёт на принцип и уничтожит всех обитателей фермы - ровно 137 человек - покинуть это место она никогда не сможет. Хоть Дженова и была одержима жаждой уничтожения всего живого, но погибать самой в её планы не входило абсолютно точно.
Однако подстраховка не мешала, и Проповедник выбрал среди своих «телохранителей» четырёх наиболее опытных (двое из них были бывшими силовиками). Они должны были посменно дежурить у палаты Дженовы и в случае припадка буйства максимально сдерживать её, пока другие сектанты не будут эвакуированы за пятидесятиметровый рубеж.
Экс-силовики сразу поняли, что их записали в покойники. Пардон: в мученики. И один из них - бывший пехотный капитан, не понаслышке знавший генерал-майора Кресцента - скептически заметил, что пяти секунд до детонации взрывчатки Сефироту за глаза хватит, чтобы догнать беженцев и уничтожить как минимум половину. Даже если беженцы будут отходить не организованной колонной, а панически разбегаться по одному в разные стороны, им это не сильно поможет.
- К тому же, - подхватил его коллега - бывший рядовой срочной службы, - у Сефирота будет огнестрельное оружие и боеприпасы, снятые с наших мёртвых тел. Пара «лимонок» и пара очередей в человеческое стадо - и мясо будет дешёво. Фарш - тоже.
«Таааак, - нахмурился Келлер, сделав для себя заметку, что религиозная пропаганда недостаточно эффективно действует на силовиков. - Это что, бунт на корабле?»
- Брат Мансер, брат Альбукерки, я ещё подумаю, какую епитимью на вас наложить.
- Учитель, - вежливо, но настойчиво возразил бывший пехотный капитан Алекс Мансер, - он за пять секунд сделает пять телепортаций. Я это своими глазами в Вутае видел. Мой вам искренний совет: запихайте его обратно в бак, а бак утопИте в океане к Ифритовой бабушке!
Разумеется, дельный совет отставного вояки не был принят к сведению. Проповедник был слишком зациклен на своей харизме и рассчитывал силой слова и своего мощнейшего обаяния воздействовать на Дженову.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:27 | Сообщение # 4
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
…Дженова действительно проснулась и усиленно пыталась скосить глаза на новый предмет своего гардероба. Кандалы позволяли ей слегка привставать и опираться на спинку койки, что она и сделала сейчас. Быстро, однако, оправилась от ударной дозы снотворного!
Дитер Келлер присел на край кровати и произнёс спокойно, умиротворённо:
- Позвольте представиться: Проповедник. Я - глава и духовный лидер Церкви «Дети второго пришествия». Вы пребываете в нашей скромной обители в качестве… впрочем, сие зависит только от вас.
Дженова молча смотрела на него своими изменчивыми космическими глазищами. На её лице ничего не отражалось. Келлер с трудом отвёл взгляд от этих серо-зелёных омутов, которые смущали его и притягивали, как Чёрная дыра.
- Я буду с вами предельно откровенен. Заранее прошу меня понять и простить. Эта вещь надета на вас из соображений безопасности моей семьи. Не пытайтесь её снять – вы лишь сделаете себе хуже. - Он решил не лгать Дженове и в двух словах объяснил назначение «украшения».
«Бедствие-с-Небес» опустило ресницы и закусило нижнюю губу. «Обиделась», - решил Проповедник.
На самом деле Сефирот не обиделся. Глаза закрыл, чтобы Келлер не заметил промелькнувшего в них бешенства, а губу закусил, чтобы не отчебучить какой-нибудь искромётный фразеологизм, безошибочно выдающий в нём генерал-майора Кресцента. Мысленно сосчитав до десяти и успокоившись, он сухо уточнил:
- Вы меня боитесь? Почему?
- Ваши деяния глаголют сами за себя, - уклончиво ответил Проповедник. – Я вас не боюсь, но мои братья и сёстры… Я несу за них ответственность и не хочу, чтобы им был причинён вред.
Сефирот понял, что едва не спалился. Значит, история в Нибельхейме получила огласку. Или продолжение? Есть что-то, о чём он пока не знает?
- Я никого из вас не трону.
- Я верю вам, - кивнул Проповедник. – Надеюсь, мы поймём друг друга.
В палату вошла одна из сектанток - полноватая женщина на вид тридцати пяти - сорока лет. Она несла поднос, на котором стояли глиняная миска с неаппетитным на вид месивом и кружка с жидкостью. Увидев «Учителя», она попятилась, было, обратно за дверь, но Келлер встал с кровати и окликнул её:
- Всё в порядке, Мария, можете приступать к трапезе.
Женщина села на табуретку в изголовье койки, поставила поднос себе на колени и помешала бурду в миске.
- Что это? – спросил Сефирот, принюхиваясь.
- Каша.
- С мясом?
- Мы не питаемся трупами, - пафосно заявил Проповедник. - Мы готовим исключительно вегетарианские блюда.
Сефирот смотрел на предлагаемое к употреблению варево, как сэр Генри Баскервиль - на овсянку. Организм настойчиво требовал чего-нибудь мясного, да побольше, побольше! Он окончательно проснулся от спячки и просил жрать. Не, не так: он просил ЖРАТЬ! Сосущая пустота в желудке была красноречивей всяких слов и в скором времени грозила перерасти в злобное ворчание. Аппетит у Сефирота всегда был хороший. Не скрывай он своё истинное «я» - обязательно бы выдал что-нибудь, вроде: «От вашей кухни моя поджелудочная стучит кулаком в позвоночник и умоляет: «Эй, хозяин, дай нормальной еды!»»
Но, нет. Не время показывать характер. Надо сперва разобраться, что произошло после Нибельхейма.
- Хорошо, я вас поняла, - ответил Сефирот самым чарующим голосом, который только был способен изобразить. - Но можно хотя бы снять это? Обещаю: я никому не причиню вреда.
И пошевелил пальцами правой руки.
Мария не удержалась: испуганно отодвинулась вместе с табуреткой, чуть не расплескав кашу. Проповедник успокаивающе положил руку ей на плечо, а потом склонился над кроватью и вставил ключ-карту в замок наручника-фиксатора, удерживающего правую кисть Сефирота. Раздался негромкий щелчок - и через секунду Сефирот активно сжимал и разжимал кулак, с наслаждением чувствуя, как по венам и артериями разгоняется застывшая кровь. Женщина следила за ним испуганно, готовясь незамедлительно нарезаться в бега при первой попытке Дженовы напасть. Проповедник же был невозмутим. Но чисто внешне. На самом деле сердце у него бухало так громко, что, казалось, его стук был слышен далеко за пределами фермы. Он-то, в отличие от сестры Марии, знал, что если Дженова призовёт Масамунэ - в этой палате останутся лежать два трупа с дырками во всех жизненно важных органах. Но Дженова проявила благоразумие. Вернее, благоразумие проявил Сефирот. Тоненькую нить доверия нельзя было вот так просто и глупо оборвать. В случае неповиновения он заедет назад в бочку с рассолом - только и всего.
Сефирот потянулся к миске с кашей.
- Я сама.
Он действительно был чертовски голоден. После недолгого колебания сестра Мария поставила ему на бёдра поднос с едой. Сефирот взял ложку ПРАВОЙ рукой и принялся зачёрпывать и поедать кашу под пристальными взглядами сектантов. «На что они, интересно, надеются? Что я подавлюсь?» Ребята могли сколько угодно пытаться подловить его на горячем - это их проблемы. Сефирот одинаково уверенно оперировал обеими руками. Он быстро прикончил кашу, выпил жидкость, оказавшуюся яблочным киселём и, откинувшись на подушку, заботливо подоткнутую ему под спину сестрой Марией, вонзил в Проповедника обманчиво-невинный взгляд. Учитывая особенности сефиротовой анатомии, это действительно был взгляд котика из м/ф «Шрек»… От приступа умиления Проповедника спасли «тёплые» воспоминания о падении Метеора.
- Может, всё-таки меня раскуёте? Я хочу вздремнуть, а от долгого пребывания в одной позе появляются пролежни.
Самое интересное, что Сефирот действительно хотел вздремнуть. Во-первых, он никуда не спешил. Поспешность нужна лишь при ловле блох, пока руки мокрые. Завоёвывать доверие врага надо постепенно, без демаршей и резких, безапелляционных заявлений. Во-вторых, он в своей до отказа забитой экстримом жизни ни разу толком не выспался и теперь активно восполнял сей досадный пробел. Реализовывал, так сказать, на практике давнишнюю угрозу: «Выйду в отставку - первые два года буду просто тупо отсыпаться». А ещё он хотел поразмыслить в тишине над многими аспектами, которым пока не мог найти объяснения ввиду недостатка информации. Например, он чувствовал магию Генезиса. Рапсодос - его друг, конкурент и сослуживец, с которым они так нехорошо разбежались - находился где-то рядом. Сефирот доверял своему чутью. Оно его никогда не подводило. Но если он ощущал присутствие Генки, следовательно, тот каким-то образом победил болезнь и выжил. Или же деградация приобрела сильно вялотекущий характер...
…Когда Сефирот увидел Генезиса в нибельхеймском Мако реакторе, то, мягко говоря, офонарел. И не только потому, что он его там не ждал. Рыжий выглядел довольно жалко, хоть и держался с гонором. Деградация пожирала его как изнутри, так и снаружи. Ходжо сказал бы: «Однозначно, не жилец».
«И чего я тогда на него наехал? - сокрушался Сефирот. - Какая шлея мне попала под… плащ? Ну, сунул бы ему пару раз в нюхомыльник. Так уже через полчаса бы пили пиво в местном кабаке, со смехом вспоминая рожу Зака, когда в него летел файербол».
Если бы Генка не понёс какую-то пафосную чушь, а просто сказал: «Братан, пойдём, выйдем. Надо почирикать без свидетелей»… Конечно, Сефирот вышел бы с ним на свежий воздух прогуляться и выслушал бы с пониманием. А, ну да: через полчаса они бы пили пиво в местном кабаке, со смехом вспоминая рожу Зака, когда в него летел файербол...
Ну а теперь-то что? Теперь поздняк метаться. Сделанного не воротишь. «Нужно добраться до Интернета и узнать, чего я ещё натворил», - думал Сефирот, пока Проповедник окончательно освобождал его от оков.
- Спасибо, - совершенно искренне поблагодарил он, сползая по спинке кровати на матрас и натягивая одеяло до подбородка.
- Не будем вам мешать, - ответил Проповедник. – Отдыхайте, восстанавливайтесь, набирайтесь сил.
- Я ещё немного обнаглею. Не затруднит ли вас дать мне хотя бы газету какую-нибудь почитать? А то скучновато здесь.
- Тоталитарной прессой не располагаем. А вот духовную литературу предоставим обязательно.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:28 | Сообщение # 5
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
Проповедник расстарался: принёс стопку каких-то брошюр. Заодно принёс бельё и верхнюю одежду: мешковатые штаны непонятного цвета и просторную домотканую рубаху. И парусиновые туфли. Одежонка выглядела убого, зато была новой. На худой конец и она годилась, чтобы срам прикрыть. Вместе с Проповедником явился бывший (1) пехотный капитан Мансер, у которого при виде старшего по званию рука чисто рефлекторно дёрнулась к воображаемому козырьку, но он вовремя спохватился, что: а) с непокрытой головой воинское приветствие не отдают; б) теперь он и Сефирот - гражданские лица.
От Сефирота не ускользнул этот жест и, взглянув на часового повнимательнее, он сразу опознал в нём военнослужащего. Он, конечно, не мог упомнить всех, с кем когда-то служил, но этот сектант показался ему знакомым. Значит, с ним надо было держаться поаккуратнее, потому что рыбак рыбака видит издалека. По некоторым специфическим признакам брат Мансер мог быстро раскусить игру Сефирота и насту… доложить Проповеднику. А с другой стороны, если ему недостаточно хорошо промыли мозги, брат Мансер мог стать союзником.
…Далее Сефирот изучил представленные брошюры. Часть из них была изготовлена кустарным способом при помощи копировально-множительной техники, а часть явно заказана в типографии, о чём свидетельствовали цветные глянцевые обложки, профессиональный переплёт и высокая (офсетная) печать. То были трактаты самого Дитера Келлера. Сефирот так зевал, пытаясь их осилить, что едва челюсть не свихнул. Чтиво оказалось ещё тоскливее, чем приказы Департамента Общественной Безопасности. Но он пересилил себя и мужественно перелопатил всю стопку. Настоящий атеист должен знать врага в лицо! Хотя он пока не разобрался, враги ему эти люди или нет. Для внесения в вопрос окончательной ясности следовало пробежаться по окрУге и пообщаться с народом. Чтоб хотя бы понять, почему на него косятся так, будто увидели смерть.

…Первые дни обретённой свободы перемещения Сефирота ограничивались походами до санузла. Вопреки его опасениям, это оказался не «скворечник» во дворе с дыркой в дощатом полу, щелями в палец шириной, не закрывающимся «шпингалетом» и кусками газетной бумаги, нанизанными на ржавый гвоздь. Нет, это было добротное, с хорошим ремонтом заведение, разграниченное по половому признаку. Правда, маркировка на дверях оказалась странной: «Б» и «С» вместо стандартных «Ме» и «Жо» (с). Сопровождавший Сефирота конвоир торжественно разъяснил, что сие означает «Братья» и «Сёстры». Тотчас встал второй вопрос: куда логичнее щемиться ради сохранения легенды? В дверь, помеченную буквой «Б» или в дверь, помеченную буквой «С»? Пока Сефирот раздумывал, дверь, помеченная буквой «С», отворилась. Оттуда вышли две молодухи и, глядя на него, откровенно засмущались и осторожно, по стеночке, ушуршали прочь. Да и конвоир многозначительно кашлянул… После такой реакции вопрос отпал сам собой, и Сефирот сунулся в дверь с буквой «Б».
Тогда же Проповедник самолично, закрепляя домашнее задание, рассказал Сефироту об учении Церкви «Дети второго пришествия» и о том, что их цели и задачи совпадают с целями и задачами Дженовы: построить новый чудный мир. Для достижения указанных целей и задач всего-навсего требовалось следовать принципу, заложенному в «Интернационале»: «Весь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем мы наш, мы новый мир построим: кто бы ничем, тот станет всем». Несгибаемый атеист Сефирот лишь мысленно подивился факту, что ещё находятся люди, уверенные в том, что способны созидать с руин, не имея хотя бы базовых знаний политэкономии. Анджил Хьюли называл таких «диванными онолитегами». (Это не очепятка, - прим. Автора). Даже большевики не начинали работать с абсолютного нуля. Ясное дело, Сефирот не стал озвучивать свои сомнения и для вида согласился с Проповедником. Ведь если тот говорил о коренном переформатировании государственности, утверждая, что Дженова тоже в нём заинтересована, следовательно, он знал о Дженове больше, чем Сефирот.
Дитер Келлер удивился, настолько легко Дженова с ним согласилась, но списал её покладистость на свой дар убеждения и общность интересов. Томас Ву на его месте не был столь легковерен, а пообщаться с ним Сефироту привелось довольно скоро. Гений-злодей долго бомбардировал его каверзными вопросами, даже грозился прислать психологические тесты и специалиста-полиграфолога. Всё пытался вывести на чистую воду. Но Сефирот продолжал уверенно лепить горбатого, врал и не краснел. Детектора лжи и психологических тестов он не боялся, так как научился обманывать их, будучи ещё подростком. Сложнее всего было прикидываться лицом женского пола, так как для этого нужно было не просто говорить о себе в женском роде, но и думать по-женски и вести себя по-женски. Единственной женщиной, с которой Сефирот достаточно много контактировал (не считая его пассий), была начальник Департамента Разработки Оружия Скарлетт, поэтому в общении с Проповедником и его паствой, а также Томасом Ву, он старался воссоздать модель её поведения. Получалось очень похоже. Но, видимо, только потому, что Скарлетт являлась наглядным воплощением поговорки: «Здесь нет мужчин и женщин, здесь есть только сотрудники».
Первое время Ву проводил видеоконференции ежедневно, в 21.00 ч., с домашнего компьютера. Дней через пять или шесть он сообщил, что временно приостанавливает сеансы связи, так как занимается подготовкой мотивированных ответов на многочисленные предписания об устранении нарушений. И надолго ушёл в оффлайн, чему генерал-майор Кресцент был несказанно рад.
Для полного завершения картины не хватало буквально нескольких мазков…

--------------------------------
1) Автор умышленно не употребляет термины «в отставке» или «запаса», так как военнослужащих «Шин-Ра» официально в запас и в отставку никто не отправлял. После уничтожения головного офиса, когда погибла вся документация Департамента Общественной Безопасности и его руководство, им просто некуда было обращаться для оформления соответствующих документов. Руфус Шин-Ра постепенно решал проблемы бывших сотрудников Компании, но он не мог сразу объять необъятное.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:29 | Сообщение # 6
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
…В принципе, кабы не зелёная тоска, жить в коммуне «Детей второго пришествия» можно было бы. И, наверное, даже неплохо жить, не имея склонности к излишествам в быту. Серьёзным минусом являлся рацион - скудный и вегетарианский. Готовили сектанты вкусно, но порции были слишком маленькие. Поэтому Сефирота не покидало перманентное чувство голода. По ночам его мучили кошмары: снились сырные и колбасные ряды, картошка с тушёнкой, копчёная рыба и сало с чесноком. Не раз и не два у него возникала крамольная мысль выбраться ночью из палаты и схарчить всё, что найдётся в холодильнике - хоть силос и комбикорма. С тоской вспоминал он свою последнюю любовницу: какие наваристые борщи она готовила, мммм… А какие нажористые котлеты!.. А какой густой мясной холодец!.. И от этих воспоминаний становилось совсем уж тошно.
После недолгих уговоров Проповедник разрешил Сефироту питаться в общей трапезной. Наверное, поверил байке про дефицит общения. На самом деле генерал-майор Кресцент страдал не от дефицита общения, а, получая пайку из общего котла, страховался от каких-либо нехороших добавок в еду. Таким образом, он немного расширил ареал своего обитания, добился, чтобы к нему немного привыкли и перестали чураться, а также выяснил количество и местоположение видеокамер. Заодно пересчитал сектантов по головам и установил их социальную иерархию. Профессиональная деформация и привычка подмечать малейшие детали никуда не делись.
Так, в коммуне обитало 137 человек, включая Проповедника. Из них - 65 женщин и 15 детей. Под словом «дети» стоило понимать совсем уж мелких спиногрызов - всех без исключения заморенных, бледных и чахлых от веганской кухни. Возможно, некоторые дети постарше ещё помнили дни, когда в их тарелках бывало мясо. Сефирот равнодушно относился к детям, но если бы у него были свои дети, он бы никогда не довёл их до столь плачевного состояния. Хотелось бы пообщаться с Проповедником на эту тему, но повышенное чадолюбие у Дженовы выглядело бы немного странным.
К «женщинам» Сефирот отнёс представительниц прекрасного пола, начиная с двенадцати лет, так как все девочки, достигшие половой зрелости, автоматически переходили в разряд жён Проповедника. Этот упырь, точно альфа-самец в прайде, застолбил право на всех имеющихся в наличии самок. Жёны Проповедника подразделялись на «спиритуальных» (духовных) и «карнальных» (для плотских утех). «Карнальных» жён было двадцать и, если Сефирот правильно понял местную политику, их количество могло варьироваться. Причём среди «карнальных» жён как минимум половина являлись несовершеннолетними. И несколько детей были рождены от Проповедника четырнадцати-, пятнадцатилетними матерями. Удивительно, куда смотрели социальные службы и правоохранительные органы, потому что Уголовный кодекс подобные шалости, мягко говоря, не одобрял. По крайней мере, та его редакция, которую Сефирот помнил.
57 мужчин, в свою очередь, тоже делились на касты, которые легко угадывались благодаря своеобразному маркеру - одежде. Рядовые обитатели коммуны мужского пола носили какие-то бесформенные рубахи и штаны «природной» цветовой гаммы. (Чуть позже Сефирот узнал, что эти шедевры колхозного прет-а-порте изготавливались женщинами секты.) Многие «братья» отпускали волосы и перевязывали головы хайратниками. Некоторые щеголяли с окладистыми бородами. Однако двенадцать мужчин, не считая Проповедника, заметно выделялись из общей массы. Они не носили хлам, пошитый в соседнем сарае; их гардероб состоял из фабричных вещей. Очевидно, это были особо приближённые к Келлеру люди и за ними следовало понаблюдать повнимательнее. Поэтому Сефирот начал приставать к Проповеднику с просьбами разрешить ему принимать участие в ежедневных богослужениях. Короче, из кожи вон лез, чтобы выторговать послабление режима.
Проповедник внезапно заартачился. Сказал, что ещё не время. Почему - не объяснил и дал понять, что считает тему исчерпанной.

Через две недели после обретения свободы передвижения Проповедник торжественно объявил, что с завтрашнего дня Сефирот может официально присутствовать на богослужениях. При этом два «брата» втащили в палату большую спортивную сумку и картонную коробку. Когда «братья» вышли, Сефирот вскрыл сумку и коробку, увидел в них точную копию своего форменного обмундирования, украдкой поморщился, но ничего не сказал. Кивком выразил глубочайшую признательность Проповеднику, хотя форменное обмундирование было последним, во что бы он согласился облачиться. Проповедник сообщил, что вынужден на пару дней покинуть паству, так как неотложные дела требуют его присутствия в «Золотом Блюдце». По всем вопросам обращайтесь к Первому Апостолу. Аминь.
…Первый Апостол был открытым и агрессивным гомосексуалом. Может быть, незамутнённые сектанты об этом не догадывались, но Сефирот сразу всё понял, перехватив плотоядный взгляд педрилки. И моментально начал лопаться от злости. Да сколько ж можно, ёптыть?! Хотя подобная ориентация и противоречила базовым заповедям Церкви, не стОило этим противоречиям удивляться. Достаточно было знать, что деятельность тоталитарной деструктивной секты направлена исключительно на отжим бабла у слабохарактерных граждан, а верхушка секты - мошенники высочайшего класса и организаторских способностей. С тараканами в голове, но всё-таки - мошенники. И секту они создали не для того, чтобы оные заповеди блюсти, а для того, чтобы улучшить своё материальное положение.
Итак, в тот же день Проповедник уехал, бросив хозяйство на первого зама. Сел в ржавый грузовичок и покатил по сельским дорогами. А вслед за ним, оборотившись Хаосом, полетел экс-оперуполномоченный отдела Турк Винсент Гримуарович Валентайн.
…Когда бывший пехотный капитан Алекс Мансер сменил напарника и заглянул в палату, он увидел Сефирота в его набившей оскомину по рекламным постерам амуниции из чОрной кожи, возлежащего «с ногами» на койке. Заложив руки за голову, генерал-майор Кресцент как будто спал.
Брат Мансер заскрежетал зубами, не в силах подавить вспышку недостойного гнева. Всё-таки Учитель прав: он ещё слишком слаб духом и плохо контролирует низменные страсти, свойственные человеческой натуре. Но эта особь не заслуживала права на существование. Мало того, что она нанесла Планете незаживающую рану и поставила цивилизацию на грань уничтожения. Она ещё имела наглость присвоить облик генерала Сефирота, которого Алекс Мансер безмерно уважал и чьими подвигами восхищался. Теперь эта форма… Как издевательство, злая насмешка над памятью героя.
Неслышно ступая с пятки на носок, брат Мансер вошёл в палату, закрыл за собой дверь и, подойдя к койке, склонился над ней, всмотрелся в безупречное лицо Дженовы. Дыхание мерное, спокойное, ресницы не вздрагивают. Спит.
- Только дай мне повод, тварь, - прошептал брат Мансер. - И я тебя прикончу, даже если потом моя душа век покоя не сыщет. Ты только дай мне повод, очень прошу!
На самом деле Сефирот не спал и всё слышал. Так и подмывало схватить сектанта за руку и спросить: «Слышь, мужик, хуле ты до меня дое@ался, как пьяный до радио? Чего я тебе плохого сделал?» От брата Мансера исходила угроза. Его мотивы можно было понять, вот только… разве его тут не учили любви к ближнему, состраданию, милосердию, непротивлении злу насилием и т.п.?
А вот брат Альбукерки был слабым звеном, и Сефирот его быстро раскусил. А слабым звеном брат Альбукерки являлся потому, что был в секте случайным человеком. В секту он вляпался сравнительно недавно и не по своей инициативе.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:30 | Сообщение # 7
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
Флэшбэк


…Рядовой Эмерсон Альбукерки свою жизнь связывал именно с армией. Но не прослужил и года. Метеор разрушил Мидгар, Компанию Шин-Ра и его мечты о военной карьере. В пожаре, охватившем головной офис Компании, погибло не только его личное дело, но и его надежда на стабильное будущее. Несколько недель тотальной неразберихи и анархии, отсутствие чёткого руководства и плана действий, упорные слухи о гибели президента Руфуса, полная неясность, перестрелки с бандами мародёров, устремившихся на развалины Шин-ра-билдинг в надежде поживиться, морально сломали рядового. Он вернулся в родной колхоз, ушёл в запой, потом подсел на наркотики. Мать билась, как могла, пытаясь вытащить его из состояния хронического опьянения. Никакие методы не помогали - ни увещевания, ни ругань. В итоге дура-баба не придумала ничего умнее, чем привести сынульку в секту «Дети второго пришествия». Проповедник клятвенно заверил, что вылечит парня от алкоголизма и наркомании.
От алкоголизма и наркомании Эмерсона действительно вылечили трудотерапией на свежем воздухе. А вот бредовыми идейками Проповедника он не особо проникся. Остался в секте от безысходности. Он просто вяло плыл по течению, зная, что за забором фермы его никто не ждёт и никому он не нужен, в том числе родителям. А тут - бесплатный паёк, крыша над головой и минимальные удобства, за которые не нужно напрягаться, да и армейские навыки востребованы... Дитера Келлера Эмерсон считал манипулятором и авантюристом, но благоразумно держал язык за зубами. Ни с кем из сектантов (за исключением, пожалуй, Алекса Мансера) он не сближался и окончательно свыкся с мыслью, что состарится и умрёт в безвестности в этой безблагодатной дыре. Он не ожидал, что в коммуну доставят легендарного генерала Сефирота. Который, как ему объяснили, на самом деле не Сефирот, а богиня Дженова.
Эмерсон был совсем мелким, когда в прессе прошла информация о гибели Сефирота. Мелким, но достаточно сообразительным, чтобы задать резонный вопрос: «Извините, но Сефирот прошёл Вутайскую войну без единой царапины. Так с ЧЕМ же таким он столкнулся в мирное время, что потерпел поражение и был убит?» Ответа на этот вопрос Эмерсон нигде не нашёл. И вообще история с гибелью Сефирота дурно пахла. Складывалось впечатление, что его «убрали» вследствие каких-то закулисных корпоративных интриг.
И тут извольте: его вызывает Проповедник и говорит, что с сегодняшнего дня он будет осуществлять охрану и сопровождение Дженовы, которая сейчас выглядит как Сефирот. Эмерсон понял лишь одно: у него каша в голове. К счастью, рядом находился экс-капитан Мансер, объяснивший ему на пальцах, что к чему.
…Когда пришло время его первой смены, и Эмерсон заступил на часы, сменив Алекса Мансера, Дженова только что вернулась с вечерней трапезы и читала трактаты Проповедника.
- Поаккуратней с ней, - предупредил Мансер. - В разговоры не вступай. Не нравится мне её поведение. С виду вроде тихонькая, но у меня плохое предчувствие. Она явно что-то замышляет. Я не стану обсуждать действия Учителя, но я с ним не согласен. Это существо необходимо уничтожить. И если оно попробует рыпнуться - я это сделаю, несмотря на запреты Учителя.
- Уничтожить генерала Сефирота?
Мансер усмехнулся:
- Оно только внешне выглядит, как Сефирот. На самом деле это очень опасный космический паразит. Об этом в «Бюллетене «WRO»» писали, когда публиковали результаты расследования преступлений Компании Шин-Ра против человечества.
Эмерсон сознался, что не читал «Бюллетень «WRO»». А ознакомиться с ним сейчас не представлялось возможным, так как подобная литература была запрещена Проповедником. И доступа в Интернет у него не было, так как Проповедник запретил рядовым сектантам пользоваться сотовыми телефонами, мотивировав тем, что власти посредством мобильной связи зомбируют доверчивых граждан и совращают их с пути духовного совершенствования. Но при этом все 12 «апостолов» имели мобильники. Якобы, духовно они были сильнее и богаче остальных членов секты и могли успешно противостоять попыткам зомбирования. Подобному объяснению, по мнению Эмерсона, поверил бы только кретин. Но он всё-таки недостаточно пропил и прокурил мозги, чтобы озвучить своё мнение вслух.
…Первое дежурство проходило спокойно. Эмерсон сидел возле кнопки сигнализации, готовясь в случае эксцесса подать сигнал тревоги, заблокировать дверь и принять неравный бой. Ему было скучно. Дженова тоже молчала, изучая писания Проповедника. «Хоть бы заговорила, что ли?» - вдруг подумал Эмерсон, уже не в силах бороться с зевотой. А ещё ему хотелось по нужде и он беспокойно ёрзал и нервно поглядывал на часы, ожидая конца смены.
- Да не майся уже, - вдруг сказала Дженова. - Разрешаю оправиться и покурить. Я никуда не сбегу.
- Я не кишмарю пахитоски, - ответил Эмерсон, забыв совет старшего товарища не вступать в диалог с космическим паразитом.
- Гонгага? - прищурилась Дженова, положив раскрытую брошюру на колени глянцевой обложкой вверх.
- Д-да. - Брат Альбукерки от неожиданности растерялся и забыл, что хочет в туалет. - А как вы догадались?
- По местным идиоматическим выражениям. Вам знаком Зак Фэйр?
- Я его помню, но я с ним не общался. Я был совсем маленьким, когда он ушёл из дома. А потом узнал, что он погиб.
Сефирот на секунду закрыл глаза и перед его мысленным взором промелькнуло искажённое от ярости лицо капитана Фэйра. Звон мечей, немыслимые кульбиты под куполом реактора, воздух светится от Мако и заклятий, которыми они швыряются друг в друга…
Паззлы складываются. Зак пытался его остановить. Поэтому он убил Зака.
- Да, - кивнул Сефирот. - Я это помню.
- Парни, которые его расстреляли, - продолжал Эмерсон, - рассказывали, что он настоящую бойню устроил. Много наших положил. Говорят, не хотели его убивать, ведь он был живой легендой и пользовался авторитетом. Но поступил приказ мочить при задержании - и точка. А вот его приятеля бросили. Посчитали, что он и так сдохнет.
Оп-пачки! Сефирот сделал ушки топориком. Значит, Зака убил не он? Значит, Зак выжил в Нибельхейме и его убили шинровцы? Но почему? Капитан Фэйр не занимал ответственных постов и не участвовал в корпоративных интригах.
Бл@#ь, полцарства за Интернет!
Ну, брат Альбукерки, ты, конечно, о@уенно тупой, но весьма и весьма полезный. Не успел и рта раскрыть, а уже выболтал ценнейшую информацию. А приятеля Зака Фэйра звали, часом, не Клауд Страйф? Как бы это вызнать поделикатнее?
- Зря бросили, - промурлыкал Сефирот. - Я бы добила.
Рыбка проглотила наживку. Эмерсон развёл руками:
- Естественно, он же вас убил. По крайней мере, так старослужащие рассказывали. Но командир подразделения, видимо, не смог ликвидировать его по морально-этическим соображениям, ведь Клауд Страйф служил в пехоте.
У генерал-майора Кресцента возник сильнейший соблазн встать, объявить этому честному дураку благодарность перед строем, пожать ему руку и вручить орден Сутулого III степени. Однако беседа подошла к опасной черте, за которой следовало неминуемое разоблачение, поэтому Сефирот резко свернул разговор.
- Поздно уже. Я спать хочу, - заявил он, откладывая брошюру на прикроватную тумбу.
Пока у него не будет телефона с Интернетом - сеансы откровений следует отложить.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:32 | Сообщение # 8
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
…Наступило утро следующего дня, и Сефирот моментально пожалел о том, что слишком активно напрашивался присутствовать на ежедневных проповедях. Для начала последовал подъём в пять утра. Разбудил его Эмерсон Альбукерки. Почему-то страшно довольный. На вопрос, чему он так радуется, Эмерсон ответил, что после побудки всех выгоняют во двор обливаться холодной водой, потом начинается физзарядка, обязательный атрибут коей – бег на дистанцию 3 км вокруг забора фермы. Очень, мол, закаляет дух. После зарядки, не позавтракав, все выдвигаются в молельный зал на полутора – двухчасовую проповедь. Таким образом изживается грех чревоугодия. И только после проповеди братья и сёстры отправляются в трапезную. Так вот: Эмерсон, благодаря вахте у палаты Сефирота, хотя бы сегодня был избавлен от обливания водой и марафона вокруг фермы. Кроме того, Первый Апостол распорядился накормить Дженову перед проповедью, чтобы не раздражалась с непривычки. И брат Альбукерки планировал пожрать с ней за компанию. «О, дружище, - подумал Сефирот. – Хреновый из тебя истово верующий».
Первый Апостол оказался предусмотрительным человеком. Если бы Сефирота отправили слушать двухчасовую проповедь, предварительно заставив пробежать 3 км и не дав пожрать, он бы точно камня на камне от фермы не оставил.
В трапезной никого не было, кроме дежурного на раздаче. Получив тарелки с кашей, хлеб и морс, Сефирот и брат Альбукерки сели подальше от выхода, в самый угол трапезной. Точнее, Сефирот выбрал место, а Эмерсону осталось лишь последовать за ним.
- Тут вообще не подают мяса? – спросил Сефирот, ковыряя ложкой густую кашу из какого-то растения семейства бобовых. Интересно, если её хорошенько подкинуть вверх, она прилипнет к потолку? А если прилипнет, то сколько провисит?
- Вообще не подают, - ответил брат Альбукерки с набитым ртом и помотал головой.
- Плохо! – исчёрпывающе высказался Сефирот. – Так можно и ноги протянуть.
Брат Альбукерки насторожился. Ведь он был молодым, здоровым двадцатилетним парнем, его организм ещё рос и беспрестанно требовал еды. Он ещё помнил вкус мяса, рыбы, яиц и молока и иногда тоска по ним становилась запредельной. Сефирот озвучил то, о чём Эмерсон втайне думал сам.
Нет, нет, нет! Брат Альбукерки зажмурился и даже ложку отложил. Изыди, нечистая сила, молчи, демонесса-искусительница! Он не должен думать о скоромной пище, ведь каждой такой думкой он… эээ… а что он каждой такой думкой? То ли что-то отдаляет, то ли что-то приближает. Забыл, честное слово, забыл! Учитель об этом говорил, но Эмерсон в это время смотрел не на распинающегося на амвоне пастыря, а на то, как красиво обтягивает платье пышную грудь одной из «сестёр».
Да, насильственное воздержание тоже было для него проблемой. Сексуальные практики не входили в число инструментов психологической обработки сектантов. Все женщины априори считались жёнами Проповедника. «Апостолы», как Эмерсон подозревал, ездили развлекаться в «Золотое Блюдце». Остальным приходилось довольствоваться мыслью, что воздержание – это первый этап смирения плоти и борьбы с грехом прелюбодеяния. Эмерсон не исключал, что мужчинам-сектантам в пищу добавлялись препараты, подавляющие либидо, но, буде на то пошло, на него эти препараты либо не действовали, либо он слишком мало пробыл в секте, чтобы почувствовать зримый эффект. Так что, если Сефироту по ночам снились «Вутайская кухня» и офицерская столовая, то Эмерсону снились груди, задницы и вагины, поэтому, просыпаясь незадолго до побудки в общей мужской казарме, он сперва чувствовал себя гинекологом-неудачником, а потом, убедившись, что «братья» ещё почивают, в несколько приёмов решал свою проблему. Причём каждый раз это была настоящая войсковая операция, потому что видеокамеры стояли даже в спальнях. Их не было только в душевых и в туалетах: до подобного беспредела даже Келлер не опустился.
- Учитель говорит, что по этическим соображениям мы не должны употреблять в пищу плоть братьев наших меньших, - нашёлся Эмерсон. И, глядя в смеющиеся глаза Дженовы, понял, что выглядит идиотом.
Она с ним играет. А он ей это позволяет. Может быть, Мансер прав и следует оборвать контакт? Но с другой стороны, ему с Дженовой хорошо, комфортно и весело. Главное, помнить, что физиологически она всё-таки мужик. Хотя внешность у Сефирота - специфически-андрогинная, так что можно абстрагироваться от его половой принадлежности. Да и не выглядит он на свои 39…
Эмерсон тряхнул головой: «Не сметь!»
- А сам-то ты в это веришь? - не унималась Дженова, склонив голову набок и завораживая его колдовским взглядом своих нечеловеческих глаз. Её кошачьи зрачки расширились в сумраке трапезной, почти целиком заполнив радужку.
Чёрные дыры космоса в сияющем ореоле Мако… В висках брата Альбукерки застучала кровь. А что, если…
…он опять тряхнул головой и изо всех сил пнул себя под столом носком правого ботинка в ахиллесово сухожилие левой ноги: «Не сметь!»
Боль в крайне чувствительном месте заставила схлынуть волну внезапного возбуждения. Вроде отпустило. Но и аппетит резко пропал.
- Разумеется. - Эмерсон отчаянно надеялся, что кивает и говорит уверенно. И тщетно силился отвести взгляд от сдержанно улыбающегося, с приподнятыми уголками рта Дженовы. Интересно, каковы её губы на вкус?
«Не сметь!!!»
За дверью трапезной уже басил Первый Апостол: искал Дженову, чтобы проводить её в молельную. Судя по печальному лицу Эмерсона, он тоже его услышал.
Всё, парень был практически готов, можно было брать его голыми руками. Но сперва нужно было взять Первого Апостола. Вернее, его замечательный телефонный аппарат, с которым он постоянно игрался во время трапез, откровенно оскорбляя чувства верующих. И эта часть плана представлялась самой сложной и неприятной, так как подразумевала совращение лица одного с Сефиротом пола. Он едино на то уповал, что клиента не придётся шибко подогревать, тот и так уже ходит подогретый. Опять же, босс поехал развлекаться в «Золотое Блюдце», а первого зама с собой не взял. Непорядок!
(На самом деле Проповедник отправился в «Золотое Блюдце» к деловому партнёру и повёз с собой всю последнюю партию добытого Мако. Партнёр руководил мелкой фирмочкой, которая официально занималась изготовлением фейерверков, а неофициально – переработкой Мако в Материю. Проповедник, зная, что за Дженовой придут Клауд Страйф и Генезис Рапсодос, намеревался заказать боевую Материю и Материю призыва.)

…По пути из главного здания храма к молельному залу, находящемуся в центре коммуны, Сефирот интенсивно вертел головой, запоминая расположение зданий и сооружений. Они выстроились почти в шахматном порядке, а проходы между ними были слишком узкими, чтобы тяжёлая техника могла свободно пройти и развернуться. Нижние этажи были сложены из каменных блоков. Скорее всего - из популярного в Космо-каньоне известняка. Верхние этажи домов слегка нависали над нижними, позволяя вести из окон и балконов эффективный огонь по тем, кто находится на улице. Улицы могли простреливаться вдоль и поперёк достаточно ограниченными силами; «слепых» зон на данном участке Сефирот не увидел. С другой стороны, зная пробивную способность боеприпасов для современных видов огнестрельного оружия, можно было уверенно констатировать: осаждённой стороне тоже придётся несладко. Если, конечно, стены вторых этажей не были усилены изнутри.
Краем глаза Сефирот заметил, что вслед за ним, Первым Апостолом и братом Альбукерки вприпрыжку бежит щенок Нанаки, дружелюбно виляя хвостом. Догнав процессию, щенок начал виться в ногах Сефирота и ластиться к нему.
- А вы ему, похоже, нравитесь, - заметил брат Альбукерки. – Это хорошая примета.
- С чего вдруг я ему понравилась? – удивился Сефирот. Тем не менее, наклонился и погладил щенка, а тот начал облизывать ему руку и тыкаться в ладонь мокрым, холодным носом.
Первый Апостол заалел ликом, как запрещающий сигнал светофора в горловине станции Мидгар-Пассажирский. И даже, кажется, задымился. Ягодицы наклонившегося Сефирота, соблазнительно обтянутые чёрной кожей, явились последней каплей. Перед глазами стояла картина маслом: обнажённая фигура в зелёной мути физраствора, укрытая, точно вуалью, тонкой паутиной серебристых волос…
«Будь я проклят, - подумал Первый Апостол, - если до полуночи не проверю, насколько тугое у тебя очко!»
Он вздрогнул, сглотнул и облизнулся, в красках представив пульсацию чужого сфинктера, жар и тесноту прямой кишки, сжимающей его член. Сефирот, конечно, не видел его гримас, так как не имел глаз на затылке, а вот брат Альбукерки видел всё, всё понял и понял, что его вмешательство - лишь вопрос времени…


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:34 | Сообщение # 9
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
…Молельный зал представлял собой двухэтажную часовню с остроконечной крышей и узкими окнами-бойницами, расположенными на уровне второго этажа. Они были забраны частыми решётками, так что между прутьями с трудом пролезала рука взрослого человека. Словно сектанты изначально готовились к отражению штурма. С левого торца часовни был пристроен деревянный навес, под которым стояли бочки и канистры. Сефирот сразу догадался, что это и для чего так заботливо собрано в одном месте. И тут же начал присматриваться, из какого материала построена часовня, прикидывать, можно ли пробить её стены, вырвать дверь и окна. Его подозрения оформились окончательно, когда он увидел, что внутри стены часовни отделаны «натуральными» материалами - сухими ивовыми прутьями. Пол устилали циновки из соломки. Мебель была изготовлена из фанеры. Одна искра - и вся эта красота вспыхнет, как порох.
…Проповедь оказалась такой скучной, что тождественность с ежемесячными «коллегиями» по подведению итогов ОСД (1) Компании Шин-Ра наблюдалась полная. Читал её Пятый Апостол - пожилой мужчина интеллигентного вида, с тихим голосом. Он читал по бумажке монотонно и нудно, так что в молельном зале царила сонная атмосфера. Даже мухи засыпали на лету и падали на головы присутствующих.
Через десять минут Сефирот понял, что сейчас вырубится и заедет к Сопикову и Храповицкому, невзирая на лица. Он всегда дрых на совещаниях и ничего не мог с собой поделать: борьба со сном всякий раз заканчивалась победой сна. А во время проповеди спать было нельзя, так как нужно было изображать божество. Ему сказали сесть в высокое кресло возле амвона, подозрительно напоминающее трон, положить руки на подлокотники и сидеть с королевской осанкой и выражением царственной надменности на лице. И с королевской осанкой и с выражением царственной надменности сразу возникли сложности, потому что царственная надменность при ежеминутных поползновениях организма отчаянно зевнуть держалась на лице Сефирота с таким скрипом, что его было слышно во дворе. Верхняя же часть тела постоянно порывалась сложиться буквой «зю».
Тогда Сефирот, чтобы не уснуть, занялся совращением Первого Апостола. Благо, тот в основном на него пялился, а не на чтеца. Брат Альбукерки, кстати, тоже. В Эмерсоне проснулся Дон-Кихот, на глазах которого происходило покушение на честь Прекрасной Дамы. Которую, на минуточку, он должен был охранять. (То, что «дама» могла спокойно навалять всем двенадцати «апостолам» одной… правой, Эмерсон благополучно упустил.) Богиня Дженова мягко и ненавязчиво превращалась в Елену Троянскую, постепенно обостряя противоречия между «верхами» и «низами». Хотя над созданием классической предреволюционной ситуации «верхи не могут, низы не хотят» надо было ещё поработать, общий курс уже был задан и легко прослеживался невооружённым оком. А генерал-майор Кресцент мог смело претендовать на «Оскара» в номинации «Лучшая женская роль». Может быть, он и не переплюнул Дастина Хоффмана, но для упоротого гетероориентированного вояки сработал на крепкую «пятёрку». Пригодился-таки опыт лабораторной жизни. На какие только ухищрения он в детстве не пускался, чтобы отвертеться от неприятных процедур, какую только лапшу не вешал на уши Ходжо и его помощникам!
…Взглядом заведённого донельзя Первого Апостола можно было заряжать аккумуляторы и плавить корабельную сталь. Мужик, определённо, получил серьёзнейшую черепно-мозговую травму от ударившей в голову семенной жидкости. И когда Дженова скосила в его сторону свои фантастические, сияющие зеленью Мако глаза с вертикальными зрачками, а её красиво очерчённые губы зазмеились в провоцирующей и манящей улыбке - Первый Апостол пропал окончательно. Ему бы самое время насторожиться, но нет… Не знал он, что Сефирот Кресцент при любом раскладе улыбался. Вручал награды - улыбался. Поздравлял с профессиональными праздниками - улыбался. Объявлял взыскания - улыбался. Посылал нах… - улыбался. Приказывал расстрелять - улыбался. И несведущие люди на этом горели, как «чайники» на дегустации поддельной вутайской водки.

- …Ступайте, служба окончена. Аминь. - Пятый Апостол осенил паству жестом, символизирующим знамение.
Братья и сёстры потянулись к выходу. Сефирот спокойно ждал, пока все выйдут, в том числе - его конвоиры и Первый Апостол. Брата Альбукерки у самой двери попридержал брат Мансер.
- Ты видел, как брат Первый Апостол на неё смотрел? - тихо спросил Алекс.
С момента появления Дженовы экс-капитан кардинально сменил имидж. Он коротко подстригся, сбрил бороду, сменил парусиновые тапки на армейские бутсы, начал заправлять рубаху в брюки и ни на секунду не расставался с карабином. Даже в клозет с ним ходил. Одним словом, влез в шкуру военнослужащего в «горячей точке».
- Видел, - шепнул Эмерсон.
- Он её хочет. Ты понимаешь, что она его убьёт? - зашептал Мансер ему на ухо, больно вцепившись в предплечье «брата». - Брат Первый Апостол явно попал под её влияние. Она ведь только этого и добивается - внести смуту и раскол в наш общий дом.
- Слушай, ничего я не понимаю, - огрызнулся Эмерсон, стряхивая его руку. - Я вижу только то, что брат Первый Апостол - похотливое дерьмо. И если она его убьёт, то…
Он поспешно осёкся и зажал рот ладонью.
Вот оно. Вырвалось.
- О, понятно, - спокойно произнёс брат Мансер и отступил на шаг, попутно смерив Эмерсона тяжёлым взглядом. - Ты тоже попал под её влияние. Когда она успела тебя… обработать? Чем вы с ней занимались… наедине?
- Ты чё, ё@нулся? - зашипел брат Альбукерки. - Я что, по-твоему, идиот или извращенец? У меня ориентация нормальная. Да даже если бы я чего-нибудь эдакого захотел, я же знаю, что тут кругом телекамеры понатыканы. Фильтруй базар, убогий.
Отпихнув Мансера плечом, он покинул молельный зал и тут же спохватился: а ведь Дженова осталась в помещении! Резко обернувшись, он увидел, как она выходит, аккуратно обтекая загородившего проход Алекса. Удивительно, насколько гибкой и ловкой она была для своих габаритов! Своей нечеловеческой грацией Дженова напоминала Эмерсону кошку: большую, хищную, невероятно соблазнительную серебряную кошку.
…Дремлющий у поленницы щенок Нанаки тотчас проснулся, высунул язык, завилял хвостом и принялся тереться о сапоги Дженовы. Та подхватила его на руки и прижала к груди.
- Хороший пёсик.
Эмерсон в три прыжка догнал её и пристроился одесную.
- Эээ, я не уверен, что Учитель одобрит присутствие животного в храме.
- Но ты же сам сказал, что привязанность Нанаки - хорошая примета. - Дженова кокетливо надула губы и брат Альбукерки, смущённо кхекнув, покраснел и отвернулся.
Грязные приёмчики Скарлетт действовали безотказно.
Алекс Мансер, сокрушённо покачав головой, в сердцах махнул рукой и самоустранился.
…Всё со всеми ясно. Никто не хочет понять или не желает понять, что над коммуной и над всем человечеством опять нависла угроза. Бедствие-с-Небес затеяло свою игру - это очевидно. Экс-капитан Алекс Мансер, уроженец Нибельхейма и волей обстоятельств - ликвидатор последствий Нибельхеймского инцидента, потерявший в огне отца, мать, младшую сестру и племянника - был готов идти любые жертвы и ухищрения, лишь бы этот кошмар не повторился вновь.
Алекс Мансер развернулся на 180 градусов и направился к воротам фермы. Его смена - завтра, а до этого времени - вагон. Он должен добраться до ГТС Космо-каньона и сообщить компетентным органам о Дженове. Если вслед за его сообщением правительство пришлёт войска и сровняет ферму с землёй - его миссия по спасению человечества будет выполнена. 137 жизней лучше, чем несколько миллионов.

---------------------------------------
1) ОСД - оперативно-служебная деятельность.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:34 | Сообщение # 10
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
- Как делишки? - Даже по телефону было слышно, что Рено жуёт жвачку.
- Да неплохо, в целом, - ответил Клауд. Зажав мобильник плечом, он таскался с пакетами по рынку в Космо-каньоне, закупая провизию. - Заслали на ферму агентуру. Ждём результата. Пока тишина. А у вас?
- В рабочем режиме. Вон, пожарник сейчас предписание строчит об устранении нарушений. Херово то, что взялись за бухгалтерию и… - Турк запнулся.
- Наковыряли что-то?
- Боюсь, что да.
- А почему «боюсь»?
- Потому что по бухгалтерским проводкам можно отследить финансово-хозяйственные взаимоотношения «Эдж Фармацевтик» с сектой «Дети второго пришествия». Ну и первичку мы всю вывернули, естественно. Они такие долбо@бы, что даже не пытались шифроваться. Кретины! Я же им нарочно дал три дня концы подчистить! Сейчас главбух лопочет что-то маловразумительное про налоговые проверки, но к делу уже подключилась «WRO», а точнее - подразделение по борьбе с преступлениями в сфере экономики. Вот стопудово, помяни моё слово, они что-нибудь нароют. И тогда ждите гостей с постановлением о производстве обыска.
- Ё@ твою мать! - Клауд встал столбом посреди рыночной площади. - И чё теперь делать? Не-не, нам тут гости с обыском не нужны, мы ещё даже не приступали к работе!
- Сколько вам понадобится времени, чтобы выдернуть с фермы Сефирота?
- Ну, блин, ты спросил! Я откуда знаю? Недели две, как минимум. У нас даже плана нет!
- Месяца вам хватит?
- Н-ну, не знаю… Наверное. А ты можешь дать нам месяц?
- Я могу переговорить с людьми и попытаться затянуть проверку по максимуму, но больше чем на месяц не рассчитывайте.
- Сделай милость, - попросил Клауд и направился к ярмарочному комплексу, где были представлены продукты окрестных деревень.
Там его ожидал Генезис, который должен был к моменту встречи затариться мясом. В этом грязном деле экс-полковник Рапсодос знал толк. Недаром о его шашлыках ещё в бытность Клауда рядовым срочной службы слагали легенды и сочиняли анекдоты.
- Ну что, поздравляю. Походу, мы перехитрили сами себя, - с ходу огорошил Клауд Генезиса, словив его у прилавков, где местные производители предлагали продегустировать копчёности, сало, сосиски и колбасы.
И пересказал разговор с Рено.
- Херово, - нахмурился Генезис. - Я не ожидал, что они настолько тупы.
- Да уж, заварили мы кашу.
- Ты обожди, не кипишуй раньше времени. Давай, сперва сгоняем на верхний ярус к Бугенхагену и пробьём тему насчёт наличия у него Материи. Без неё идти на штурм - бессмысленно. А если у него есть Материя призыва - то вообще сладко.
- А если у него ничего нет?
- Тогда будем решать проблемы по мере их поступления.
Клауд посмотрел на свои пакеты с провизией и пакеты Генезиса.
- Ладно, ты иди, а я уволоку это к «Фенриру». Не будем же мы с ними таскаться? Я тебя догоню.
- ДобрО, - согласился Генезис и, выпростав крыло, взмыл к пику горы, туда, где в нежно-голубой дымке просматривались яйцеобразные купола обсерватории.
Клауд же направился к подножью горы по винтовой лестнице, вырубленной прямо в скальной породе. И, разумеется, в самый неподходящий момент у него зазвонил сотовый телефон. Руки Страйфа были заняты, поэтому он, мысленно ругаясь, поставил полные пакеты на ступеньки и вытащил мобильник из чехла на поясном ремне. Пока он канителился, звонивший сбросил вызов, но Клауд всё же посмотрел, с какого абонентского номера поступил звонок. Номер был незнакомый.
«Клиенты», - подумал Клауд, вновь упаковывая мобилу в чехол. Если что-то срочное - Юффи скинет sms. Вутайка на удивление ловко управлялась в баре и в службе доставки, как будто талант кОммерца был у неё в крови. Хоть и куксилась недовольно, что её не взяли на операцию в Космо-каньон. Непонятно, как Генезис её убедил, что она нужнее в Эдже? А главное, СКОЛЬКО раз подряд её убеждать пришлось?
…Корпус телефона легко завибрировал, сигнализируя о поступлении входящего sms-сообщения. Клауд со вздохом поставил пакеты у ног, извлёк мобилу из чехла и прочёл текст. И чуть не свалился без памяти: «Т-щ младший сержант, ты трубу для красоты носишь? Это генерал-майор Кресцент. Перезвони мне».
Клауд набрал номер Генезиса.
- Ген, ты уже долетел?
- Нет. Подлетаю. А что? – Слышно было, как завывает ветер на вершине горы.
- Вертайся взад. Похоже, Сефирот на проводе.

…Первый Апостол считал себя очень хитрым, умным и коварным, поэтому с чисто хуторской смекалкой решил поиметь боевого офицера, который все его манёвры прогнозировал на счёт «раз». Для начала он вмешался, когда брат Альбукерки попытался забрать у Дженовы щенка. Судя по благодарному взгляду кошачьих глаз, первый шаг к покорению бастиона был сделан успешно. Далее Первый Апостол взял в медчасти вазелин и шприц, наполнил шприц снотворным и спрятал в рукаве. А потом отослал часового из палаты Дженовы с каким-то бредовым поручением. Ступайте, дескать, любезный брат мой, а я за вас подежурю. «Брат» удивился, но перечить не посмел – субординация в секте была почти как в армии.
В палате Дженовы стояли видеокамеры и это препятствовало совершению преступления. Первый Апостол понимал, что его одиннадцать «товарищей» с готовностью вломят его Проповеднику. А тот за спаривание с Дженовой учинит ему такой разнос, что мало не покажется. Но и держаться дальше не было никаких сил. Первый Апостол со школьной скамьи дрочил на генерала Сефирота (они были почти ровесниками) и с годами этот пыл не угас. Вот только в армию Первого Апостола не взяли из-за плоскостопия. И тут – представьте! – объект его юношеских грёз находится рядом и ничегошеньки о себе не помнит. Вообразил себя какой-то бабой. Глазки ему строит, понимаете ли, улыбается провокационно… Не такой уж ты, оказывается, холодный и неприступный, генерал Сефирот!
Если бы Первого Апостола взяли в армию - он бы знал, что попытка присунуть генералу Сефироту на полкарасика грозит причинением тяжкого вреда здоровью. Вероятно даже, повлекшим по неосторожности смерть потерпевшего. Потому что генералу Сефироту нравились женщины.
Первый Апостол решил дождаться, когда Дженова отправится в санузел и сопроводить её туда. А далее втихаря вколоть ей снотворное и уестествить, пока «барышня» почивает. Конечно, занятие сексом со спящим человеком – сомнительное дело, уголовщиной попахивает. Зато Дженова будет расслаблена и не окажет сопротивления.
Уже через пятнадцать минут после того, как начинающий маньяк-насильник принял пост в палате Дженовы, та засобиралась в уборную. Действительно, чего время-то тянуть, размышлял Сефирот, а то гражданин аж извёлся весь, сидит, как на иголках. И, оправив плащ, он двинулся проторённой дорогой с Первым Апостолом в кильватере. Щенок хотел увязаться за ними, но Сефирот закрыл его в палате. Он знал, что интеллект Нанаки не уступает человеческому, поэтому версия: «Есть у нас сомнение, что ты, мил-человек, стукачок!» (с) - тоже нуждалась в проверке.
Не веря своей удаче, Первый Апостол пропустил Сефирота вперёд, выждал секунд тридцать (чтобы клиент успел встать у толчка, расстегнуть ширинку и сконцентрироваться на струе, отключив лишние органы чувств), и вошёл. Более всего он боялся, что в сортире окажется кто-то ещё. Зря боялся. Если бы там обнаружились свидетели – Сефирот бы их быстренько спровадил. Он не меньше маньяка-насильника был заинтересован в уединении. Но им обоим повезло: в сортире никого не было.
Итак, Первый Апостол вошёл в уборную, а что случилось дальше – он не помнил. Потому что притаившийся за дверью Сефирот молниеносно провёл удушающий приём, запер входную дверь изнутри, затащил обмякшее тело в кабинку, стянул с Первого Апостола штаны вместе с трусами и усадил его на унитаз. В ходе производимых манипуляций у Первого Апостола из рукава выпал шприц со снотворным, а из кармана штанов - тюбик вазелина. Мысленно всхохотамши над идиотом, Сефирот поставил ему укол и, воспользовавшись беспомощным состоянием потерпевшего, завладел его мобильным телефоном.
Спустя секунду т-щ генерал-майор, сидя на полу возле кабинки, где спал Первый Апостол, взахлёб читал сетевые новости о своих «героических» похождениях, начиная с массового убийства и поджогов в Нибельхейме и заканчивая воскрешением трёхгодичной давности при посредстве банды Кададжа. Читал, тупо качал головой и выпадал в осадок, то и дело повторяя: «Ни х@я себе! Да ну, на х@й!»


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:43 | Сообщение # 11
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
Теперь мозаика разрозненных воспоминаний и осторожных предположений окончательно сложилась в панно. И чем дольше Сефирот анализировал факты и прикидывал возможные варианты своего возвращения в реальный мир, тем активнее склонялся к мысли: деловое предложение Проповедника и Томаса Ву следует принять. Они – его единственный шанс как-то легализоваться и донести до общества, что он справился с безумием и готов всячески загладить причинённый вред. Потому что с таким послужным списком его в лучшем случае расстреляют на месте. (И не факт, что Лайфстрим его примет.) В худшем – закатают в дурку до скончания времён. А бегать от властей всю оставшуюся жизнь Сефирот принципиально не собирался.
Оставался вопрос: что делать с Генезисом? Ведь он бродит где-то рядом, аки призрак по Европе. И явно по его душу бродит. Сефирот поискал Генезиса в соцсетях и предсказуемо не нашёл. Значит, либо его в соцсетях нет, либо он тоже пребывает на нелегальном положении.
К кому же можно обратиться, сообщить, что он жив и вменяем? Кого взять в союзники? Директора Лазарда?
Сефирот отстучал запрос: «Лазард Дойсерикус».
Ничего утешительного. «Родился… Окончил… Назначен на должность… Пропал без вести… Местонахождение до настоящего времени не установлено...»
Скорее всего, Лазарда нет в живых.
«Феликс Вельд» (1).
«…Годы жизни… Убит при задержании по подозрению в совершении преступления, предусмотренном статьёй…»
Эх, т-щ полковник, т-щ полковник... (2) Что ж вы так неосторожно-то, а?
«Рив Туэсти».
Ага, уже интереснее. Свеженькие новости, буквально с пылу, с жару. «Глава Комитета Восстановления Мира подал в отставку». Сефирот промотал новостную ленту вверх. «Во вторник Глава Комитета Восстановления Мира Рив Туэсти написал заявление о сложении полномочий по собственному желанию. Об этом сообщила пресс-служба «WRO». Временно исполняющим обязанности будет первый заместитель…»
«Ценг Току…» (3) - начал, было, печатать Сефирот и остановился. Нет, не пойдёт. Турки – должностные лица, они обязаны его арестовать и препроводить в кутузку. По аналогичной причине Руфус Шин-Ра тоже отпадает. Он наверняка чертовски «признателен» Сефироту за убийство отца и уничтожение бизнеса. (Хотя насчёт убийства отца – вопрос спорный…)
А что, если?.. «Клауд Страйф».
Человек, который, якобы, его убил. Аж целых три раза.
…Поисковик выдал достаточно много корректных ссылок на «Службу доставки Страйф». Пользователи сети в основном хвалили курьера за оперативность, аккуратность при доставке хрупких грузов и грамотное оформление сопроводительных документов. Также на сайтах были указаны контактные телефоны. «Пан или пропал», - думал Сефирот, набирая один из номеров. Если взрывчатое вещество в ошейнике сдетонирует при воздействии радиоволн - значит, судьба у него такая… незавидная…
Позвонив, Сефирот попал в бар «Седьмое небо». Трубку сняла девушка, и он попросил позвать к телефону Клауда Страйфа. Девушка – это была Юффи – ответила, что Страйф находится в длительной командировке, может, она чем-то поможет?
- Если вас не затруднит, дайте мне, пожалуйста, номер его сотового, - ужасающе вежливо и культурно попросил Сефирот, прямо физически чувствуя, как с баланса утекают деньги за междугородние звонки. – Мне надо переговорить с ним лично.
Юффи сказала, что даст только рабочий номер. «Да какой угодно. Давай уже, рожай!» - едва не рявкнул Сефирот, потому что в дверь уборной кто-то ощутимо толкнулся.
Мисс Кисараги надолго затихла. То ли в записной книжке ковырялась, телефон искала, то ли - в памяти своего мобильника. Наконец она продиктовала номер, совпадающий с одним из приведённых на сайтах. Сефирот сдержанно поблагодарил, на всякий случай взял обещанный платёж и позвонил на указанный номер.
Страйф не соизволил ответить. Тогда Сефирот отправил ему sms-сообщение, сформулировав послание таким образом, чтобы у Клауда появились обоснованные сомнения в том, что он говорит с Дженовой.
И малыш Спайки оправдал ожидания. Перезвонил очень быстро.
- Д… добрый день. Я получил эсэмэску.

Волосы на голове Клауда - и без того торчащие в разные стороны - от страха встопорщились ещё сильнее. От страха, что сейчас в трубке раздастся холодный, насмешливый голос: «Давно не виделись, Клауд!» С многозначительной паузой перед тем, как назвать его по имени.
Стоявший рядом Генезис Рапсодос мандражировал ничуть не меньше.
- Добрый день… «Здравия желаю» в таких случаях принято говорить! - последовал ответ, и Клауд с Генезисом громко, облегчённо выдохнули, узнав эти интонации. - Ладно, шучу… У меня мало времени, поэтому объясняю очень быстро. Я ознакомился с тем, что мне инкриминируется. Вины с себя за это я не снимаю, хотя ни х@я не помню. Как я выжил в Мако реакторе - понятия не имею. Почему я тогда с глузду зъихал - об этом как-нибудь потолкуем за рюмкой чая. Если доживём до этого. У меня всего один вопрос: могу я попросить тебя о помощи? Если хочешь послать меня на хер - посылай сразу. Я - кагбэ без претензий.
- Можете на меня рассчитывать, тащ генерал-майор, - по-военному чётко отрапортовал Клауд. - Мы, собственно, затем и здесь.
- «Здесь» - это где?
- Здесь - это в Космо-каньоне. Мы за вами следили. Точнее, не за вами, а за вертолётом, которым вас сюда доставили.
- А «мы» - это кто?
- Ну… я, Генезис и ещё пара-тройка ребят. Вы их не знаете.
- Генезис с вами? - вскинулся Сефирот.
- Рядом стоит.
- Дай ему трубку. - Сефирот спохватился и умерил командирский тон. - Пожалуйста.
Рука Генезиса, когда он принимал у Клауда телефон, следует отметить, тряслась!
- Гена.
- Сеф. - Ну, хотя бы голос не дрожал. И на том спасибо.
- Я догадываюсь, что ты затеял и сейчас буду тебя отговаривать. Во-первых, здесь начнётся бойня с ритуальным сожжением детей и женщин. Бензин и дровишки уже заготовлены, крематорий сделан из говна и фанеры. Во-вторых, вы перемОчите стадо баранов, которым запудрили мозги и за это вам придётся объясняться перед законом. В-третьих, на мне находится взрывное устройство, которое сработает, если я попытаюсь его снять или отойду от фермы на пятьдесят метров. Как его нейтрализовать, я не знаю. Я его сфотографирую и отправлю тебе изображение. Если знаешь, что с ним можно сделать - скажи.
- Сеф, ты, главное, держись. Мы тебя вытащим, - перебил Генезис.
- Для чего? Чтобы до старости бегать от уголовной ответственности? - усмехнулся Сефирот. - Не надо меня отсюда вытаскивать. Я сам справлюсь.
Сказать, что Генезис был потрясён - значит, ничего не сказать.
- В смысле?
- Я контролирую ситуацию. По крайней мере, пока. Гена, с этими людьми, в принципе, можно общаться и можно сотрудничать.
- Ты ещё не вкурил, чего они от тебя хотят? – Генезис задал риторический вопрос.
- Да я сразу это понял, - последовал ответ. - И что, ты думаешь, мы не сможем их переиграть?
Рапсодос запрокинул голову и прижал телефон к груди.
…Небо было яркое, голубое-голубое… Редкие перистые облака ползли от горизонта…
- Сеф. Вопрос. Мы можем встретиться и переговорить?
- Не знаю. Но подгребай, как стемнеет, к воротам. Если у меня получится то, что я задумал - я тебя встречу. Нет - ну… смажешь лыжи. Только знаешь что… мне нужна мобила с зарядным устройством.
- Не вопрос. Обеспечим.
- Всё, давай тогда. Подумай над сотрудничеством с Томасом Ву. Он дельные вещи предлагает.
- Ладно, ладно, я тебя понял.

- Тебе нафига личная встреча? - спросил Клауд, забирая у Генезиса мобильник.
- Хочу убедиться, что это действительно Сеф, а не козни Дженовы.
- Ладно, согласен. А если тебя расстреляют на подлёте?
Рапсодос криво усмехнулся:
- На меня ещё пуля не отлита. Сеф просил подогнать мобилу. Так что я тебя покину ненадолго, закрою этот вопрос.
- Хорошо, - кивнул Клауд и, подняв пакеты, пошкандыбал на автостоянку, где оставил «Фенрир».

Дав отбой, Сефирот сфотографировал ошейник с нескольких ракурсов, отправил фотографии на номер Клауда, подождал уведомление о доставке, после чего бросил телефон Первого Апостола в унитаз и спустил воду. Усмехнувшись, швырнул тюбик вазелина Первому Апостолу на колени и закрыл дверь кабинки.
В дверь сортира громко скреблись и долбились, отчаянно призывая Дженову по имени. Сефирот отворил и увидел насмерть перепуганного брата Альбукерки. Щенок Нанаки винтом проскользнул у него между ног и начал крутиться подле Сефирота, приплясывая и вставая на задние лапы.
- С вами всё в порядке? – взволнованно спросил брат Альбукерки. Не в силах справиться с внезапно нахлынувшими чувствами, он крепко обнял свою неземную любовь и прижал её к себе, одновременно зарываясь лицом и пальцами в серебряный шёлк волос и с наслаждением вдыхая их аромат...
При иных обстоятельствах Эмерсон схлопотал бы, как минимум, коленом в пах. Но такого союзника не следовало терять, поэтому Сефирот просто упёрся ладонями ему в грудь и решительно его отодвинул.
- Отставить. – Сказано было вполголоса, но для Эмерсона эти слова прозвучали, раскату грома подобно. С лихвой хватило, чтобы остудить любовный пыл. - Субординацию вообще для кого придумали?
Брат Альбукерки отшатнулся, осознав внезапную и радикальную перемену в имидже «богини». Мимика, жесты, интонация, взгляд - изменилось абсолютно всё.
Перед ним стояла не Дженова. Перед ним стоял генерал-майор Кресцент.

…Самые дешёвые мобильники продавались в киоске напротив узла сельско-пригородной связи. Поэтому Генезис в первую очередь отправился туда. Стоя у витрины, он долго приценивался к телефонным аппаратам, прикидывая самый оптимальный вариант для Сефирота. Нужен был телефон без лишних наворотов, с возможностью выхода в Сеть, плоский и компактный, чтобы его можно было переносить скрытно. И, наверное, ещё к нему нужна будет гарнитура «свободные руки»…
Выбор был богат, а потому - особенно мучителен. Рапсодос пересмотрел десятка два моделей и прочёл инструкции к ним, окончательно заколебав продавца. Тот уже готов был его убить. Тем более, подошёл ещё один клиент, которого нужно было срочно заинтересовать, чтобы не удрал к конкурентам.
- Вы для кого берёте - для себя или супруги? - не выдержал продавец. - Или для ребёнка?
- Да нет. У друга - день рождения, - почти не соврал Генезис.
- Пока вы не заговорили, я сомневался, что это вы, тащ полковник, - прозвучал за спиной знакомый голос.
Мысленно выругавшись - откуда вдруг здесь знакомые нарисовались?! - Генезис развернулся на сто восемьдесят градусов.
- Не ожидал вас тут встретить, тащ старший лейтенант, - ответил он, внимательно оглядев собеседника с ног до головы.
- Последнее звание - капитан, - уточнил Алекс Мансер. - Присвоили через два месяца после вашей… как бы сказать… отставки.
Выбор телефона сразу сделался очевидным. Свидетели острого разговора, который грозил состояться прямо у прилавка, Генезису были не нужны.
- Вот этот, - сказал Рапсодос, ткнув пальцем в мобильник, который осмотрел первым.
Рассчитавшись за покупку и получив коробку с телефонным аппаратом и кассовый чек, Генезис направился в противоположную от узла связи сторону. Мансер пристроился рядом.
- Вы телефон для НЕЁ купили? - спросил он без обиняков.
- Для кого? - Генезис сделал вид, что не понял юмора, хотя внутренне весь подобрался, как перед прыжком. По одежде экс-капитана было видно, что тот является адептом секты «Дети второго пришествия».
- Для Дженовы.
- С чего вы так решили? - Тревожный молоточек застучал в висках очень громко и настойчиво.
Мансер неожиданно повернулся к нему всем корпусом, схватил за ворот футболки и, подтянув к себе, тихо, но грозно процедил:
- Слушай, полковник, только потому, что ты когда-то мне и моей будущей жене жизнь спас - я сейчас с тобой разговариваю. Ты ведь с Дженовой заодно, так? Просто ответь, что вам обоим надо? Чего вы хотите? Окончательно уничтожить Планету?
- Руки убрал, - спокойно произнёс Генезис, глядя ему прямо в глаза. - Не то я тебе их вырву.
Мансер проявил понятливость. Видимо, тон, которым было обещано причинение тяжкого вреда здоровью, произвёл на него впечатление.
- Извините, - буркнул он, отпуская Рапсодоса. - Погорячился. Просто эти заигрывания с Дженовой до добра не доведут.
- Ты брось горячку-то пороть. Давай лучше по пиву, - предложил Генезис. - И поговорим культурно, как взрослые люди. Я готов выслушать твои претензии и дать необходимые пояснения.
Мансер, немного подумав, кивнул:
- Ладно. Согласен.

--------------------------------------------
1) Это уже чисто авторский произвол. Во-первых, неизвестно, Вельд - это имя или фамилия. Автор исходил из предположения, что Вельд - фамилия, а дочь Вельда Фелицию (партийная кличка - Эльфе) назвали в честь отца.
2) В авторском хэдканоне Турки времён расцвета «Шин-Ра» выполняли функции ФСБ, а сотрудники ФСБ носят воинские звания.
3) Токугава. Автор принял фанатскую версию, что Ценг - это имя, а Токугава - фамилия.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:46 | Сообщение # 12
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
Интермедия. Кузумы. (1)


Горная седловина между двумя вершинами носила явные признаки зимних сходов лавин. Лес, покрывающий склоны, был частично повален, и на месте валежника уже кустилась молодая поросль. Старая туристическая тропа заросла высокой, по пояс, травой, в которой гнездились тучи насекомых. Потревоженные, они страстно льнули к Генезису, лезли в лицо и уши, несмотря на повторную обработку кожи репеллентом.
Трава немного затрудняла продвижение, но не настолько, чтобы Генезис стал тратить энергию на призыв Рапиры. Он ловко орудовал ножом, прорубая просеку, и шёл вперёд. Чокобо послушно брёл следом, опустив хохластую голову. Солнце продолжало испепелять всё вокруг, однако холодный и сильный горный ветер нивелировал его негативное воздействие на организм. Генезис не выбивался из графика; напротив - даже слегка его опережал и по такому поводу был весьма и весьма воодушевлён. «Как удачно я решил дорожку срезать», - радовался он.
…Слева по курсу показались проржавевшие фермы заброшенной канатной дороги. Когда-то здесь находилась база отдыха. Во время войны вутайские противолавинные службы прекратили плановый артобстрел гор с целью обеспечения контролируемых сходов снегов; туристический сектор захирел. Вот, видимо, очередная лавина по тихой грусти и снесла базу ко всем багнадранам. Генезис не стал отвлекаться на обследование бетонных коробок с зияющими провалами окон. Судя по мерзости запустения, турбазу забросили давно, и делать ради неё приличный крюк не имело смысла. Рапсодос ненадолго притормозил, изучил её в бинокль с безопасного расстояния, убедился, что никакой угрозы развалины не представляют, и двинулся дальше. Скорее всего, отдыхающие не вернутся в эти горы в ближайшие десять-пятнадцать лет.
«Неправильно всё это, - думал Генка, морщась и вздыхая. - Дебильная война. Если её развязали только из-за постройки Мако реактора, то в неё уже столько бабла вбухали, что дешевле было бы построить этот реактор на дне мирового океана из чистого золота».
…Под подошвой ботинка хрустнула пустая яичная скорлупа. Из-под ног с жалобным писком вспорхнула какая-то мелкая птаха. Она пролетела с десяток метров и села, скрывшись в траве.
Чокобо насторожился, резко встал, замотал головой, озираясь. И взволнованно закудахтал. Перья на его тушке приподнялись дыбом, зрительно увеличивая объём тела.
- Тихо, тихо, тихо. - Генезис успокаивающе погладил его по хребту. - Что такое, малыш? Что-то учуял?
Чокобо продолжал нервничать и кудахтать. Вдобавок сделал попытку попятиться назад. Генезис вынужден был взять его за уздечку и вести за собой силой. Чокобо упирался, хлопал крыльями, а его кудахтанье становилось всё громче и испуганнее.
- Да что с тобой такое? - Генка остановился и в сердцах хлопнул себя по ляжкам. - Ты с ума сошёл?
Своим звериным чутьём СОЛДАТа 1-го класса он не улавливал никакой угрозы. И, по данным разведки, вутайцы в этих горах не появлялись. Но чем дальше Генезис продвигался вперёд, тем активнее суетился и упирался чокобо. Его приходилось тащить за собой буквально волоком. Будь эта птица котом - она бы уже давно вывернулась из уздечки и дала стрекача.
…Земля под ногами сменилась бетонными плитами. Генезис вошёл на территорию заброшенного аэродрома местных авиалиний и зашагал прямо по взлётно-посадочной полосе. Когда-то сюда подвозили туристов. Кое-где ещё сохранились остатки забора из металлической сетки, огораживающего взлётно-посадочную полосу, а в конце ВПП - удивительно! - на шесте трепыхался полосатый «колдун» (2). Правда, вылинявший до такой степени, что стал похож на грязно-серую тряпку. Трава пробивалась в зазорах на стыках плит, бетон выщербился от времени, обнажилась металлическая арматура.
По правую руку возвышалось здание аэровокзала с облупившимся фасадом, вырванными дверями и выбитыми окнами. Слева замаячила вышка диспетчеров с частично разрушенной крышей.
Генезис упорно шагал вперёд, таща за собой недовольного чокобо. Поведение птицы начинало его напрягать. Если бы он не слышал звуков дикой природы - стрёкота насекомых, пения птиц, если бы его окружала мёртвая, звенящая тишина, если бы он ловил затылком чужие взгляды или его великолепная интуиция орала: «Гена, бегом марш отсюда!!!» - то да: скорее всего, он повернул бы назад, на трассу, с которой сошёл около двух часов назад. Но Рапсодос - хоть тресни! - не чувствовал абсолютно никакой угрозы. Вот ни малейшей!
Миновав вышку диспетчеров, Генезис остановился, вытащил из планшета карту, компас, чтобы ещё раз скорректировать маршрут. И открыл рот от удивления: стрелка компаса выплясывала какой-то совершенно дикий танец, попеременно вращаясь в разные стороны. Генезис переложил компас в правую руку, подумав, что на него оказывают воздействие наручные часы. Однако стрелка продолжала бесноваться. Вдобавок Рапсодос с беспокойством отметил, что дата и время на табло его электронных часов полностью обнулились.
- Чё за ботва? - нахмурился Генезис, поводя компасом над землёй в разные стороны.
Может быть, в этом месте находится очень мощная магнитная аномалия? Хотя нет, теоретически, не должна. Иначе бы здесь не заложили аэродром.
Он прошёл вперёд ещё несколько шагов и его внимание привлекла смазанная тёмно-бурая полоса засохшей краски, пересекающая ВПП… И ещё одна… А далее – просто бурое пятно.
Да ведь это не краска, осознал Генка. Это кровь.
Бетон был усыпан стреляными автоматными гильзами калибра 7.62. Вутайцы использовали 5.45, но ни одной гильзы калибра 5.45 Генезис не увидел.
Пригнувшись, Генезис пересёк бетонку, ориентируясь по кровавому следу. Не надо было быть следопытом, чтобы увидеть, куда отступали солдаты. Они отходили в сторону терминала, беспорядочно отстреливаясь в разные стороны. Сойдя с ВПП, Генезис обнаружил в траве брошенный автомат. Такие стояли на вооружении шинровской пехоты. Поднял, передёрнул затвор, осмотрел. Пустой. Гильзы скрипели под подошвами ботинок, вминаясь в почву.
Вот – отсоединённый магазин... тоже пустой. Шлем пехотинца с лазерным целеуказателем и ПНВ… (3) подбородочный ремешок разорван, а не расстёгнут… Подсумок… Воронка от разорвавшейся противопехотной гранаты… Изодранный шейный платок… Ещё автомат, без магазина… При осмотре этого автомата Генезис почувствовал себя неуютно. Половины ствола у него не хватало. Судя по характеру повреждений, ствол не разорвало пороховыми газами, а как будто его… как будто его кто-то отломил.
Удивительно, но Генезис не нашёл ничьих останков, хотя трава вокруг побурела от крови. Даже костей не наблюдалось.
С кем/чем не повезло столкнуться шинровской пехоте? Где трупы? Не могли же их хищники смолоть вместе с костями. Хоть черепа да остались бы.
К терминалу Генезис не пошёл. Поостерёгся. Просто констатировал, что полоса вырванной и примятой травы, изрытой земли тянулась к его входу. Он вернулся на ВПП, где мог заранее приметить врага. Мало ли, кто/что таилось в высокой траве и в здании аэровокзала. Ведь судя по представшей картине бойни, нечто совершило нападение на отряд шинровцев, неожиданно выскочив именно из травы.
Лишь наблюдая сие непотребство, внутренний голос, наконец, соизволил проснуться и посоветовать: «Товарищ майор, не кажется ли вам, что надо делать отсюда съебасто?» - «Надо… определённо надо», - согласился Генезис и, спрятав карту и компас, повернул назад. Конечно, ему вовсе не улыбалось терять время, возвращаясь на трассу и делая по ней крюк километров двадцать, но, учитывая непонятные капризы аппаратуры и следы боя, подобное решение было самым разумным и оптимальным.
Внезапно в голове точно молния сверкнула: а ведь война пришла в эти горы всего три месяца назад. Турбаза же и аэродром, исходя из масштабов разрушения, были заброшены уже как минимум пять, десять лет.
Пять, десять лет назад здесь случилось нечто, заставившее вутайцев похоронить перспективный бизнес. А что именно - об этом Генезису недосуг было размышлять.
Ему показалось - или в кабинке диспетчеров на вышке появился блик прицела снайперской винтовки?
Воздух задрожал и гулко завибрировал от магии призыва: в правой руке Генезиса скомпилировалась Рапира. Одновременно он резко метнулся в сторону вышки, уходя в «слепую» зону, не простреливаемую снайпером. К сожалению, ему пришлось выпустить уздечку и подлец чокобо, обретя свободу, вытянул шею и, размахивая куцыми крыльями, с радостным клёкотом устремился прочь. Долго ещё на горизонте сверкали его розовые пятки.
Генезис кучеряво выматерился: он остался без транспорта. Даже СОЛДАТ 1-го класса не мог потягаться в скорости с ездовой курицей, поэтому можно было даже не пытаться догнать чокобо. Всё равно бесполезно. А на пешкарусе дорога в форт Кальдзун могла растянуться на неопределённый срок.
А ещё Рапсодос был зол на разведчиков. Прое@али вражескую ДРГ, пидорасы! Опять придётся самому исправлять чужие косяки.
Дверь в вышку, как ни странно, сохранилась и была чем-то подпёрта изнутри. Генезис вышиб её файерболом и по винтовой лестнице взлетел наверх. Дверь в кабину диспетчеров тоже была заперта и забаррикадирована изнутри, поэтому её постигла участь товарки - только щепки полетели в разные стороны.
- Не стреляйте! Свои! - Голос был женский.
Генезис замер на пороге, держа перед собой Рапиру двумя руками. В правый дальний угол испуганно жалось бледное, пучеглазое существо женского пола в полевой форме пехоты «Шин-Ра», с повязкой и сумкой санинструктора. В левом дальнем углу сидел рядовой срочной службы - без шейного платка и шлема. Молоденький, вряд ли старше Генезиса, пацан. Автомат лежал рядом с ним на полу. Генезис интуитивно понял: пустой. В правой руке пацан держал пистолет, левой поддерживал правую кисть. Палец дрожал на спусковом крючке.
- С такого расстояния, - сказал пехотинец напряжённым тоном, - я не промахнусь.
Генезис опустил Рапиру. Решимость паренька его слегка позабавила. Неужели он всерьёз рассчитывает пулями калибра 9 мм угомонить СОЛДАТа 1-го класса? Да ни одна не пробьёт магический Барьер!
- Кто такие? - строго произнёс Генка. - Доложите по форме.
В глазах пехотинца промелькнуло узнавание. Всё-таки майор Рапсодос был известной личностью. Он поставил пистолет на предохранитель и убрал его в кобуру. Засим встал, оправил гимнастёрку, выпрямился и чётко представился:
- Рядовой Мансер, седьмая мотострелковая дивизия. А это - санинструктор Вирман.
Девушка тоже встала и вытянулась по струнке.
- Вольно. - Генезис убрал Рапиру. - Документы при себе имеются?
- Так точно! - Мансер сунулся в нагрудный карман гимнастёрки и вытащил военный билет. Медичка тоже полезла в карман.
«Алекс Мансер, рядовой… Инари Вирман, старший сержант медицинской службы…» - Изучив представленные документы, Генезис не заметил признаков подделки. Либо служивые говорили правду, либо подделка была очень качественной. Вернув Мансеру и Вирман военники, Рапсодос присел на подоконник с целью возобновить допрос.
- Товарищ майор, - с беспокойством произнёс рядовой Мансер. - Вы лучше присядьте на пол. И вообще держитесь подальше от окон. А то ОНИ могут вас заметить.
- Лучше сменим дислокацию, - подала голос Инари.
Какие-то неуловимые нотки в их голосах вынудили Генезиса подчиниться.
- А смысл? - возразил Мансер. - Терминал мы вдвоём не удержим. Трупы ОНИ ещё вчера подъели. У меня в магазине всего два патрона. Один - для тебя, второй - для меня. Так что мы - без вариантов покойники. А вот у товарища майора есть шанс уйти.
- Отставить панику, - недовольно процедил Генезис. - Давайте по порядку. Что здесь произошло?
- Наш взвод сопровождал заместителя комдива в форт Кальдзун. Решили дорожку срезать. Срезали, называется… - Мансер набычился. - Мы вошли в эту седловину с наступлением темноты. Сначала взбесились и разбежались чокобо. Потом мы обратили внимание, что всё навигационное оборудование вышло из строя. А потом пришли ОНИ.
- «Они» - это кто?
- Не знаю. - Мансер покачал головой и с силой потёр виски ладонями. - Я таких монстров никогда раньше не встречал. Ростом около двух метров, похожи на ящеров, передвигаются на двух лапах с бешеной скоростью. Челюсти такие мощные, что перекусывают дула автоматов. Нападают стаей и сметают всё на своём пути. Человека просто рвут на части. Несколько секунд - и всё кончено. Шкуры у них пуленепробиваемые. Чтобы убить одну такую тварь, в неё нужно всадить целый магазин. Прежде, чем мы поняли, с кем столкнулись - от взвода осталась едва ли половина. Мы, отстреливаясь, отступили к терминалу аэропорта и заняли там круговую оборону. А ОНИ всё прибывали и прибывали волнообразно. Мы пытались запросить помощь - дохлый номер. Ни рации, ни телефоны не работали. Когда закончились боеприпасы - в ход пошли сапёрные лопатки и подручные средства. К рассвету монстры ушли, а нас осталось двое - я и она. - Алекс кивнул на свою спутницу. - Мы отступили к трассе, но столкнулись там с вутайской ДРГ. Решили сдаться в плен, однако вутайцы открыли огонь на поражение и выдавили нас обратно в седловину. Слышали, как они орут: «Кузумы! Кузумы!» Что сие означает - хэ-зэ. Терминал был завален телами погибших, поэтому мы переместились сюда и забаррикадировали двери. Повторных попыток выйти к трассе не предпринимали, так как монстры вернулись и начали жрать трупы. И наших и своих. Похоже, жрали вместе с костями. - Мансер еле заметно поморщился. – А мы просто лежали тут и слушали. Чихнуть и пёрнуть лишний раз боялись. До конца дня лежали и всю ночь. Они нас по какой-то причине не заметили. Такие дела, товарищ майор. Поэтому уходите, пока не поздно.
- Кузумы, - задумчиво повторил Генезис, словно пробуя на вкус неизвестный термин. - Никогда раньше не слышал. И в вутайском языке такого слова нет. Либо - какой-то местный диалект. Есть соображения, что это значит?
- Может, так называют этих монстров? - предположила Инари.
- Может быть.
Смотреть на часы было бесполезно, но, судя по положению солнца, у Генезиса был шанс покинуть седловину до темноты. Он решительно встал.
- Итак, «без вариантов покойники». Становись. Слушай мою команду. Собираем вещички и уходим вместе.
Алекс Мансер опять покачал головой.
- Уходите один. Ежели чё случись - проку от нас с Инари никакого. А если вы будете нас защищать - погибнете сами.
Многие считали рыжего беспринципной и безжалостной сволочью. Но никто не отрицал, что он крайне щепетильно подходил к вопросам организации работы с рядовым и младшим начальствующим составом. Рапсодос не только был толковым командиром - он умел решать проблемы подчинённых и поддерживать благоприятный морально-психологический климат в коллективе. (От его шальных выходок, по сути, страдал лишь один человек - Сефирот.) И Генка берёг солдат, хоть и не баловал их. Те чётко знали, что живут за ним как за каменной стеной и всегда могут рассчитывать на его поддержку и защиту. (Впоследствии озвученные качества весьма пригодились Генезису, когда он принял решение дезертировать из «Шин-Ра» и увести с собой «второ-» и «третьеклассников», - прим. Автора.) Общаясь с Алексом Мансером и Инари Вирман, он сразу понял, что те сильно напуганы и деморализованы и потому не способны принимать адекватные решения. Как старший офицер, Генезис почувствовал свою ответственность за их дальнейшую судьбу. Он обязан был принять исчерпывающие меры, чтобы довести Мансера и Вирман живыми до форта Кальдзун. Возможно, они были единственными свидетелями природного феномена, которому предстояло найти объяснение. Потому что в энциклопедии фауны Вутая какая-либо информация о плотоядных монстрах-ящерах с пуленепробиваемой шкурой отсутствовала. А также отсутствовала информация о природных аномалиях, выводящих из строя часы и навигационные приборы.
- Возражения не принимаются, - с нажимом произнёс Генезис. - Собирайтесь. Сорок секунд даю на сборы.

-------------------------------
1) И вновь авторский произвол. Таких монстров нет в FFVII.
2) «Колдун» («колбаса») - конус-ветроуказатель из ткани, предназначенный для указания направления и приблизительной скорости ветра.
3) ПНВ - прибор ночного видения.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:47 | Сообщение # 13
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
Часть 2. «И как один умрём в борьбе за это».


- …А как супруга поживает? – спросил Генезис.
- Геостигма, - вздохнул Алекс Мансер и сделал солидный глоток из бутылки.
- Мда… Соболезную.
- Я тогда забухал по-чёрному. Проповедник меня вытащил. В его учении было рациональное зерно, поэтому люди к нему и тянулись. Он говорил именно то, что они хотели услышать. Свобода, равенство, братство… Но постепенно он ударился в политику, с какого-то перепугу вообразил, что Дженова – это спасение человечества... И переубеждать его, чувствую, бесполезно. Он либо действительно помешался, либо отрабатывает заказ. Но, так или иначе, он играет с огнём.
- Заказ же надо отрабатывать.
- А мне кажется, он помешался. Только ненормальный мог выпустить Дженову гулять среди беззащитных людей. Даже если это не Дженова, а Сефирот, - задумчиво присовокупил Мансер, подпирая ладонью щёку. – Хм. Если это Сефирот, то он очень убедительно притворяется. Я поверил. Опять же, если это Сефирот, то лишь одной Богине известно, когда у него в очередной раз сорвёт башню.
После шестой бутылки пива воинственный настрой бывшего капитана пошёл на убыль.
- Со стопроцентной вероятностью я не могу сказать, кто это. Я должен встретиться с ним лично.
Мансер кивнул:
- Опять соглашусь. Да… Хорошо, что ты меня у переговорного узла стопорнул. Я уже собрался звонить в «WRO», чтоб прислали войска.
- Позвонить в «WRO» мы всегда успеем, - ответил Генезис, открывая очередную бутылку об угол барной стойки. – Сперва я хочу убедиться, что это действительно Сефирот.
- А если это Дженова?
- Тогда я её убью. И, поверь, сделаю это быстрее и с меньшими затратами, нежели «WRO».
Мансер опять кивнул:
- И здесь соглашусь. Наверное, ты единственный, кто способен ей противостоять. Поэтому если почуешь неладное, просто прикончи её.

Когда Генезис приблизился к забору фермы, он понял, что затея Сефирота удалась. Часовой на вышке отсутствовал, прожектор освещал небольшой пятачок перед запертыми воротами. Виновник торжества сидел на заборе, свесив ноги. Рапсодос не ожидал, что он будет в своём форменном плаще. Когда Проповедник успел подсуетиться?
Генка взмахнул крылом, бесшумно взлетел и опустился на забор рядом с Сефиротом. Плюхнул рядом с собой спортивную сумку.
Сефирот даже бровью не повёл.
- Я вас категорически приветствую, тащ генерал-майор. Что-то вы, мне кажется, слегка всхуднули.
- Зато вы себе ряху отожрали, тащ полковник, - усмехнулся Сефирот, протягивая Генезису руку. Тот с готовностью пожал её.
- Как ваше драгоценное?
- Не дождётесь.
Право, полный сюрреализм. Генезис не знал, как продолжить разговор. Рядом с ним сидел Сефирот, которого он не видел больше десяти лет и которого почти похоронил. Спокойный, умный, рассудительный Сефирот. Как обычно, хладнокровный и немного язвительный. Почти не изменился, разве что заматерел. И всегда бойкий на язык Генезис Рапсодос от неожиданности лишился дара речи. Ведь хотелось поговорить о многом... И для начала, наверное, попросить прощения. Кто бы мог подумать, что после их встречи в нибельхеймском Мако реакторе у Сефирота сдадут нервы и его нервный срыв приведёт к катастрофе планетарного масштаба. Получается, именно он подтолкнул Сефирота к безумию. Не специально, конечно, просто одновременно наложился ряд негативных факторов. Более всего Генезиса удручала мысль, что он тогда тоже психанул и улетел из Нибельхейма. А мог бы остаться и попытаться поговорить с Сефиротом в более спокойной обстановке. А когда он остыл и решил вернуться – было уже поздно.
- Извини. Тогда в реакторе я тебе всякой х@йни наговорил. - На большее Генезиса пока не хватило.
- Забей, Гена, - отозвался Сефирот, усталым жестом взъерошив чёлку. - Я тоже чё попало нёс.
- Как у тебя дела… в общем и целом? - Банальность. Но она хотя бы способствовала поддержанию беседы.
- Ты знаешь, зае@ался, - выдохнул Сефирот. - Целый день убил на инвентаризацию.
- И?
- Ну… Всё довольно грустно. С таким арсеналом и запасом продовольствия я эту шарагу не удержу. Даже если выпущу отсюда всех женщин и детей. Когда здесь будут правительственные войска?
- Рено обещал нам месяц.
Сефирот кивнул и закрыл глаза. Чувствовалось, что он очень вымотался и не сильно расположен к беседе. Генезис аккуратно переместил сумку: поставил между ним и собой.
- Сеф, я тебе жратву притараканил. Наверняка ж тут кормят всяким говном.
Сефирот моментально встрепенулся. Глаза у него загорелись, как две зелёные лампочки. Волшебное слово «жратва» оказало на него стимулирующее действие.
Генезис расстегнул «молнию» на сумке и извлёк бумажный пакет, источающий пряный аромат жареного мяса.
- Зацени. Шашлык. Сам жарил. Лук уже туда настрогал. Кетчуп - вот, держи. Лопай, пока горячий.
Уговаривать не пришлось. Когда Генезис передавал Сефироту пакет с шашлыком и тетрапак кетчупа, он случайно задел бедром сумку, и ухо генерал-майора Кресцента уловило приятный бутылочный звон.
- Опа! Это то, о чём я думаю?
- Отож. «Гонгагское светлое». Как ты любишь.
- @whoеть! - Сефирот зажмурился, став похожим на тощего, но довольного кота. - Ты прямо мысли мои читаешь. Гена, я тебя люблю. Если бы ты был женщиной, я бы на тебе женился.
- Жениться на мне ты всегда успеешь. - Рапсодос прыснул в кулак.
Фраза получилась двусмысленной, но поглощённый шашлыком Сефирот не обратил на это внимания. А у Генезиса, несмотря на показную браваду, на душе появился нехороший, тягучий осадочек. Сефирот выдал сентенцию бездумно, в шутку, вот только для Генки эта «шутка» значила слишком много.
…Генезис Рапсодос всегда любил женщин. Он с двенадцати лет за девчонками бегал. Правда, в двенадцать лет он ещё не понимал, зачем бегал, но какой-то инстинкт уже наличествовал. С женщинами он заводил кратковременные любовные интрижки. Причём мастерски заводил, открыв в себе способность лихо охмурять самых неприступных красоток. С женщинами было сладко и хорошо, но… напрочь отсутствовало взаимопонимание и желание чего-то большего, нежели эпизодический перепихон и походы на светские мероприятия с обоюдно кислыми рожами. В итоге его отношения с женщинами не складывались от слова «совсем». Точнее, не выходили за рамки секса без обязательств. Либо Генезис ещё не встретил женщину, с которой бы сошёлся характером, либо он просто был волком-одиночкой, не нуждающимся в спутнице жизни. А может быть, правда заключалась в том, что «рыжая сволочь» всю сознательную жизнь любила только одного человека - Сефирота?
…В какой именно момент желание затмить славой легендарного героя переросло в нечто большее, Генезис сам не знал. Возможно, тогда, когда впервые увидел его вживую. Сефирот был слишком… правильным. Идеальным. От его совершенства захватывало дух. На него хотелось молиться, даже когда он на матах объяснял, какой Генка е@лан и долбо@б. Генезис злился. Но не на Сефирота; на него невозможно было злиться - тот всегда распекал Рапсодоса за реальные упущения по службе и не придирался по пустякам. И на удивление терпеливо сносил Генкины выходки. Генезис злился на себя, потому что влечение к лицу одного с собой пола считалось противоестественным и осуждалось обществом. «Ни х@я себе, я чё, грёбаный пидор?» А ещё он безумно ревновал. Ревновал к многочисленным фанат(к)ам Сефирота, особенно к тёлкам модельной внешности, которые активно его окучивали. И даже то, что Сефирот не оказывал тёлкам модельной внешности никаких знаков внимания, не умаляло Генкиного раздражения. Он хотел, чтобы Сефирот принадлежал только ему. Ему - и никому более.
В светском же обществе бытовало мнение, что Сефирот – фригидная ледышка, в принципе неспособная на человеческие чувства…
- Проповедник вернётся завтра.
До Генезиса не сразу дошли слова Сефирота.
- А?
- Я полагаю, он отправился за подкреплением.
Винсент несколько часов назад отзвонился и сообщил, что в «Золотом Блюдце» Келлер отоварился Материей, а затем поехал на ж/д вокзал и встретил поезд, в котором прибыли тридцать крепких парней с военной выправкой.
- Ты угадал.
- Проповедника необходимо изолировать от общества, - продолжал Сефирот. - Я его встречу и посажу под домашний арест. Затем уже буду диктовать условия Томасу Ву.
Шашлык был полностью истреблён. О салфетках Генезис благополучно позабыл, поэтому Сефирот облизал пальцы. Генезис зажмурился и отвернулся, приводя в норму участившийся пульс. Это было слишком… слишком эротично. «Сефка, ты вообще осознаёшь, что творишь, падла?»
А тот меж тем полез в сумку и выудил блок сигарет.
О, Минерва! Генезис отдал бы правую руку на отсечение, лишь бы ещё раз увидеть подобную признательность в его глазах!
- Слышь. Бросал бы ты курить, сынок. И так худой, как швабра.
- Жиру я со временем поднакоплю, мамуль, - парировал Сефирот, вытаскивая сигарету и шаря в сумке в поисках зажигалки. Генезис сформировал огонёк на кончике указательного пальца и поднёс к сигарете. Сефирот прикурил и с наслаждением затянулся, закрыв глаза.
- Диииикий каааайф! Я уже забыл, когда последний раз баловался.
- Десять лет назад? Нет, подожди, 3,14зжу. Двенадцать.
- Двенадцать? Слушай, охренеть. Двенадцать лет, прикинь! Если б не Нибельхейм, у меня бы сейчас уже двадцать календарей было.
- А со льготкой сколько?
- Не считал. Со льготкой, наверное, двадцать шесть.
- Да, старик, а годы летят, наши годы как птицы летят!..
- Угу, «старик»… На себя-то посмотри. Ты старше меня.
- Пф! Всего на год.
- На год и три.
Докурив, Сефирот затушил «бычок» о забор, перекинул волосы на левое плечо и оттянул воротник плаща, демонстрируя ошейник.
- Не знаешь, что это за хрень и как её можно снять?
- Клауд отослал фотографии Риву Туэсти. Я навскидку припоминаю, что нечто подобное использовали Ограничители в Дипграунде. На замке должна быть маркировка. Надо посмотреть.
- Тогда айда ко мне в нумера, там светлее.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:48 | Сообщение # 14
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
Ферма, казалось, вымерла. По дороге в главное здание храма Сефирот высказался примерно так: «Что нам стоит всех построить?» - и Генезис не стал задавать глупых вопросов на предмет, как ему удалось построить полсотни вооружённых религиозных фанатиков. В своё время по прибытию на Западный фронт капитану Кресценту от предыдущего командования досталось натуральное стадо бабуинов, забывшее понятия воинского долга, дисциплины и субординации. Ничего, справился. Настолько играючи справился, что Генезис ни разу не задавался вопросом, каких трудов это стоило, в общем-то, ещё очень молодому и не очень опытному офицеру.
Видеокамера в палате Дженовы была отключена, часовой отсутствовал. Включив свет, Сефирот расстегнул плащ, бросил его на спинку стула, присел на койку, быстро заплёл волосы в косу и склонил голову набок, предоставляя доступ к ошейнику. Генезис вооружился лупой, карманным фонариком и, угнездившись рядом с Сефиротом, осторожно коснулся ошейника. Тот сидел неплотно, но всё-таки, чтобы его вращать, приходилось прикладывать определённые усилия. Одной рукой делать это было неудобно. Кроме того, замок был секретным, его местоположение можно было угадать только по еле заметному стыку. В связи с чем Генезису пришлось притиснуться к Сефироту вплотную и буквально уткнуться носом ему в шею.
Он медленно, сантиметр за сантиметром, начал осматривать ошейник.
Вращая ошейник, невозможно было не касаться кожи Сефирота, и Генезис чувствовал, как дрожат его пальцы при каждом прикосновении. Никогда раньше Сефирот не подпускал его так близко и тем более не позволял к себе притрагиваться, поэтому сейчас их близость казалась Генезису почти интимной. Ощущений было много, слишком много... и хотелось ещё больше, ярче, сильнее. Хотелось отбросить деловое и сосредоточенное выражение, хотелось просто взять Сефирота за подбородок, повернуть его голову к себе и поцеловать. Глубоко и крепко, по-взрослому. Так, чтоб захватило дух. И спросить в лоб: «Ты что, не замечаешь очевидных вещей?»
Пусть потом Сефирот его хоть убивает. Но расставить все точки над «ё» было необходимо. Генезис слишком долго ждал. И, если 12 лет назад молодецкий гонор и страх увидеть презрение и отвращение в серо-зелёных глазах с вертикальными зрачками не позволяли ему сделать первый шаг и открыто признаться в любви, то сейчас, в свои сорок он гораздо спокойнее мирился с мыслью, что вряд ли может рассчитывать на взаимность.
…Горячее дыхание Генки обжигало ухо и шею. Сефирот стоически терпел и прислушивался к внутренним ощущениям: почти забытым и приятным, но, к сожалению, до боли знакомым. Генерал-майор Кресцент не отличался бешеным темпераментом, но и наивным девственником тоже не был. Так что умел определять реакцию своего организма на близость небезразличного ему лица. Это случалось крайне редко, но, тем не менее, случалось.
Генезис был ему небезразличен. Только поэтому Сефирот смотрел сквозь пальцы на его закидоны, молча сносил его дурацкие шуточки и розыгрыши и не предпринимал попыток сплавить нерадивого подчинённого в какой-нибудь отдалённый гарнизон. А возможностей для этого у него было более чем достаточно. Лазард и Хайдеггер, кстати, неоднократно предлагали ему избавиться от Генки, на что неизменно получали ответ: «Нет». Сефирот был, конечно, странным типом со сложным и противоречивым характером, но умом и сообразительностью ™ природа его не обидела. Он довольно быстро разобрался в подоплёке своей необъяснимой лояльности к Генезису, только, в отличие от Генезиса, философски воспринял сие малоприятное открытие. Сефирот с детства осознавал, что не такой, как все, поэтому одна дополнительная девиация погоды не делала. И его влечение к Рапсодосу не базировалось на жажде плотских утех, отнюдь; скорее, это было влечение к равному по силе и способностям существу со схожим менталитетом, с которым ему было удобно и уютно. А плотские утехи прилагались факультативом. И то с определённым допущением. Общественное мнение слишком много значило для Сефирота, поэтому с Генезисом он всегда держался в строгих рамках приличия, не переступая границ дозволенного и не позволяя Генке переходить эти границы.
- Наклони чуть-чуть голову, - попросил Генезис. - Кажись, нашёл.
Он провёл ногтем по зазору, где соединялся обруч. Маркировка, очевидно, находилась с внутренней стороны. Впрочем, Генезис был готов к подобному раскладу.
- Подержи.
Сефирот двумя пальцами придержал ошейник, пока Генезис лез в сумку за зеркальцем.
Вставив зеркальце между шеей и ошейником, Рапсодос некоторое время перемещал его, пытаясь словить нужный ракурс и рассмотреть текст на внутренней стороне. Текст был очень мелким, поэтому снова пришлось придвинуться к Сефироту вплотную.
Как же это… отвлекало!
- Так. Вижу. Сейчас буду диктовать. Запомнишь?
- Нет, конечно. Записывать надо.
- Я не хочу его отпускать, потому что иначе придётся искать заново. Можешь залезть мне рукой в правый задний карман джинсов и вытащить мобилу?
- Не вопрос.
Генезис почувствовал, как горячая ладонь скользит по его спине и опускается на ягодицы: Сефирот вслепую нащупывал телефон.
«Сефка, паразит, что же ты делаешь со мной?..» Рапсодос вздрогнул и закусил нижнюю губу.
Чувство заполненности правого заднего кармана исчезло.
- Достал, - объявил Сефирот. И прибавил удивлённо: - Ген, а ты чего дрожишь?
- Замёрз, - ляпнул Генезис прежде, чем сообразил, что забортная температура составляет +27 градусов.
- В такую жару? - ещё сильнее удивился Сефирот и повернул к нему голову именно в тот момент, когда Генезис выпрямился и решил немного поизучать потолок, чтобы как-то справиться с не вовремя нахлынувшим возбуждением.
Их лица оказались в миллиметре друг от друга, а губы практически соприкоснулись.
И Генезис и Сефирот - оба замерли, не зная, как разрулить пикантную ситуацию. Просто молча и внимательно, не мигая, смотрели друг другу в глаза.
«Я это сделаю, а потом… да плевать, что будет потом», - подумал Рапсодос и, положив руку на затылок Сефирота, привлёк его к себе и приник к полуоткрытым губам.
…Вкус шашлыка и табака…
«Сейчас последует бросок через плечо, потом - загиб руки за спину, увесистый поджопник и сорок щелбанов», - продолжал размышлять Генка, осторожно раздвигая губы Сефирота, поглаживая языком десны, побуждая разжать зубы. Он чувствовал себя так, точно шагнул в пропасть и теперь падает, набирая всем известное из школьного курса физики ускорение, отсчитывая секунды до встречи с землёй. Точнее, стеной, куда его, несомненно, сейчас впечатает разъярённый Сефирот.
Каково же было удивление Генезиса, когда его не швырнули через всю комнату и не размазали о стену, а положили руки на талию и ответили на поцелуй.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:50 | Сообщение # 15
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
Флэшбэк


...Эмерсон Альбукерки невольно подался назад. Сефирот схватил его за грудки и втащил в уборную, одновременно захлопнув ногой дверь.
- Куда рванул? Стоять. Смирно!
- Слушаюсь, тащ генерал-майор! - брат Альбукерки рефлекторно вытянулся по струнке.
- Вот. Совсем другой коленкор. Вольно. - Сефирот усмехнулся уголком рта. - Теперь пузо подобрал, рубаху заправил, воротник застегнул. А то ходишь, как рас3,14здяй. - Пока он говорил, Эмерсон лихорадочно приводил себя в порядок. - Ну что, боец, лет-то тебе сколько?
- Двадцать два.
- Помирать неохота?
- Так точно, тащ генерал-майор, неохота!
Забылись, забылись напрочь все проповеди Учителя! А ведь надлежало ответить, что, мол, физическое тело - прах и тлен, расставаться с ним не жалко. Главная ценность - его бессмертная душа.
- А придётся.
Эмерсон побледнел. Сефирот похлопал его по плечу:
- Да расслабься. Я же здесь. Так что до этого, скорее всего, не дойдёт.
Ещё бы его намёки до Эмерсона дошли! Тот аж покраснел от натуги, пытаясь уловить ход мыслей Сефирота.
- А что, меня это… планировали убить? - наконец родил он.
- Все вы тут смертнички. Понимаешь это? Вот твой босс - он, скорее всего, понимает, но относится к этому индифферентно.
- Как-как относится? - Эмерсон сморгнул.
- Пох@истически, - любезно расшифровал Сефирот. - Ладно, - сжалился он. - Так и быть, объясняю первый и последний раз. У твоего босса есть подельник - Томас Ву. Знаешь такого?
- Слыхал.
- Молодец, что слыхал. А слыхал ли ты, что его сейчас долбят проверками?
- Вот это - не слыхал. Но… догадывался. Не просто же так вас сюда привезли.
- Опять молодец. А знаешь ли ты, как эти проверки проводятся?
Эмерсон отрицательно мотнул головой.
- Ну и плохо, что не знаешь. Потому что в ходе них долбят не только проверяемое юрлицо, но и запрашивают информацию по контрагентам.
- А как про нас-то узнают? - промямлил Эмерсон.
- По счетам бухучёта, кассовым книгам, расчётникам. И вот представь, что среди проверяющих затесался некий инициативный сотрудник, который не просто умеет отличать шестьдесят второй счёт от семьдесят шестого или девяностого, но и знает, где именно в первичке посмотреть движуху по оборотам и разбирается в кодировке товаров в накладных. И который мигом сообразит, что контора мутит с наркотой.
- Это значит, что нам следует ждать гостей, - сообразил брат Альбукерки.
- Именно. Теперь второй вопрос: Проповедник сдастся без боя?
- Нет.
- В таком случае, где находятся серверная и оружейка?

…Сефирот неожиданно разорвал поцелуй.
- Хочешь, хохму расскажу?
- Бл@#ь... Ну, говори уж, так и быть… - выдохнул Генезис, прижимаясь лицом к его плечу и втягивая ноздрями запах разгорячённой кожи.
- Здесь обитает сто тридцать семь рыл, и это стадо каждый день не только жрёт, но и серит. - Рука Сефирота гладила спину Генезиса. «Ё@аный насос, на мне сейчас футболка загорится…» - А выгребная яма расположена за пределами фермы. Я туда не смог добрался, потому что она находится дальше пятидесяти метров. Прикинь, чё будет, если туда е@ануть полтонны дрожжей?
Сефирот улыбался.
Генезис зашёлся беззвучным смехом:
- Хорошую ты выбрал тему для светской беседы, однако.
- А о чём ты предлагаешь поговорить? - Сефирот довольно щурился, пока губы Генезиса скользили по его шее, а потом мягко прихватили мочку уха. Он вздрогнул. Генкины ласки были приятны и доставляли удовольствие.
Рапсодос никогда не видел Сефирота таким открытым, расслабленным и готовым - буквально на всё готовым.

Флэшбэк


…Первого Апостола транспортировали в четыре руки в его келью с почестями, как полковое знамя. Уложив его на шконку и скрестив его руки на груди в жесте а-ля условный покойник, Сефирот безжалостно погнал брата Альбукерки показывать серверную.
Персонал в серверной отсутствовал-с. Сефирот довольно быстро разобрался в управлении видеокамерами и отключил камеру в палате Дженовы. Потом запер серверную на ключ, а ключ положил во внутренний карман плаща. Далее навестил оружейную комнату, пересчитал количество стволов, поинтересовался, сколько сейчас находится на руках. Получил от Эмерсона ответ, что один. В подтверждение своих слов брат Альбукерки похлопал ладонью по прикладу винтовки. Сефирот запер оружейку, а ключ к ней отправил в тот же карман, куда ранее спрятал ключ от серверной.
Дело было за малым: дождаться обеденного перерыва, когда все обитатели коммуны соберутся в трапезной. Следующим этапом предстояло изолировать от паствы «апостолов». Или, как Сефирот их неофициально окрестил, «опездалов».

…Генезис толкнул Сефирота в плечи, вынудив его откинуться на спину. И навис над ним, упираясь ладонями в подушку по обе стороны его головы и зафиксировав его бёдра коленями. Практически распластался на его теле, выгнулся, как кошка, потираясь о чужой торс. Руки Сефирота скользнули под футболку и потянули её на себя, помогая Рапсодосу стащить её через голову. Вывернувшись из верхней части своего гардероба, Генка вновь прильнул к порозовевшим от прилива крови губам Сефирота, медленно, издевательски нежно целуя каждую по очереди.
Сефирот отвечал на поцелуи, продолжая улыбаться. И Генка шалел от восторга, читая желание в этих изменчивых кошачьих глазах. В джинсах было уже довольно-таки тесно. Подобная же проблема, судя по тому, что он ощущал, вжимаясь в пах Сефирота, явно наблюдалась у его визави. Рука Генезиса скользнула к ширинке, пальцы взялись за «собачку» «молнии» и…
Сефирот опомнился первым.
- Да, нех@#вый будет аль-скандаль, если сейчас сюда ввалится Проповедник.
- Тьфу! - Генезис приподнялся на руках, приняв позицию упор лёжа, с силой зажмурился и прижал подборок к груди. - Ммм… Сефка, ты мудак, такой момент опошлил…
Сефирот ненавязчиво вывернулся из кольца чужих рук, решительно сел, нашарил на матрасе зеркальце, фонарик и лупу и пихнул Генезиса в плечо.
- Сперва давай с этим разберёмся. Потом уже - всё остальное. Согласись, сейчас не время и не место.
- Что? - Генезис с трудом переваривал сентенцию. - Это означает «да»?
- Это означает «да», - кивнул Сефирот. - Но не здесь и не сейчас.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:51 | Сообщение # 16
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
Флэшбэк


…В трапезной собрались все обитатели коммуны. За исключением Алекса Мансера (тот с утра куда-то скрылся) и Первого Апостола. (Последний продолжал дрейфовать по стране сновидений в запертой снаружи келье, которую Сефирот предварительно осмотрел на предмет наличия средств коммуникации, активации ошейника Дженовы или подачи сигнала тревоги и вызова помощи. Ничего похожего не обнаружил. Наибольший интерес представляла визитная карточка инженера «Эдж Фармацевтик», и Сефирот забрал её себе. А на столе под рабочим стеклом лежали карта местности и план-схема территории фермы, которые тоже пригодились.)
Заперев дверь трапезной на щеколду, Сефирот не спеша двинулся к столу, за которым расселись «апостолы». Брат Альбукерки встал у дверей, чтобы в случае паники предотвратить массовый побег заключённых «братьев» и «сестёр». Щенок Нанаки сел рядом с ним.
«Апостолы» занимались истреблением еды и не обращали внимания на манёвры Дженовы и её конвоира. Привыкли. Неспроста Сефирот им две недели глаза мозолил. Остальным присутствующим тоже было не до них: война – войной, а обед – по расписанию. Им - до ночи в поле спину гнуть. Отрезвление наступило только тогда, когда воздух около Дженовы внезапно заискрился, и зеленоватое свечение в её левой руке, мгновенно потемнев, трансформировалось в Масамунэ.
- Всем сидеть! Грабли на башню!
Какой покладистый народ попался. Даже мысли ни у кого не возникло заорать, дать тягуна или кинуться в драку. И мебель портить не пришлось. А то Сефирот уже примерился, как эффектнее разрубить пополам стол «апостолов». Репутация Дженовы-маньячки-убийцы оказалась хорошим инструментом в деле запугивания невооружённых граждан. «Апостолам», судя по выражениям их лиц, вовсе не улыбалось погибать за веру. Не для того они присосались к бюджету «Церкви», чтобы их головы полетели с плеч, как кочаны капусты.
- Остальных это тоже касается. – Сефирот заморозил взглядом притихшую аудиторию. Кто-то аж поперхнулся.
Расчёт оказался верным: стоило отрезать «апостолов» от рядовых сектантов – и те мгновенно утратили способность самостоятельно думать и принимать решения. Никто из боевиков секты без команды руководства не рискнул дать отпор обнаглевшей «богине». «Апостолы» же были слишком умны, чтобы подобный приказ отдать. Они прекрасно понимали, что в случае оказания сопротивления живым из запертой трапезной выйдет только один человек - Сефирот.
Брат Альбукерки отошёл от двери и направился к Сефироту, одновременно вынимая из кармана полиэтиленовый пакет. Ринтаро остался сидеть, охраняя дверь, с выражением такой свирепой воинственности на морде, что можно было не замечать его смешных габаритов. Сефирот согнал «апостолов» к стене, поставил в раскоряку, как задержанных преступников и тщательно обыскал. Всё интересное сбрасывал в пакет, который услужливо подносил Эмерсон. Больше всего его интересовали устройства, с помощью которых можно было дистанционно подорвать взрывчатку в его ошейнике, но опять ничего похожего он не обнаружил. Зато у каждого «апостола» оказалась визитка инженера «Эдж Фармацевтик»! Ладно, один раз – это случайность. Но двенадцать раз подряд – уже система.
Паства взирала на своих духовных лидеров с немым разочарованием. Авторитет «апостолов», которых шмонали, как обычных зэков, был подорван навсегда. Ведь они обязаны были незамедлительно призвать Дженову одуматься, заставить покаяться и напугать карами небесными за осквернение святого места!
Лишь удостоверившись, что «апостолы» обезврежены и от них можно не ждать какой-нибудь сволочной пакости, Сефирот позволил им опустить руки и согнал в один угол. После чего взялся за рядовых сектантов. Мальчики отправились направо, девочки – налево. Мальчикам он уделил самое пристальное внимание, только те не стали ждать, пока их расставят у стены или, того хуже, уложат мордами на пол. С первого раза выполнили команду «становись» и самостоятельно вывернули карманы. Далее Сефирот объявил, что власть в деревне перешла к Будённому и объяснил сектантам политику партии, согласно которой мученическая смерть, уготованная им Проповедником, откладывается на неопределённый срок. Настолько неопределённый, что, может быть, кто-то успеет до этого помереть своей смертью. Далее Сефирот присовокупил, что Проповедник – клинический идиот, раз думал, что сможет контролировать Дженову. А раз он клинический идиот, то и место ему – в соответствующем заведении с мягкими стенами, где люди в белых халатах вправляют другим людям мозги на место. И вообще, зачем нужен посредник, если вот она, Дженова, с которой можно общаться напрямую? Вопросы есть?
Не последовало.
- Тогда извольте дальше трапезничать, - снизошёл Сефирот. – А то уже всё остыло.
Остаток дня он разводил бурную деятельность, как пчёлка Майя. Обыскал кельи «апостолов»; провёл инвентаризацию на складе боеприпасов, чтобы хоть примерно представлять, сколько дней они продержатся при самом дрянном раскладе; аналогичную инвентаризацию провёл на продовольственном складе. Также проверил источник питьевой воды. Если продовольствия при самом экономном распределении могло хватить лишь на месяц, то с водой напряжёнки не наблюдалось – на территории фермы имелся отвод от артезианской скважины, который при всём желании невозможно было перекрыть. Куда хуже дело обстояло с канализацией. Проповедник периодически заказывал ассенизаторскую машину, чтобы очистить выгребную яму за пределами жилой зоны, в которую стекались отходы жизнедеятельности. В случае осады переполнение ямы грозило затоплением туалетов. Также беспокойство вызывали въездные ворота. Их можно было вынести танком или БТРом. А соорудить противотанковые «ежи» было не из чего и противотанковый ров рыть было нечем. Кроме того, следовало подстраховаться от высадки десанта с воздуха, и Сефирот наметил огневые точки, где можно было расставить людей, чтобы обстреливали вертолёты.
Следующий заход Сефирот сделал в медицинский блок, взяв за шкирку фельдшера. По результатам инвентаризации на складе медикаментов и перевязочных материалов пришёл к выводу, что сектанты крайне наплевательски относились к своему здоровью. Да и фельдшер на поверку оказался не фельдшером, а каким-то коновалом с незаконченным средним специальным образованием. Из медицинского колледжа его вытурили за прогулы. Но он хотя бы мог поставить укол, не промахнувшись мимо вены. Каких-либо противостолбнячных, противошоковых, обезболивающих, кровоостанавливающих, обеззараживающих и банальных жаропонижающих препаратов на складе не было, зато отыскалось несколько увесистых пакетов таблеток и порошков, коими любят угощаться в ночных клубах. А ещё – бром и коллекция самого разнообразного снотворного. Бром, очевидно, предназначался для шибко любвеобильных «братьев», а снотворное обкатывали на Сефироте. В сейфе возле рабочего стола фельдшера лежала аптечка с лечебной Материей.
«Мда, - подумал Сефирот, – когда появятся «трёхсотые», единственное, что мы сможем для них сделать - лечить уринотерапией. А особо тяжёлых - усыплять».
Единственный автомобиль забрал Проповедник, поэтому гараж пустовал. По указанию Сефирота сектанты перетаскали туда бочки и канистры из-под навеса у молельни. Гараж располагался на отшибе, поэтому при случайном возгорании (либо умышленном поджоге) опасность переброса огня на другие постройки сводилась к минимуму.
В итоге Сефирот вполне закономерно устал и задолбался. Настроение у него испортилось, так как имеющимися силами и средствами осуществлять оборону фермы было крайне затруднительно. А главное, он так и не выяснил, как снять проклятый ошейник. Может быть, у Томаса Ву в офисе есть волшебная красная кнопка, на которую тот нажмёт и – бум-с! – покойтесь с миром, т-щ генерал-майор Кресцент, без права на реабилитацию. Двенадцать лет назад подрыв на такой дистанции был невозможен, но кто знает, как далеко шагнули технологии за минувшие годы. Поэтому Сефирот пока воздержался от звонков гендиректору «Эдж Фармацевтик». С рядовой паствой говорить не имело смысла, и он вновь принялся за «апостолов». Интересно, насколько страх смерти или физических увечий пересилит их псевдо-веру?
Самым морально неустойчивым казался Пятый Апостол. Сефирот вызвал его в серверную, которую временно оборудовал под штаб и начал переезжать, положив на стол нодати и многозначительно на неё поглядывая. Пятый Апостол не стал искушать судьбу и рассказал всё, что знал. В порыве откровенности сдал всех, как стеклотару, рассказал и про нелегальную добычу Мако и про эксперименты с веществами, расширяющими сознание, и про тайные банковские счета и про подземный ход для экстренной эвакуации, существование которого скрывалось от рядовых сектантов. Также Пятый Апостол сообщил, что, возможно, за Сефиротом придут Генезис Рапсодос и Клауд Страйф. Сефирот сделал равнодушное лицо и пожал плечами: «Пусть приходят». Про ошейник Дженовы Пятый Апостол знал только, что в случае необходимости его снять нужно было вызывать специалиста. Сефирот достал его телефон из пакета с конфискатом и сказал:
- Звони.
Пятый Апостол ответил, что они договорились о многоуровневой системе проверки. Если вызов поступит не от Проповедника, а от кого-то из «апостолов», то инженер перезвонит Проповеднику и уточнит, почему не он отдал приказ. А если Проповедник окажется вне зоны доступа, то инженер начнёт звонить по цепочке другим «апостолам». Возможно, это было ложью, но не исключено, что Пятый Апостол с перепугу выдал военную тайну. И Сефирот решил не рисковать и дождаться Проповедника, потому что никак не мог проверить данную информацию. Всё было завязано на Проповеднике, а тот должен был вернуться только завтра. Если, конечно, не случится непредвиденных задержек.
Сефирот надеялся, что задержек не произойдёт. Но не исключал, что Проповедник может звонить «апостолам» и контролировать ситуацию на ферме. Сидеть же рядом с ними и ждать у моря погоды, точнее, гипотетических звонков Учителя у него не было ни времени, ни желания. Поэтому он просто выключил все телефоны. Авось Келлер спишет отсутствие связи на профилактические работы у сотового оператора.
…Очень тревожило отсутствие брата Мансера. Тот не появился ни в течение дня, ни к ночи…


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:53 | Сообщение # 17
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
…- И не появится, - ответил Генезис, вновь прилаживая зеркальце под ошейник. - Пока я не дам ему отмашку. А может, вообще не появится. Мозги ему не до конца промыли. Он хотел тебя слить, но я успел его перехватить. В общем, я его залечил, а то он вообразил, что обязан уничтожить Дженову.
- Вполне возможно, учитывая, какой я им тут театр драмы и комедии устроил.
- Да уж, я от тебя не ожидал. Ты раньше в самодеятельности не участвовал?
- Нет. В цирке работал. Клоуном и дрессировщиком на полставки.
- Поздравляю, коллега. Я тоже в цирке клоуном работал. Рыжим. Ну и иногда – факиром. Так… замри и не дыши. – Генезису, наконец, удалось поймать маркировку на замке ошейника в зеркало. - Диктую.
- Записываю.
Сефирот сохранил текст в телефоне, и Генезис отправил его sms-сообщением на номер Клауда Страйфа.
- Значит, Проповедник прибудет завтра. Так может, целесообразнее встретить его вчетвером: ты, я, Клауд и Винсент Валентайн?
Сефирот задумался.
- Предлагаешь сразу обозначить, что мы играем в одной команде?
- Да. Всё равно рано или поздно об этом станет известно.
- Хм. Я бы не спешил. Если сейчас раскрыть все карты, эти друзья могут перетрухнуть и рассудить, что проще нас сдать, чем сотрудничать. Они же должны осознавать, что нужны нам только для решения вопроса с правосудием и перехода на легальное положение. А решить такие вопросы мы можем, лишь имея хорошую «крышу» и волосатую лапу. Ни у тебя, ни у меня этого нет. Старые связи, я так полагаю, похерены?
- На корню. Я даже к Риву Туэсти сейчас обратиться не рискну.
- Кстати, почему он уволился из «WRO»?
Генезис выглядел удивлённым.
- Как уволился? Когда успел?
- Я сегодня утром новости прочёл.
- О как. Значит, отстаю от жизни. Ну, видимо, сожрали мужика. К этому всё и шло.
- Вот видишь, - заключил Сефирот. - Идти нам некуда, обращаться не к кому. А тут господа хорошие предлагают вполне реальный вариант пролезть в околовластные структуры. Если у них с нашей помощью всё срастётся, то у нас, в свою очередь, появляется шанс восстановить наши добрые имена и подчистить запятнанную репутацию.
- А если НЕ срастётся?
- А что мы тогда теряем? Ну, заедем на тюрьму (1) или будем бегать от правосудия, пока рак на горе не свистнет. Так если мы сейчас откажемся - займёмся тем же самым, только на несколько месяцев раньше. К тому же имей в виду: если партия или кандидат набирают какой-то процент голосов на выборах - они уже обретают определённый вес в политической тусовке и в дальнейшем при грамотной агитационной кампании, пиаре и разумных законодательных инициативах надолго там закрепляются. И у нас, соответственно, появляется подушка безопасности. Мне кажется, Гена, в данный момент целесообразнее эксплуатировать имидж поумневшей Дженовы. Я, конечно, сегодня слегка спалился, но у меня выбора не было. Проповедник откровенно склонен к тупым и безобразным авантюрам. Разве человек в здравом уме выпустит Дженову из клетки? А он выпустил. Нацепил на меня какой-то беспонтовый обруч, хлопает в ладоши, счастлив и уверен, что я не придумаю, как от него избавиться. А представь, если бы на моём месте была настоящая Дженова? Да здесь бы уже было ядерное пепелище, усеянное расчленёнными трупами. То есть, Проповедник фактически кинул и подставил своего подельника, а если он столь феерично чудит сейчас, то не исключено, что в дальнейшем вообще берега попутает. За ним глаз да глаз нужен. В идеале его бы заменить кем-то надо, да он, сцуко, слишком прокачал карму, на другого лидера народ может не повестись.
- Хорошо, а если разогнать эту богадельню к Ифритовой матери?
- Я пока не знаю, сколько у него последователей, - возразил Сефирот. - Здесь, мне кажется, капля в море. Может быть, его электоральная база переломит ситуацию на выборах. Пока нам не известно это с достоверностью, нельзя принимать поспешных решений.
- Я и не подозревал, что ты такой интриган.
- Ё@а-мать. А ты думал, я прямой, как палка? Да если бы я не был интриганом, меня б в Вутае сожрали с дерьмом и берцами.
На самом деле Сефирот интриговать не любил и старался максимально от этого самоустраниться, но жизнь и работа на руководящих должностях вносили в его планы коррективы. Поэтому интриговать ему периодически приходилось. Знания правил и приёмов закулисной борьбы в рабочем коллективе были заложены в него ещё в детстве. Научный Департамент, в котором он рос, был натуральным гадюш… (зачёркнуто) серпентарием. Его сотрудники постоянно подсиживали своих коллег и строили друг другу козни. При этом они совершенно не стеснялись вступать в предварительный сговор и сколачивать альянсы на глазах «лабораторного образца», наивно полагая, что он в этих подковёрных играх всё равно ничего не поймёт и не станет заморачиваться. Но «лабораторный образец» слушал их с интересом, можно даже сказать, с упоением, ведь из разговоров людей он выхватывал очень много полезной информации.
- Ладно, - согласился Генезис. – Надеюсь, ты в своих выкладках не ошибёшься.
- Их ещё стопиццот раз придётся на коленке корректировать. Сейчас, повторяю, у меня очень мало исходных данных.
«Ох, Сефка, опасную игру ты затеял… на грани фола». После многолетней гибернации, толком не восстановившись, не имея достоверной информации об окружающей среде, порой действуя наобум, в условиях острого дефицита времени Сефирот в одиночку ввязывался в борьбу с целым миром. В то же время Генезис понимал, что их с Сефиротом жизненные ситуации объективно разнятся. Если он отыскал в новом дивном мире нишу, в которую сумел забиться и сделать так, чтобы про него не вспоминали, то Сефироту найти подобную нишу было крайне затруднительно, практически невозможно. Ему реально не оставалось выбора: либо он присаживается на пожизненно , либо бегает от закона. В данном контексте сотрудничество с «Эдж Фармацевтик» выглядело предпочтительнее, и Сефирот решил идти ва-банк. В случае поражения он ничего не терял. А вот Генезис терял положение в обществе и материальные блага, которых добился после возвращения из Дипграунда.
Рапсодос был морально готов к подобному финалу. При этом «да» Сефирота не повлияло на его итоговое решение поставить на кон всё, несмотря на серьёзнейшую угрозу вновь оказаться всеми преследуемым изгоем. Даже если бы Сефирот сказал «нет», Генезис всё равно пошёл бы с ним до конца. Его юношеский эгоизм, взбалмошность и ветреность навсегда остались в банорских пещерах. Взамен появилось чувство ответственности за человека, с которым он решил связать свою дальнейшую жизнь. Ведь ДНК Дженовы из организма Сефирота никуда не делась, а сама Дженова порядочно загадила Лайфстрим. Может быть, приступ не повторится. А может, вирус просто дремлет и при идеальной совокупности благоприятных условий наподобие визита в нибельхеймский Мако реактор, Сефирот опять сорвётся. Генезис понимал, что в момент очередного сбоя матрицы обязан находиться рядом и принять исчерпывающие меры для предотвращения катастрофы.
В то же время, если рассматривать ситуацию с оптимистической точки зрения, теперь их двое. Сефирот один стОит целого штаба аналитиков. Вдвоём почему бы не пободаться? Наверное, это будет даже интересно. Если план Сефирота сработает, они возвращаются триумфаторами. Если не сработает - они просто останутся вместе.
- Не боишься вляпаться в государственный переворот?
Сефирот пожал плечами:
- Я пока не в курсе политических реалий, поэтому сложно сказать.

-------------------------------------
1) Это не опечатка, а речевой оборот на блатной фене.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:55 | Сообщение # 18
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
…Мангал почти остыл, Клауд Страйф и Алекс Мансер смотрели десятый сон, а возле палатки неподвижно сидела парочка Нанаки. Отличные, просто бесценные караульщики. Генезис вполз на четвереньках в палатку и, стараясь не шуметь, полез в спальный мешок.
Сефирот проводил его до ворот, передал ему план фермы и сведения материально-технического характера. Генезис же оставил ему телефон, в котором заранее сохранил все контакты, и зарядное устройство.
- Мы тоже будем ждать, когда вернётся Проповедник, - сказал он напоследок. – Если услышим стрельбу – немедленно придём на помощь.
…Сон у Клауда был очень чуткий. Он заворочался, высовывая из спальника голову, взлохмаченную сильнее, чем обычно, и спросил громким шёпотом:
- Ну что, удачно сходил?
- Удачно, - ответил Генезис. «Очень удачно», - мысленно прибавил он и помимо воли улыбнулся, слегка касаясь пальцами губ. Он вновь чувствовал себя сопливым юнцом, впервые увидевшим вживую Великого и Ужасного Вутайского демона.
- То есть, это не Дженова?
- Да. Это Сефирот.
- Точно?
- Точно. Я бы понял, если бы что-то было не так.
- И что дальше?
- Ну… пока план следующий. Сеф продолжает косплеить Дженову, а я принимаю предложение «Эдж Фармацевтик» о сотрудничестве.
- Что? – Сон с Клауда как ветром сдуло. Он аж подскочил. – Ты же изначально был против!
- Тогда я был один и хотел, чтобы от меня отвязались. А теперь со мной Сефирот. И он затеял очень опасную игру. Я должен ему помочь.
- Какую такую опасную игру? – настырно выспрашивал Клауд. – Что он задумал? Я, конечно, знаю его не так хорошо, как ты, но что-то мне слабо верится в Сефирота, плетущего интрижки.
- Давай утром поговорим, - поморщился Генезис. – А то долго объяснять. Завтра предстоит сложный день. Если повезёт – сам его спросишь.
Он забился в спальник по самую макушку и отвернулся, дав понять, что тема на ближайшие несколько часов закрыта. Может статься, завтра придётся принять бой с людьми Проповедника, поэтому необходимо хорошо выспаться. Мысли постоянно возвращались к Сефироту: как он там? Плюнул на всё и завалился спать или ушёл в серверную и читает переписку Проповедника и Томаса Ву? Естественно, Генезис подумал и о Юффи. Надо будет завтра ей позвонить и спросить, какие слухи ходят относительно отставки Рива Туэсти. Не связана ли она каким-то образом с комплексной проверкой «Эдж Фармацевтик»?
Хорошая, кстати, девочка - эта Юффи. Без претензий, без комплексов; характер нордический, стойкий. Просто шикарная любовница. Абсолютно никаких поползновений завязать серьёзные отношения. Вот таких деловых женщин Генезис ценил, любил и уважал! От Юффи не надо было с содроганием ждать истерики или дешёвой драмы: «Люблюревнуюжитьбезтебянемогуубьюсебяподлыйтыгад!» - при известии, что она стала одним из углов любовного треугольника. Более того, с Юффи вполне станется захлопать в ладоши, запрыгать и закричать: «Крутяк! А давайте замутим тройничок?»
«Шиш тебе с маслом, а не тройничок, - подумал Генезис, постепенно уплывая в сладкий мир снов. Как будто мисс Кисараги и впрямь предложила ему нечто подобное. – Сефирот – только мой!»

Естественно, без проволочек не обошлось. Проповедник вынужденно задержался в «Золотом Блюдце», так как по просьбе Томаса Ву в аэропорту местных авиалиний встречал двух медработников «Эдж Фармацевтик», а также психолога и специалиста-полиграфолога, прибывших ночным рейсом. К радости Келлера, они не привезли с собой крупногабаритную аппаратуру, поэтому он сэкономил на услугах носильщиков.
В ходе последнего разговора Ву сообщил, что у него большие проблемы, которые он сейчас решает. На вопрос, какие, отрывисто бросил, что это – не телефонный разговор.
Стало быть, дело пахло керосином. А если дело запахло керосином - следовало как можно быстрее отпочковаться и откреститься от угодившего в неприятности патрона. Вовремя предать - это значит предвидеть (с).
Томаса очень беспокоила Дженова: как её здоровье и самочувствие? Как она себя ведёт, хорошо ли питается, о чём говорит, не предпринимает ли попыток сбежать, совратить паству с пути истинного или захватить власть в секте?
Проповедник сообщил, что Дженова ведёт себя спокойно и тихо, читает религиозную литературку, ест всё, что дают и ни с кем, кроме конвоиров, не контактирует. В подготовке революции не замечена. Попыток к бегству не предпринимает. Нет, солдафонские замашки в её поведении не проскальзывают. Да, он уверен: это Дженова. И он убедил её, что сотрудничество с ними ей выгодно и полезно. Да, Дженова с ним согласилась. Она просто чертовски мила.
Проповедник умышленно умолчал, что заказал для Дженовы экипировку Сефирота и предоставил ей относительную свободу передвижения. Для Томаса Ву Дженова была политическим инструментарием. Для Проповедника она была Богиней. Он сделался одержимым ею с первого взгляда, и его одержимость с каждым днём крепла и росла, как опара на дрожжах. Мысль, что когда-нибудь придётся с ней расстаться, не давала Келлеру покоя. «Ты достойна гораздо большего, нежели быть пешкой в чужой политической игре! - думал он, входя в состояние экзальтации. И, подогревая себя, представлял узкое, бледное лицо с кошачьими глазами, в ореоле серебристых волос... - Ты должна править Планетой! Ты будешь править Планетой!»
Таким образом, едва преступная группа вследствие непредвиденных обстоятельств разобщилась и ненадолго утратила связь между членами, цели и задачи Томаса Ву и Проповедника начали постепенно расходиться. И обоими этими достойными мужьями овладела паранойя. Каждый считал, что Дженова должна принадлежать только ему, что его цель - благороднее и важнее цели подельника. Как результат, у каждого зародилось подозрение, что подельник его в итоге кинет. И, дабы такового не случилось, подельника надлежало кинуть первым. Как говорится, кто не успел - тот опоздал. У Томаса Ву были связаны руки; он злился и считал дни до окончания проверки, но проверяющие никуда не спешили. Сеансы связи со штаб-квартирой «Детей второго пришествия» он приостановил, так как всерьёз опасался, что однажды ночью к нему нагрянут с обыском. Ноутбук со всеми аккаунтами и паролями пришлось спрятать.
«Как бы Келлер совсем от рук не отбился, - думал Томас Ву. - Вообразит ещё, что коль у него есть Дженова - со мной можно не считаться. А когда Дженова поймёт, какой он лопух, она его мигом облапошит и кишки ему выпустит».
И тогда они оба останутся при пиковом интересе.
Так что решил Томас заслать к Проповеднику казачков, которые уже отстрелялись перед проверкой по своим линиям работы и чьё отсутствие на рабочем месте не вызовет вопросов. Пусть понаблюдают и за Келлером и за Дженовой.
- Только осторожнее, - предупредил он их напоследок. - На ферме полно оружия, а эти ребята достаточно отморожены, чтобы открыть огонь без предупреждения. Если почувствуете, что обстановка накалилась - не стесняйтесь, удирайте.
«Ну, спасибо, босс, удружил!» - уныло подумали сотрудники, коим вовсе не улыбалось лезть под пули.
«Босс» отлично понимал, что рискует жизнями своих работников и что те от его идеи далеко не в восторге. Но у него не было специально обученных людей, чтобы отправить с ними в качестве охраны, а прибегать к услугам ЧВК (1) он не рискнул. Во-первых, Келлер мог догадаться, что ему не доверяют, заистерить и отложиться от коллектива, захватив Дженову. Во-вторых, ему не нужны были лишние свидетели того, что на ферме обитает воскресший Сефирот. Ибо невозможно было предугадать, как отреагируют на него ЧВКшники, среди которых могли оказаться бывшие СОЛДАТы или пехотинцы «Шин-Ра». Поэтому Келлер простимулировал сотрудников обещанием предоставить им дополнительные отпуска и выписать каждому премию в размере десяти окладов.
Несмотря на обещание материального вознаграждения, работники «Эдж Фармацевтик» летели в Космо-каньон без энтузиазма. Когда твоя тушка нашпигована свинцом, как окорок чесноком - согласитесь, десять окладов уже не греют душу… В могилу их с собой не утащишь. Так что, человеческий фактор оказался неумолим: сотрудники решили подойти к заданию безответственно, с кондачка: в дебри не лезть, глубоко не копать, смыться с фермы как можно скорее. Шефу передать, что всё хорошо. Особенно их стремление окрепло на фоне компании, с которой им предстояло ехать из «Золотого Блюдца» до пункта назначения: в зафрахтованном Проповедником автобусе сидели тридцать крепких мужиков призывного возраста, вооружённые автоматическим оружием. И в такой вот милой, дружественной обстановке, в окружении добрых, интеллигентных, светлых лиц четырём бедолагам надо было тащиться куда-то на Кудыкины горы. А вдруг их по дороге убьют и закопают? И концы в воду…
Бедолаги не подозревали, что боялись за свои жизни и здоровье абсолютно зря. Винсент Валентайн, до которого Генезис сразу же довёл по телефону информацию об избранной тактике, держал ушки на макушке и в случае попыток религиозных фанатиков расправиться с сотрудниками «Эдж Фармацевтик» готов был вмешаться в конфликт на стороне последних.
Дитера Келлера одолевало плохое предчувствие. По непонятной причине связь с фермой внезапно прервалась. Мобильники «апостолов» либо были выключены, либо находились вне зоны действия сети. А стационарный телефон на ферме отсутствовал.
«Не проделки ли Дженовы?» - беспокоился Проповедник, стоя у окна терминала аэропорта и потягивая чёрный сладкий кофе. Он наблюдал, как небо светлеет до сероватой голубизны, а линия горизонта подёргивается розовой дымкой, предвещая скорый восход. День обещал быть сложным, так как ему предстояло бесконечно обихаживать нежданно свалившихся на его голову гостей. Он-то рассчитывал позвонить Первому Апостолу и приказать любой ценой обездвижить Дженову и приковать её к кровати, чтобы меньше вопросов возникало. А так - придётся импровизировать…
…В начале восьмого утра, когда автобус и грузовичок, набитые людьми, выдвинулись из «Золотого Блюдца», подозрения Проповедника рассеялись. С незнакомого (но явно стационарного) номера ему позвонил брат Мансер и сообщил, что в Космо-каньоне была сильная гроза и молния повредила базовую станцию. Он по указанию Первого Апостола отправился на переговорный пункт и, едва тот открылся, сразу довёл указанную информацию до Учителя.
- Передай брату Первому Апостолу, что Мать ради её же блага необходимо уложить спать и переодеть. Он поймёт. Действуй, брат.
- Понял, Учитель.
Пока Алекс Мансер рассказывал Проповеднику сказки, Генезис Рапсодос стоял рядом, слушал и одобрительно кивал. Собственно, звонок был его идеей. И его же идеей был совершенно официальный звонок с переговорного пункта, если Проповедник вдруг заинтересуется определившимся номером. Следовало по мере сил усыпить бдительность врага, чтобы тот до последнего момента не ожидал подвоха. Армейская взаимовыручка пересилила преданность экс-капитана Мансера секте, да и Генезис, если был в ударе, умел убеждать...

--------------------------------------------
1) ЧВК - частная военная компания.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:59 | Сообщение # 19
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
Выждав ещё пару часов и прикинув, что Томас Ву уже продрал «сомкнуты негой взоры» (с), Генезис позвонил ему на мобильный телефон.
- Удобно разговаривать? - спросил он после обмена приветствиями.
- Говори, - отозвался Томас. Он сидел дома и завтракал, с дрожью предвкушая новый виток репрессийпроверок.
- Я по поводу встретиться и поговорить, как ты предлагал. Две недели прошло, а от тебя ни ответа, ни привета. У меня скоро отпуск заканчивается, мне потом некогда будет.
- Я сейчас занят. Ты думал, проверка пройдёт быстро и безболезненно?
- А тебя там что, наизнанку выворачивают? - подколол Генезис.
- Тебе виднее. Ты же всё это организовал.
- Гнусный и необоснованный поклёп. - Генезис с трудом сохранял серьёзный вид и тон. - Ладно, если у тебя нет времени, не буду тебя отвлекать. Звони сам, когда созреешь. Просто подкину информацию к размышлению: пациент скорее жив, чем мёртв.
- Та-ак… Я тебя понял. А что Страйф?
- С ним сложнее. Я не смог его уболтать. По крайней мере, пока.
Генезис не хотел втягивать Клауда в игру, затеянную Сефиротом. В такие игры играют люди, которым нечего терять, а у Клауда были жена и ребёнок, которые рассчитывали на его благоразумие и стабильность в будущем. И ещё у Клауда и Тифы был бизнес...
Томас Ву думал иначе.
- Плохо, что не смог. Страйф нужен обязательно.
- Зачем?
- Как поводок для Дженовы.
(А заодно – как ценнейший биологический образец, потенциальный источник «S»-клеток.)
- Я и сам справлюсь.
- А если нет? - веско возразил Томас. - Так что, уговаривай его. Это и в твоих интересах, потому что если она свернёт тебе шею, рассчитывать больше не на кого, только на Страйфа.
- Ну, во-первых, если она свернёт мне шею - мне уже будет всё равно. Во-вторых, он тогда сам подключится, без уговоров. Но я тебя понял. До конца проверки сообщу о результатах, - сказал Генезис и дал отбой.
Наживка была заброшена. Теоретически, Томас Ву сейчас должен был расслабиться и выдохнуть: «Ух, по крайней мере, до одного несогласного я достучался».
Тем временем Клауд Страйф, действуя согласно заранее распределённым ролям, позвонил Рено и продиктовал ФИО и абонентский номер с визитной карточки инженера «Эдж Фармацевтик».
- Будь другом, пробей его домашний адрес. Наверняка он есть в списках сотрудников компании.
- Зачем тебе это нужно? - полюбопытствовал Рено. - Только давай начистоту, а то ещё наделаете делов по большой горячности.
- Э… В общем, такое дело. Сефирот каким-то образом смог добраться до телефона и связаться со мной.
- И-и? - протянул Турк.
- Н-ну… это, определённо, Сефирот в здравом уме.
- Ты уверен? Может, он тебе лапши на уши навешал.
- Уверен. Абсолютно. - Не мог же Клауд сказать, что Генезис общался с Сефиротом вживую! - Сефирот сказал, что на нём находится взрывное устройство, поэтому он не может покинуть ферму. И назвал вот это имя и телефонный номер. Сказал, что это человек, который знает, как его обезвредить.
- Понятно. Информацию-то я узнаю, а вот ты что с ней делать будешь? Возьмёшь кента за шкирку и потащишь в Космо-каньон? Так вообще-то указанное деяние похищением человека называется. И им Уголовный кодекс зело интересуется.
- Мы что-нибудь придумаем, - оптимистично заверил Клауд.
- Верю, верю, - хмыкнул Рено. И вдруг спросил: - Рапсодос рядом с тобой? Привет ему горячий.
- Что? - оторопел Страйф. - Да откуда ж ему тут взяться?
- Вот только не надо мне врать. Я тебе уже говорил и ещё раз повторю, что работаю опером больше десяти лет. Ты в курсе, что владелец автопоезда, который вы распотрошили, заяву накатал? И когда водилу начали опрашивать, тот рассказал, как вы вдвоём там лихо отжигали. Я более чем уверен, что всю эту кашу ты заварил с его подачи.
- Ладно, - сдался Клауд. - И что теперь? Будут тянуть информацию по цепочке, пока не выйдут на Генезиса?
«Не потому ли Рив подал в отставку? Если так, то это жопа…»
- Генезису передай, что он тебе должен. Только из уважения к тебе информация дальше отдела полиции не пошла. Оформили, как ДТП, механику. Кстати, Ценг рвал и метал, что ты его не поставил в известность. Давно я его таким злым не видел!
- Между прочим, я ему несколько раз аккуратно намекал, что могу работать в паре с Генезисом, - обиделся Клауд. - Мог бы догадаться. Ладно… я ему позвоню и извинюсь.

…Алекс Мансер вернулся на ферму. Предварительно Генезис сбросил Сефироту sms-ку, в которой сообщил, что бывший капитан перешёл на Светлую сторону Силы, поэтому ему можно доверять. В следующем sms-сообщении содержались сведения о том, что Проповедник везёт на ферму тридцать вооружённых парней, ящик боевой Материи и четырёх сотрудников «Эдж Фармацевтик». Хорошо, что Генезис не догадался позвонить, потому что, когда пришли sms-ки, Сефирот проводил воспитательную работу с паствой.
Для начала он сделал послабление режима, передвинув побудку на два часа назад. Не из жалости к презренным, а из корыстных побуждений: сам хотел поспать подольше. Трёхкилометровый кросс за воротами отменил. Опять же не из гуманизма, а для того, чтобы это стадо не разбежалось в разные стороны. А вот обливание холодной водой и зарядку решил оставить. Ибо в здоровом теле - здоровый дух! Проповедь с завтраком поменял местами, так что народ в кои-то века раз не пытался во время неё уснуть и слушал внимательно. Проповедь Сефирот прочёл сам, поэтому она получилась коротенькой, всего на полчаса. Но за эти полчаса он успел застращать сектантов до полусмерти божественной сущностью Дженовы. Заодно и Боевой устав в памяти освежил.

Когда грузовик Проповедника и автобус, набитый вооружёнными людьми, подъехали к ферме, она выглядела мирно и пасторально. На вышке у ворот стоял часовой (это был брат Альбукерки), ворота были заперты. Проповедник вышел из машины, помахал ему рукой, призывая открыть ворота, а сам подошёл к кабине автобуса и рассчитался с водителем. Тот открыл двери и багажный отсек. Боевики вышли и, разобрав свои вещи, по-военному чётко построились в колонну по двое. Работники «Эдж Фармацевтик» уныло топтались в стороне, понимая, что назад дороги уже нет.
Автобус развернулся и поехал прочь. Ворота заскрипели, медленно открываясь.
Более всего Проповедника порадовало, как его встречает паства: все «братья» чётенько построились в «коробку» по ранжиру и стояли по стойке смирно. «Сестёр» вот только не наблюдалось. (Правильно. Не такой Сефирот был дурак, чтобы в случае обострения ситуации дать боевикам возможность прикрываться бабами и детьми, как живым щитом.) Новоприбывшие прошли во двор и построились напротив «коробки», ожидая от Проповедника дальнейших инструкций.
Только после этого Келлер загнал грузовичок на территорию фермы, и брат Альбукерки закрыл ворота.
Проповедник заглушил двигатель, вылез из кабины и обратился к пастве:
- Мир вам, дорогие братья. Я привёз новых последователей учения. Прошу любить и жаловать.
Он встретился взглядом с Первым Апостолом (Первый Апостол моментально опустил очи долу, понимая, что завалил службу и сейчас за это получит), потом машинально отметил, что и брат Альбукерки, и брат Мансер, и два других «брата», обязанные контролировать Дженову, присутствуют здесь. Чело Проповедника разгладилось, и он облегчённо вздохнул. Если все здесь, значит, Дженову удалось усыпить и стреножить. Поэтому он чисто для проформы поинтересовался:
- А где Мать?
- А туточки я! - донёсся из-за коробки весёлый голос, вслед за чем в небо стрелой взмыл Сефирот, держа Масамунэ двумя руками.
Сефочка «козырял» по полной программе: глаза сверкают, волосы и перья на крыле - дыбом, на лице крупными буквами написано: «Всех убью, один останусь!»
Харизма Проповедника с хрустальным звоном посыпалась на землю, ЧСВ (1) скукожилось, в штанах сделалось тепло и сыро, в глазах появилось затравленное выражение: «3,14здец котёнку!»
Про сверхчеловеческую скорость СОЛДАТ слагали легенды. А Сефирот был лучшим среди них. «Раззудись, плечо, размахнись, рука!» (с) Ох ты, гой еси, генерал-майор! Вжик-вжик! - два взмаха нодати - с лезвия сорвались ослепительно-неоновые молнии, которые, врезавшись в землю, вспороли её, как ножом. Земля заходила ходуном. Вздыбившийся пласт почвы подкинул грузовичок и развернул его на сто восемьдесят градусов. Воздух, казалось, загустел, а потом взорвался, давя на барабанные перепонки. А главное, грохот стоял оглушительный.
Работники компании «Эдж Фармацевтик» в ужасе пали ниц, закрывая головы руками и проклиная шефа за то, что послал их на верную гибель. Тепло и сыро сделалось в штанах по меньшей мере у половины присутствующих.
Приземлившись и приняв эффектную позу, Сефирот выбросил вперёд руку с мечом и пощекотал остриём под подбородком Проповедника, вынуждая того задрать голову. Правой рукой манерно, подражая Генезису, отбросил чёлку с глаз.
- На колени, червь. Руки за голову.
Проповедник подчинился. Немного отойдя от потрясения, он понял, что убивать его не собираются. По крайней мере, в ближайшие несколько минут. Хотя смерть от руки Дженовы… он принял бы её с радостью, зная, что стал проводником Её божественной воли…
- Да, Мать! - благоговейно прошептал Келлер, подчиняясь.
Брат Альбукерки, наблюдавший представление, прислонившись к воротам в расслабленной позе, тотчас подошёл к Проповеднику и быстро его обыскал. Забрал бумажник, ключ-карты и мобильный телефон, передал всё это Сефироту.
Надо было закрепить успех, пока народ не оправился от потрясения.
- Все - на колени! – Клинок нодати, убравшись от кадыка Проповедника, описал широкий полукруг, целясь в новоприбывших боевиков. Лезвие от переизбытка магии искрило и сияло зеленью, как Лайфстрим. Или глаза Дженовы...
Взгляд Сефирота, нацеленный на почтеннейшую публику, был крайне недобр, поэтому люди сочли нужным подчиниться. Брат Мансер, выйдя из строя, прошёлся вдоль шеренги и конфисковал у боевиков оружие.
- Жалкие людишки, - промурлыкал Сефирот, надеясь, что его слова звучат не слишком фальшиво. - Думали, сумеете противостоять мне? Какие же вы наивные твари! Да если я сочту нужным, то сотру вас в порошок!
Если бы это слышал известный любитель театральщины Генезис Рапсодос, он бы аплодировал стоя. Что касаемо Сефирота - тот честно старался не заржать и не испортить пафос момента. В качестве визуального подтверждения реальности угрозы он торжественно воздел правую руку, и бездонное синее небо над головами присутствующих внезапно начало наливаться антрацитовой чернотой. Откуда ни возьмись, над фермой сконцентрировались, заклубились пронизанные молниями грозовые облака, скручиваясь в воронку на зависть Гесеру и Завулону.
Публика была поражена до глубины души, но куда более был поражён Сефирот, не ожидавший подобного эффекта. Он-то планировал швырнуть какое-нибудь простенькое заклятие, не требующее применения Материи. А тут - нате вам… И у него появилось нехорошее предчувствие, что какая-то часть Дженовы затаилась в нём и тихо шкерится, выжидая удобный момент. И что, похоже, о своих нынешних способностях ему толком ничего не известно. А главное, очень плохо, что он не в полной мере эти способности контролирует.

----------------------------------------------------------------
1) ЧСВ - чувство собственной важности.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 16:59 | Сообщение # 20
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
- Это ещё что за…? - прибалдел Генезис, наблюдая из засады за воронкой, постепенно набирающей обороты.
- О… Это значит, у нас проблемы, - помрачнел Клауд. - Я такое уже видел три года назад. Похоже, Гена, ты ошибся. Это не Сефирот, а Дженова.
- Я подозревал, что этим может всё закончиться, - подал голос Винсент, невозмутимо заряжая «Цербер».
- Да нет, не мог же я ТАК лопухнуться, - пробормотал Рапсодос. - Когда я с ним общался, то был на сто процентов уверен, что разговариваю с Сефиротом.
- Ну, извини. Всякое ведь случается.
- Значит, я пойду и разберусь.
Генезис начал вставать, но Клауд и Винсент поспешно ухватили его за плечи и вынудили лечь.
- Куда? Сдурел?! У неё куча заложников и целый ящик боевой Материи, - сказал Валентайн. - Если уж хочешь разобраться, дождись ночи, сделай вид, что ничего не понял и прогуляйся на ферму ещё раз.
Рапсодос и сам понимал, что сейчас едва не сделал глупость. Видимо, после ночного рандеву у него мозги начали разжижаться. В голове вертелась назойливая, паническая мысль: нет, нет, он не мог ошибиться. Ночью на ферме он действительно разговаривал с Сефиротом.
Может, воронка - это тактическая хитрость?
Генезис старательно гнал от себя мысль, что Сефирота мог накрыть очередной припадок безумия.

«Так, стопэ. Побаловались, и хватит», - счёл Сефирот, опуская руку. С этим феноменом он разберётся позже.
Тьма, пришедшая с Средиземного моря ™, начала рассеиваться.
- Поняли, кто здесь божество и кому вы обязаны поклоняться? - Очередной недобрый взгляд заставил сектантов вспотеть и закивать головами. - Все вы здесь в моей власти и я вправе казнить и миловать так, как посчитаю нужным. У кого есть возражения - два шага из строя.
Разумеется, несогласных не нашлось.
Парой жестов Сефирот объяснил Мансеру и Альбукерки, что им делать. Те погнали новоприбывших сектантов в мужскую казарму - распределять по койко-местам. Ещё двое «братьев», повинуясь очередному повелительному жесту, залезли в кузов грузовичка, подхватили ящик с Материей, осторожно спустили его на землю и подтащили к ногам Сефирота.
- Куда это отнести, Мать?
- В серверную.
Проповедник так и стоял на коленях неподвижно. Лишь губы шевелились, шепча молитвы, да глаза сияли, как у человека, перебравшего Мако. Сефирот убрал нодати и похлопал его по плечу.
- Подъём, дорогуша. - Он подозрительно потянул носом. - Не поняла, ты что, уписался? Тогда тем более подъём. Пошли, портки заменишь.
Но, похоже, на ферме началась эпидемия отнявшихся ног. И Проповедника и оробевших сотрудников «Эдж Фармацевтик» пришлось тащить до серверной под белы рученьки. Спасибо и на том, что последние четверо сохранили штаны сухими. А вот из-за Келлера пришлось сделать крюк до прачечной, так как наслаждаться ароматом последствий его испуга у Сефирота (да и у остальных тоже) не было никакого желания.
Рассадив народ по периметру комнаты, Сефирот развалился во вращающемся кресле около сервера, заправил чёлку за уши и почесал затылок, гадая, с чего начать разговор. Проповедник продолжал изображать соляной столб, а четверо работников компании так щёлкали зубами от страха, что при попытке учинить допрос неминуемо пооткусывали бы себе языки. И помочь им в этом случае можно было только уринотерапией…
…В личных вещах Проповедника - вот сюрприз-то! - тоже нашлась визитка инженера «Эдж Фармацевтик».
- Так, господа, - тихо, но грозно начал Сефирот, поигрывая визиткой. - Не буду тянуть багриска за хвост. Вот за это, - он постучал визиткой по ошейнику, - мне обидно всерьёз, аж до боли в сердце. Так что либо мы сейчас приходим к консенсусу и сообща решаем эту проблему, либо я рассержусь.
Генерал-майор Кресцент никогда не разбрасывался угрозами отправить проштрафившееся лицо домой по почте в разных посылках или медленно, по ломтику, срезать у него мясо с костей, считая подобные заявления дешёвыми и голимыми понтами. Он просто ставил перед фактом, что рассердится, но при этом так красноречиво смотрел залётчику в глаза, что тот обливался холодным пОтом и ходил под себя одновременно по-маленькому и по-большому.
Сотрудники компании незамедлительно прекратили лязгать зубами, зато принялись икать и менять цвет кожных покровов с просто бледного на бледно-зелёный.
- О, даааа… - прошептал Проповедник, одухотворённо сияя ликом. - Сделай это, моя Богиня! Обагри это место кровью!
Сефирот посмотрел на него с интересом, пытаясь понять, он всерьёз это сказал или прикидывается сумасшедшим.
- Да он спятил! - в ужасе взвизгнул полиграфолог. - Не слушайте его! Дайте мне телефон, я всё устрою!
- Подожди.
Сефирота позабавило то, как один сотрудник компании старается подкузьмить другому, приглашая его на верную смерть. (Так и было бы, окажись на его месте Дженова.) Столько лет прошло, а «корпоративная этика» не претерпела изменений. Аж ностальгия накрыла… Однако звонить с бухты-барахты не следовало, так как у инженера вполне мог возникнуть вопрос, почему ему звонит не Проповедник, а хоть и коллега, но не посвящённый в интригу человек. Вдобавок у него и у Проповедника могла иметься договорённость относительно кодового слова или фразы, без которых никаких движений не произойдёт. Поэтому Сефирот слез с кресла, приблизился к Проповеднику и отвесил ему несильную пощёчину, чтобы привести в чувство. Проповедник схватил его кисть и прижался к ней щекой. Потом и вовсе принялся покрывать её поцелуями, что-то невразумительно бормоча. Всю перчатку обслюнявил…
- Как оно утомляет - это тупое обожание, - вздохнул Сефирот, брезгливо выдёргивая руку из цепких пальцев Проповедника, пока ему не обслюнявили весь рукав до локтя. Проповедник протестующе захныкал и, рухнув на пол, попытался обнять Сефирота под коленями. Тот разгадал его манёвр и отступил. - Кажется, наш драгоценный пастырь уверовал до такой степени, что временно не способен к конструктивному общению.
«Мда, со спецэффектами я, видать, жОстко переборщил. У мужика, походу, шлямбур съехал…»
- Может, я чем смогу ему помочь? - нерешительно предложил психолог. - Я врач…
- Ну… смогите.
Сефирот вернулся в кресло, задумчиво повертел в руках сотовый телефон Проповедника и сбросил sms-сообщение на указанный в визитке номер: «Приезжайте, срочно». Через несколько секунд пришёл ответ: «Я занят, перезвоню позже». Сефирот положил телефон на стол перед монитором и внимательно посмотрел на присутствующих.
Действительно, не было смысла тянуть багриска за хвост. Чем раньше он начнёт переговоры, тем быстрее прояснится ситуация. Проповедник невменяем, либо прикидывается таковым, а инженер наверняка сразу побежит докладывать руководству, что его вызывают в Космо-каньон. Поэтому логично начать как раз с руководства.
- Ты, - решил Сефирот, поманив пальцем полиграфолога. – Раз уж проявил инициативу, иди сюда. Давай трубу. Диктуй номер своего шефа.
- Н-н-наизусть не помню. В с-списке контактов указан как «Босс», - проблеял мужчина.
Удивительно, но Томас Ву сразу взял трубку, не стал отговариваться совещаниями и проверками.
- Да-да, говори, только очень быстро, я занят. Нормально доехали?
- С ветерком, - ответил Сефирот.
Пауза, возникшая в трубке, была недолгой. Сефирот не мог не восхититься выдержкой противника. У того даже интонация не изменилась.
- Я рад за тебя, мам. Как у бати самочувствие?
- Все четверо живы. Ты не один? – уточнил Сефирот.
- Да, у меня здесь полный кабинет народу. А у тебя что-то срочное?
- Можешь выйти из кабинета в коридор или в туалет?
- Минуту. – Слышно было, как Ву говорит извиняющимся тоном, обращаясь к кому-то: - Простите, я выйду ненадолго. Мама из лечебницы звонит. У отца рецидив Геостигмы.
Потом послышался хлопок двери, звук быстрых шагов, скрип, шорох отодвигаемой балконной створки и отдалённый гул улиц. Видимо, Томас вышел в лоджию.
- Всё, могу говорить. Я так понимаю, мои люди у тебя в заложниках?
- Их статус зависит исключительно от тебя.
- Ясно. Откуда мне знать, что ты не врёшь?
Сефирот вытянул руку с телефоном в сторону сотрудников компании.
- Скажите вашему боссу что-нибудь.
- Она не шутит… Мы целы… пока… Здесь вооружённые люди! Вы бы видели, что тут творилось… - раздался нестройный хор четырёх голосов.
Сефирот быстро поднёс телефон к уху.
- Убедился?
- Убедился. Так-так-так… А, понимаю. Ты хочешь, чтобы я снял с тебя ограничитель?
- Для начала - да.
- Хм… хм…
Томас лихорадочно думал, как поступить. Если он снимет с Дженовы ограничитель - можно послать и ей и Гайе прощальный поцелуй. Бедствие-с-Небес вырвется на волю. Только теперь Дженова учтёт свои прошлые ошибки...
- А если я откажусь, что сделаешь? Убьёшь всех?
- Зачем мне кого-то убивать? – последовал встречный вопрос. – Я просто позвоню в «WRO» и сообщу, что на этой ферме находятся наркотические средства и психотропные вещества в особо крупном размере, оружие, на которое отсутствует лицензия, и воскресший генерал Сефирот. Потом просто засеку время и буду ждать, пока сюда слетятся все вооружённые силы Гайи.
- Не боишься, что тебя убьют на месте? – хмыкнул Томас. Он был далеко не дурак и понимал, что подобный ход - не вполне в духе Дженовы. Скорее, в духе Сефирота. Как ни странно, мысль, что в Дженове появилась рассудительность до-нибельхеймского Сефирота, немного его успокоила. Значит, с ней можно попытаться договориться. Вопрос лишь, с каким явлением ему придётся столкнуться:
1) Произошло слияние личностей Сефирота и Дженовы и частичное заимствование характеров и привычек обоих?
2) Две разных личности уживаются в этом теле одновременно, и какая-то из них периодически одерживает верх?
3) Он всё-таки имеет дело не с Дженовой, а с Сефиротом?
- Меня три раза убивали. Как видишь, я до сих пор живу и здравствую. Переживу ещё один раз. А вот тебе придётся долго объяснять, с какой целью ты спонсируешь этих ребят и зачем ты меня… разбудил. Не говоря уже о том, что эти ребята разбегутся без поводыря. Проповедник, к сожалению, немного спятил. Поэтому руководство Церковью пришлось взять на себя.
- Что с ним случилось? - насторожился Ву.
- Сам послушай.
Сефирот вытянул руку с телефоном, только на сей раз - в сторону Проповедника.
- Скажи, кто я?
- Ты Богиня, венец мироздания, ты Мать человечества. Ты прекрасней утренней зари… Ты влечёшь, притягиваешь, восхищаешь и вдохновляешь…
Он ещё что-то бормотал, но Сефирот, не дослушав, опять поднёс трубку к уху.
- Ну как?
- Впечатляет. Однако если я сниму с тебя ограничитель, а ты уничтожишь Планету, мне уже будет плевать на все проверки, - резонно заметил Томас.
- А может, я передумала уничтожать Планету, - усмехнулся Сефирот. – В принципе, вы и сами с этим неплохо справляетесь.
- Тогда скажи, чего ты хочешь?
- Всеобщего поклонения. Я хочу, чтобы в мою честь воздвигли храмы и славили меня, как единственное божество в известной нам Вселенной. Чтобы мне отдавали почести и приносили жертвы.
Сефирот говорил и сам себе не верил.
- А я думал, ты презираешь человечество, - заметил Томас.
- Разумеется, я его презираю, но это не помешает мне наслаждаться его любовью и обожанием, - сухо ответил Сефирот.
«А сейчас он скажет: мне надо подумать, дай мне время».
- Мне надо подумать, - сказал Томас. – Дай мне время, пожалуйста.
Сефирот чуть не взвыл от восторга. Некоторые люди безнадёжно предсказуемы.
- Сколько ты будешь думать? Учти, у меня очень короткое терпение.
- Недолго. Я дам тебе ответ сегодня вечером. Позвоню в период с десяти до одиннадцати по времени Эджа на этот же номер.
- Ловлю на слове.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 17:01 | Сообщение # 21
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
Дав отбой, Томас тут же набрал номер Генезиса Рапсодоса.
- Ты спрашивал, когда я готов встретиться? Ситуация немного изменилась. Я готов встретиться с тобой сегодня после двадцати трёх ноль-ноль где-нибудь в баре на нейтральной территории.
- Ммм… Сегодня не могу, у меня вечер по минутам распланирован, - ответил Генезис, зная, что даже если сейчас с низкого старта рванёт в ближайший аэропорт – успеет в Эдж максимум к утру. Давай завтра в то же время.
- Давай завтра в то же время, хотя ответ я обещал дать сегодня.
- О как. Неужели Дженова начала своевольничать?
- Какой ты, Рапсодос, проницательный – мОчи нет! - поморщился Ву.
- И ты хочешь, чтобы я произвёл ритуал декапитации?
- Я надеюсь, что до этого всё-таки не дойдёт. Она разговаривает довольно разумно. Вот, кстати, и стимул для Страйфа: скажешь ему, что Дженова немного разбушлатилась.
- Хорошо, я тебя понял. Я тогда завтра ближе к обеду тебе позвоню, и мы определимся, в какое заведение лучше кинуть кости.
- Я надеюсь, что мы, наконец, найдём общий язык, - ответил Ву. И не удержался от сарказма, как бы компенсируя недели унижений, беготни и нервотрёпки: - Вот тебе и представится шанс вновь увидеть своего генерала. Смотри только, не влюбись. Он всерьёз вообразил себя бабой. Один дурак, похоже, уже повёлся и пал жертвой его чар.
Генезис в долгу не остался:
- Предлагаешь мне соблазнить Дженову? Я обязательно подумаю над этим предложением. А что? Барышня она эффектная, хотя сиськи у неё меньше, чем у тебя. А вот член, стопудово, больше.
Томас Ву густо покраснел, так как стройностью и худобой не отличался и много лет безуспешно боролся с лишним весом.
- До встречи. Жду звонка, - сердито буркнул он и сбросил вызов.
После разговора с Генезисом директор «Эдж Фармацевтик» прошёл в кабинет инженера, но того на месте не оказалось.
- Где Макс? - спросил он его помощников.
Те недоумённо переглянулись.
- Вышел покурить с этим рыжим Турком… как там его? Рено. И до сих пор его нет.
- Давно?
Парни опять переглянулись.
- Да как-то тово… не засекли время…
Ву несколько раз набрал номер мобильного телефона Макса, но абонент постоянно был занят.
- Ладно, - сказал он, запихивая телефон во внутренний карман пиджака. - Как появится - пусть срочно мне перезвонит.
И отправился в свой кабинет лебезить перед проверяющими.

В саду санатория «Хилен-Лодж» - резиденции президента Руфуса Шин-Ра - стоял раскладной стол, накрытый цветастой скатертью с национальным вутайским узором. На нём стояли бутылка вина и блюдо с лёгкими закусками. За столом на двух шезлонгах полусидели, полувозлежали сам г-н президент и его правая рука: шеф Турков Ценг Токугава. Они дегустировали белое банорское полусладкое; настоящее, десятилетней выдержки, которое ещё можно было приобрести на аукционах за бешеные деньги. Всё, что выпускалось под этой маркой после атаки Абсолютного Оружия на Миделский архипелаг, было обычным виноградным вином. Популяция яблонь сорта Белая Банора частью погибла в пожаре во время бомбёжки шинровской авиацией, частью сгинула в морской пучине. А на других континентах и островах эти яблони не прижились.
- Значит, Сефирот вернулся, - констатировал Руфус. - То есть, предположительно, вернулся дееспособный Сефирот, которого мы знали до Нибельхейма.
- Рено говорит, что Страйф в этом стопроцентно уверен. Сейчас он везёт сюда человека, с которым я буду долго и предметно общаться, выясняя, как оно есть на самом деле.
Руфус кивнул.
- Но это ещё не всё, - продолжал Ценг. - Генезис Рапсодос тоже вернулся. На днях мы получили окончательное подтверждение данной информации. Мне пришлось подключить все связи, чтобы она не попала в СМИ.
Шеф Турков ни в коем разе не был двуличным стукачом. Просто дружба – дружбой, а служба – службой. Он давал присягу «Шин-Ра» и был исполнительным подчинённым. А ещё он был осторожным скептиком.
Как исполнительный подчинённый, давший присягу, Ценг обязан был поставить руководство в известность о происшествиях, в которых могли быть замешаны бывшие сотрудники Компании, более того - бывшие СОЛДАТы 1-го класса, склонные к общественно-опасным, противоправным деяниям. (Один пытался уничтожить «Шин-Ра» и развязал войну клонов, второй решил помножить на ноль всё человечество.) Если им обоим опять моча в голову ударит, и они вообразят, что вправе кроить и перекраивать атлас мира на свой вкус - Планета этого точно не переживёт. И нынешнее правительство возложит ответственность за их действия на Руфуса Шин-Ра. Никому ведь потом не докажешь обратное! Руфус, кстати, настолько привык к бесконечным нападкам и обвинениям, что каждое утро, приходя в офис, иронично спрашивал у секретарши: «Итак, что нового происходит в мире? В чём я сегодня виноват?» Поэтому, само собой разумеется, все разговоры с Клаудом Ценг исправно дублировал Руфусу. И согласился помочь Клауду лишь из тех соображений, что Дженову тот в любом случае убьёт, а с Сефиротом, преодолевшим последствия психотравмирующей ситуации, можно вести переговоры. Всё равно тот никуда с подводной лодки не денется, придёт сдаваться. Но если Дженову невзначай выпустят работники «Эдж Фармацевтик» - проблемы будут, и немалые. Ценг прекрасно помнил, как она вырвалась из лаборатории Научного Департамента и чем всё закончилось. В качестве воспоминания о тех весёлых временах его грудь пересекал тонкий белый шрам. Да и встреча с шинентай в Северном Кратере иногда снилась ему по ночам…
Как осторожный скептик Ценг считал, что Клауд Страйф - парень честный и порядочный, но больно уж горячий, увлекающийся и неопытный в житейском плане, несмотря на свои 28 лет. Хитрому ловцу слабых душ вроде Генезиса Рапсодоса не составляло труда запудрить ему мозги и подписать на любое безрассудство. После истории с нападением на автопоезд Ценг уже не сомневался, что Клауд попал под влияние Генезиса, который с его помощью реализует свои планы.
У Руфуса моментально возник вопрос:
- Твои соображения: зачем Генезису вытаскивать Сефирота из «Эдж Фармацевтик»?
- Не знаю. Сложно делать выводы, не пообщавшись с фигурантом. Это может быть как чувство товарищества, так и приискание сообщника для совместного планирования агрессивных военных действий.
- Я думал, ты хорошо его знаешь.
- Я тоже так думал, - лаконично ответил Ценг. - Но Генезиса во время деградации будто подменили. Однако это опять-таки не всё. Я выяснил, по чьей просьбе действовал командир роты ДПС, пытаясь задержать автопоезд.
Он сунул руку в карман рубашки, вытащил цветную фотографию 9х12 и положил на стол. Руфус вытянул шею, потом взял фото и начал внимательно его рассматривать. На нём был запечатлён мужчина в форме спецназа «WRO».
- Эту фотокарточку мне на время дали из его личного дела. Некто Синджин Хелмсфорд. Никого вам не напоминает?
Руфус отрицательно покачал головой, положил фото обратно и пригубил вино.
- Впервые вижу.
- А если так? - Ценг потянулся к столу, сложил ладони лодочками и приложил к изображению, отсекая от овала лица короткую чёрную щетину.
- Срань господня! - ахнул президент, чуть не поперхнувшись выпивкой.
С фотографии на него смотрело лицо Генезиса Рапсодоса.
- Я навёл справки, - продолжил Ценг, откидываясь на спинку шезлонга. - Он поступил на службу около двух лет назад. Взялся буквально из ниоткуда, но тогда в вооружённые силы «WRO» набирали по принципу: «Кабы их толпился полк, в пререканьях был бы толк. Ну а нет – хватай любого. Будь он даже кальмский волк» (1).
Руфус Шин-Ра слабо улыбнулся: надо же, Ценг стихами заговорил. Вот что банорское белое с людьми делает, даже с вутайцами!
- За два года, - продолжал Ценг, – он отлично себя зарекомендовал. Взысканий не имеет. Одни благодарности. По базе данных ИЦ человек по имени Синджин Хелмсфорд действительно существует… либо существовал, потому что учёт жертв среди гражданского населения после обрушения плиты Седьмого сектора, а затем после падения Метеора вёлся из рук вон плохо.
- Таким образом он зашифровался? - уточнил Руфус. - Не похоже на Генезиса с его амбициями.
Ценг пожал плечами:
- Повторю: не пообщавшись с фигурантом, сложно что-то сказать. Рапсодос хороший оперативник и тактик, умеет работать с людьми, но я не припомню, чтобы он выстраивал какие-то архисложные многоходовки. Скорее всего, действительно, это способ легализации ради получения стабильного дохода.
Руфус Шин-Ра задумчиво вертел в пальцах фужер с вином.
- Хотелось бы знать причину, по которой они с Томасом Ву закусились. Подозреваю, что это может быть как-то связано с предстоящими выборами. Ву не одержимый, как Ходжо и Холландер, он в первую очередь бизнесмен и среди учеников Холландера всегда был самым прагматичным. Но у него мало шансов против основных кандидатов. Может быть, он пытался эксплуатировать Генезиса как инструмент в предвыборной гонке и какие-то условия Генезиса не устроили…
- Интересная теория, - подал голос Ценг и скепсис в его голосе вновь вызвал улыбку на устах Руфуса. – Скандальный имидж Рапсодоса скорее наоборот повредил бы кандидату. Если только… ну, это чисто моё предположение… если только политические баталии изначально не планировалось перевести в русло военных.
- Как вариант, - согласился Руфус. – Томас Ву - умный человек и если решил сделать ставку на Генезиса и Сефирота, следовательно, посчитал, что игра стОит свеч. Кстати, у меня шансов не больше, чем у него, так как «Шин-Ра» безнадёжно скомпрометирована. Но если мы скооперируемся и выработаем слаженную программу… - Пальцы Руфуса сильнее стиснули ножку бокала. Он немного помолчал, раздумывая. - Ладно, его первоначальный замысел я выясню сам. А тебе партийное задание: узнать, чего вообще хотят Генезис и Сефирот и насколько они вменяемы. Если они вменяемы, то будем думать сообща, как использовать их с максимальной выгодой.
- Слушаюсь, - по-военному чётко ответил Ценг и залпом допил вино. – Ах, да. Что тогда с комплексной проверкой делать? Маховик уже закрутился и в «WRO» больше нет Рива Туэсти, чтобы тихо спустить её на тормозах.
- Не надо пока спускать проверку на тормозах. Вдруг Ву окажется несговорчивым. Клиента надо держать подогретым, чтоб всегда помнил: в любой момент его возьмут за тестикулы.
В сеанс одновременной игры на нескольких шахматных досках официально включилась третья сила.

-------------------------------------------------
1) Перефразированное четверостишие из «Сказки про Федота-стрельца…» Леонида Филатова.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Воскресенье, 19.11.2017, 17:03 | Сообщение # 22
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4245
Репутация: 635
Статус: Отсутствую
Эпилог. Дикая охота.


- Я догадываюсь, что тут произошло, - сказал Генезис, в очередной раз наблюдая сумасшедшую пляску стрелки компаса. - Я читал об этом в научных журналах по геологии. Такое иногда бывает, когда в недрах образуется природная Материя.
- Что же это за природная Материя, которая искажает магнитные поля и глушит связь? - подала голос Инари Вирман. - Я о такой ни разу не слышала. Разве что… но нет, это абсурд, конечно…
- Ты имеешь в виду Хрономатерию? Есть мнение и не только моё, что Хрономатерия - не более чем миф.
- А что, природная Материя может притягивать монстров? - пропыхтел Алекс Мансер.
Они шли по следам сбежавшего чокобо, возвращаясь к трассе. Вутайской ДРГ Генезис опасался меньше, чем плотоядных ящеров-монстров. К тому же до трассы было ближе, чем до северной оконечности седловины, и трасса казалась более надёжной. Ифрит с ним - с лишним крюком в двадцать километров. Целее будут. Если экономить - провизии до Кальдзуна хватит всем троим. Генезис молча радовался, что не догадался навьючить вещмешок на чокобо, иначе бы они остались без еды и воды.
- Учитывая, что Материя формируется из Мако, а Мако всегда притягивает монстров, с высокой степенью вероятности - ответ положительный. Итак, я думаю, несколько лет назад где-то в районе турбазы и аэродрома начали образовываться залежи Материи, и одновременно появились монстры. – Генезис с треском убил комара на щеке. - Очевидно, вутайцы решили, что забросить турбазу и аэродром - проще и дешевле, чем организовать плановый отстрел монстров.
- Или монстры в один чудесный томный вечер устроили на турбазе славную кровавую охоту, после чего перепуганные отдыхающие в массовом порядке сдали билеты и зареклись сюда ездить, обслуживающий персонал смазал пятки, а члены экипажей гражданской авиации пригрозили, что скорее застрелятся, чем выйдут в рейс, - прибавил Алекс Мансер.
Солнце давно перевалило зенит и начало багроветь, опускаясь к горизонту. А аномальная зона до сих пор не была пройдена, и Алекса сильно тревожил этот факт. Он действительно не знал, как следовало лучше поступить: остаться в диспетчерской вышке и пасть смертью храбрых или последовать за Генезисом и, вероятно, тоже пасть смертью храбрых, потому что с наступлением темноты кузумы пойдут по их следам. Странно, что ещё не пошли…
- Тащ майор. - Пехотинец ненадолго остановился, утирая потный лоб. - Вам не кажется, что мы немного заблудились?
- Не должны. Я иду не по компасу, а по природным ориентирам.
Однако у Генезиса не было абсолютной уверенности, что они следуют правильным курсом. По его расчётам, трасса должна была показаться час назад. Но пока что перед ними ковром расстилалась пресловутая седловина. В то же время они, однозначно, не ходили по кругу. У Генки складывалось впечатление, что неведомая злая сила просто берёт и растягивает пространство, как отрез резинового жгута.
…Под подошвой бутсы опять хрустнула толстая, гораздо толще птичьей яичная скорлупа. Яйца были больше чокобиных…
- Не ихние ли это гнёзда? - подала голос Инари.
- Вполне может быть, - буркнул Алекс. - Тащ майор, вы не боитесь, что сейчас на трассе мы наскочим прямо на вутайцев?
- Хм. Вопрос понял, отвечаю. Видишь ли, есть такая наука. Называется «дип-ло-ма-ти-я». Наука древняя и неточная. Дипломатия - это искусство договариваться и находить компромиссы иногда между весьма антагонистическими образованиями, политические интересы которых бывают диаметрально противоположными. Знаешь, рядовой, в чём заключается отличие ящеров-кузумов от вутайцев? В том числе от тех отмороженных горцев, которых даже свои презирают за каннибализм, скотоложство и обычай снимать скальпы с живых людей? В том, что с любым вутайским племенем при определённых условиях можно договориться. На худой конец, его можно купить или запугать. А с кузумами эти номера не сработают ни-ког-да.
Феноменально острый слух СОЛДАТа 1-го класса уловил слабый топоток и шорох.
- Это ещё что? – Генезис остановился, чутко прислушиваясь. Потом вдруг, ни слова не говоря, упал на землю и прижался ухом к земле, положив Рапиру рядом.
- Странно… - пробормотал он после минутной паузы. – Такое ощущение, как будто стая бежит, лязгая когтями по земле.
Но больше, чем звук, его смущала волна тупой, бессмысленной ярости, катившаяся впереди. От неё перехватывало дыхание и липкий холодный пот покрывал тело. В этой злобе смешались голод, жажда крови и стремление терзать, убивать, крушить. Сотни, тысячи алчущих свежей плоти монстров шли за ними по пятам. Вот почему так бесился чокобо!
Инари заволновалась, дёрнула Мансера за рукав гимнастёрки:
- Откуда, откуда они бегут?
- Откуда они бегут? - спросил Алекс Генезиса.
- Непонятно, - пробормотал Генезис, прислушиваясь. - Как будто со всех сторон бегут…
- Кузумы. - В голосе рядового промелькнула обречённость. - Они нас окружают. В прошлый раз тоже так было.
- Тихо! – перебил Генезис, сильнее прижимаясь к земле и пытаясь определить, с какой стороны доносится шум.
- Надо возвращаться к башне! - воскликнула Инари и, вцепившись в рукав Мансера, потащила его назад.
- Ё@ачный глаз! Они нас от трассы отрезали. - Генезис пружинисто вскочил, подхватил Рапиру. - До башни добежать не успеем, и мы там будем в ловушке; надо лезть на скалы. За мной бегом марш!
Дважды повторять команду не пришлось. «Царица полей» дала тягуна с такой скоростью, с какой не бегала даже от вутайцев в самом начале войны. Теперь уже не только СОЛДАТское ухо улавливало дробный топот, шелест травы, хруст кустарника, тяжёлое дыхание, клёкот и скрежет зубов идущей по следам людей стаи. Генезис на несколько секунд притормозил, развернулся и в его руке появился шарик красной Материи. Плавный взмах рукой – и в воздухе перед ним загорелась ярко-оранжевая сигила.
- Задержи их, - прошептал Рапсодос, чувствуя, как земля под ногами начинает подрагивать и откуда-то из её недр доносится утробный рокот.
Швырнув Материю призыва в сторону наступающих монстров, Генка убрал Рапиру, развернулся и помчался за пехотинцами, которые успели уйти довольно далеко. Быстро догнав Мансера и Вирман он, не сбавляя скорости, схватил их за руки и потащил за собой:
- Быстрее, щаз здесь такое начнётся!
А в том месте, где он недавно стоял, скальная порода треснула, и из недр вырвался столб ослепительно-белого пламени. Казалось, он прошил облака. Опав, он рассыпался на огненные шары, которые покатились в разные стороны, поджигая траву и сухостой, и в клубах образовавшегося дыма чётко проступила фигура разъярённого Ифрита…

- Пятнадцать минут, - хмуро произнёс Алекс Мансер. – Я засекал.
Санинструктор Вирман молча уткнулась лицом ему в плечо, и Алекс обнял её одной рукой, успокаивающе поглаживая по боку.
Генезис, стоя на краю скального балкона (к счастью, без сателлитов в виде карнизов и террас), устроил подбородок на рукояти упёртой в камень Рапиры и молча созерцал, как орда кузумов обгладывает труп Бахамута. Выйдя из состояния оцепенения, он прошёл туда, где съёжились друзья по несчастью.
- Это была последняя Материя, - сказал Рапсодос. – Время собирать камни, товарищи бойцы.
- В смысле? – не понял Алекс, а Инари оторвала от его плеча заплаканное лицо.
- В смысле будете помогать мне отбиваться камнями. Один я эту лавину не удержу.

Флэшбэк


…Ифрит дал им возможность без помех добежать до отвесной стены горного столба, где Генезис, обладающий способностью левитировать, смог подняться на несколько десятков метров к одинокому балкону и втащил за собой пехотинцев. Он никогда раньше не проделывал подобный фокус. То есть он знал, что может какое-то время держаться в воздухе с Рапирой и в полной боевой выкладке, но ни разу не пробовал поднимать груз около центнера весом. Здесь же – очевидно, в состоянии аффекта – поднял на рывке двух взрослых людей. В итоге они удачно закрепились на столбе, но сами себя загнали в ловушку, отрезав пути к отступлению. Впрочем, выбора у них не было…
Ифрит существенно проредил стаю монстров, но его силы были не безграничны. Исчерпав моторесурс, он рассыпался дождём искр, а кузумы, закусив жареными трупами собратьев, понеслись дальше. Их голод не был до конца утолён, а запах страха, исходивший от вжавшихся в скалу людей, подогревал его ещё сильнее. Стрекочущее море буро-зелёных шкур, казалось, затопило окрестности, бурлило и кипело, разбиваясь о подножье скалы. Среди гребенчатых спин то и дело вздымались головы со злобно горящими глазками и ощеренными пастями, полными острейших зубов.
Люди сидели высоко, и даже в прыжке достать их было невозможно.
- Откуда вы только, суки страшные, повылазили? – пробормотал Рапсодос.
Он очень надеялся, что вызов Ифрита заметили с передовых позиций Западной группировки войск «Шин-Ра». И что Сефирот обязательно отправит кого-нибудь из СОЛДАТ на разведку. И что их обнаружат прежде, чем пехотинцы начнут умирать от жажды. Он, конечно, проживёт намного дольше обычного человека, но, в конце концов, жажда и голод неминуемо сгонят его вниз. Лучше умереть красиво, напоследок захватив с собой в Лайфстрим несколько десятков злобных тварей, чем бесславно сдохнуть на скале.
Через некоторое время ящеры, поняв, что до людей так просто не добраться, избрали новую тактику. Она, определённо, свидетельствовала о зачатках разума, наличии социальных ролей и определённой иерархии. Несколько кузумов сгруппировались под балконом, подставляя спины товарищам. На них полезли другие.
На глазах Генезиса, Алекса и Инари начала выстраиваться пирамида.
- Вот это жопа! – кратко, но ёмко высказался Генезис.
Он разбил пирамиду заклинанием Близзаги, не дав ей вырасти до необходимой высоты, однако кузумов это ненадолго остановило. Волна отошла, пока монстры жрали убитых собратьев, а потом нахлынула вновь. Только теперь ящеры принялись сооружать две пирамиды по разные стороны балкона. Генезис дал им подняться на два десятка метров, после влупил по каждой файерболом. Пирамиды рассыпались, и люди вновь получили небольшую передышку, пока монстры пировали внизу, вступая в драку за каждый кусок мяса.
- Впечатляет, - проронила Инари.
Рапсодос усталым жестом пригладил волосы.
- Ага, вот только каждое заклинание забирает у меня определённый процент жизненной энергии. А лечебной Материи у меня с собой – хрен да маленько.
…Солнце резко обвалилось за горизонт, и чернильная мгла залила всё вокруг, окончательно деморализуя пехотинцев, которые теперь не видели даже кончиков пальцев на расстоянии вытянутой руки. Ночь была безлунной, а аномальная зона, похоже, поглощала свет звёзд. Поэтому проку с «Царицы полей» не было абсолютно никакого.
Генезис видел в темноте так же хорошо, как днём, однако достал из вещмешка сигнальные шашки и зажёг огонь. Нарочно, чтобы засветить позицию. Похрен уже, кто их заметит: свои или вутайцы. Лишь бы заметили. А кузумы и так знают, что они здесь.
- Тащ майор, может, красную ракету (1) пустим? – подал голос рядовой Мансер.
- Ну… если никто вызов Ифрита не заметил, боюсь, красную ракету и подавно не заметят, - печально усмехнулся Генезис, но, тем не менее, шмальнул из ракетницы в ночное небо.
…Окружившая их тьма сожрала огонёк ракеты так же быстро и безжалостно, как звёздный свет.
Кузумы вяло шевелились у скалы, устраиваясь на ночлег. Уходить они явно не собирались. Людишки оказали сопротивление, поэтому сожрать их стало делом принципа. Генезис тоже счёл, что всю ночь сидеть и лупать глазами – безблагодатное занятие. Утром они будут небоеспособны, а свистопляска начнётся по новой. Поэтому главное - хорошенько выспаться.
- Значит так, - строго приказал Рапсодос. – Спим по очереди. Я дежурю первый. Через четыре часа ты, - Алексу, - меня меняешь. Ещё через четыре часа тебя меняет Вирман.
- Может, не будем её трогать? – нерешительно предложил Мансер.
- Отставить. Здесь нет мужчин и женщин, здесь есть только военнослужащие под присягой. Никаких послаблений ни для кого.
- Вас понял.
Распределив пайку на ужин, Генезис сел на краю балкона и, без интереса жуя галету, устремил взор во тьму…

…Утром милые ящерки вновь перешли в наступление. Более того, оказывается, ночью они произвели разведку и с приходом дня предприняли попытку штурма противоположной стены скалы, чтобы перевалить вершину и обрушиться людям на головы. Попытка провалилась, так как скальные стены оказались гладкими и отвесными. Без альпинистского снаряжения брать их было бесполезно.
Тогда кузумы вернулись к тактике «закидать врага трупами». Генезис дистанционно отбил с десяток атак, пока не понял, что рискует в один прекрасный миг потерять сознание от истощения физических и магических сил. Пока у него была Материя, он мог поддерживать себя в хорошей форме, но едва она закончилась (а её запасы были не безграничны) - осталось лишь отбиваться заклинаниями, используя внутренние резервы организма. Тоже, кстати, не бесконечные.
А подмоги на горизонте не наблюдалось, скисло всё питание к бесполезным рациям, воду пришлось распределять буквально напёрстками.
С помощью второго (и последнего) шарика Материи призыва Генезис кастанул Бахамута. Он надеялся подманить дракошу поближе, оседлать и улететь, но глупая скотина в крутом пике ринулась на кузумов…

- Пятнадцать минут, - хмуро произнёс Алекс Мансер. – Я засекал.
- Это была последняя Материя, - сказал Рапсодос. – Время собирать камни, товарищи бойцы.
- В смысле? – не понял Алекс, а Инари оторвала от его плеча заплаканное лицо.
- В смысле будете помогать мне отбиваться камнями. Я один эту лавину не удержу.
Генезис жестом приговорённого зарядил Рапиру и шагнул к краю бездны. Пехотинцы рассыпались по балкону, собирая и складывая в одну кучу все камни, которые только могли поднять или отбить от неподвижной породы.
…Кузумы навалились гуртом, и Рапира в руке Генезиса начала смертоносный танец, каждым взмахом и выпадом выбивая из стаи жертву. Алекс разинул рот, на какое-то время позабыв о необходимости бросать «гранаты». Он много слышал о непобедимой троице Сефирот Кресцент – Генезис Рапсодос – Анджил Хьюли, но ни разу не видел кого-то из них в реальном бою. (Постановочные ролики с участием Сефирота - не в счёт.) Теперь ему представилась возможность полюбоваться, с какой нечеловеческой скоростью СОЛДАТ 1-го класса раздавал нападающим пакетики с люлями и с какой быстротой и изяществом увёртывался от налетающих скопом кузумов, не давая им продвинуться вглубь убежища, где находились пехотинцы. Генезис атаковал одновременно со всех сторон, сшибая монстров со скалы красивыми, чёткими, идеально выверенными ударами. Алые росчерки пылающего клинка соткались в искрящийся огненный вихрь...
…Первая волна схлынула.
Спихнув вниз оставшиеся на балконе трупы, Генезис отошёл к пехотинцам, сидевшим рядом с кучей камней. Алекс заметил, что он дышит тяжело, как марафонец, преодолевший двойную дистанцию на максимальной скорости.
- С вами всё в порядке, тащ майор?
- Нет, - буркнул Генезис. – Их слишком много даже для меня. И откуда они только в таком количестве берутся?
…Вторая волна накатила ещё яростнее, но вновь разбилась о Генезиса. Она была куда более многочисленной, и пехотинцы вынуждены были поддержать СОЛДАТа огнём. Урона врагу камнеметание нанесло немного, больше дезориентировало отдельных особей, которые, зазевавшись, тотчас попадали под взмах Рапиры. Убежище людей было похоже на крошечный островок в бушующем океане, где в самом эпицентре бури, яростный и устрашающий, как древний бог огня, сражался Генезис.
Получив жесточайший отпор, кузумы вновь отступили, а Рапсодос упал на колени, тяжело опираясь на Рапиру. Потом сел, скрестив ноги. Мансер брезгливо столкнул с балкона трупы ящеров, потом подполз к краю, лёг на живот и посмотрел вниз.
Кузумы нетерпеливо приплясывали, глядя на него голодными, холодными глазами. Алексу стало не по себе, и он на четвереньках отполз к Генезису.
- Похоже, сейчас очередная атака будет.
Тот покачал головой и криво усмехнулся.
- Боюсь, рядовой, мы отвоевались. Говоришь, два патрона ещё есть?
Мансер похолодел:
- Всё настолько плохо?
Генка усмехнулся ещё паскуднее и встал.
- Куда уж хуже. Я их долбану Апокалипсисом, а вы берите вещмешок и попробуйте подняться на вершину. И там уже палите из ракетницы. Может быть, вам повезёт.
- А как же вы?
- А я после Апокалипсиса уже не встану. Он у меня весь моторесурс съест.
- Тащ майор…
- Это приказ, - оборвал Генезис. – Выполняйте.
- Есть, - уныло вздохнул Алекс и вытащил из вещмешка верёвку.
Сделав связку, пехотинцы медленно, цепляясь за выступы и трещины в скальной породе, полезли наверх. А Генезис встал на краю балкона, готовясь встретить третью, самую сокрушительную волну, которая начинала формироваться внизу.
…Уроженец Нибельхейма и, как многие горцы, хороший скалолаз, Алекс Мансер продвигался к вершине, таща на буксире свою будущую жену и ласково уговаривая её не смотреть вниз. Инари слушалась беспрекословно. Сам же Мансер периодически оглядывался, пытаясь в деталях запомнить финальный бой Генезиса Рапсодоса. Для последующего доклада командующему и для истории. Последнее, что он увидел – Генезис резким движением вскидывает Рапиру над головой, начиная кастовать заклинание Апокалипсиса, перед ним неожиданно вырастает огромный, матёрый ящер, хватает зубами полёвку на груди и одним мотком головы посылает Рапсодоса в полёт к стене. Следующее, что осталось в памяти Мансера – рёв турбины над головой и потоки воздуха, треплющие волосы и одежду.
На скальный балкон, уже захлёстываемый монстрами, обрушивается серебряная молния.
Второй вертолёт, пройдя на бреющем полёте, огнём из всех орудий превращает кузумов и «зелёнку» в густое кровавое месиво.
Ящеры сыплются с балкона под ударами длинного узкого меча, как спелые банорские яблоки.
Чёрный плащ, длинная белая коса – сомнений, кто пришёл им на помощь, не оставалось…

- И вы что, так всю неделю просидели? – настырно выспрашивал Сефирот, вышагивая рядом с носилками, на которых несли Генезиса.
Несмотря на заверения, что он серьёзно не пострадал, а также оказанную первую медицинскую помощь, хирург всё же настоял, чтобы Рапсодоса положили в госпиталь для обследования. Генку вертолётом доставили в форт Кальдзун, а Сефирот полетел с ним, чтобы проконтролировать, где и как его устроят.
- Какую неделю, Сеф? – Рапсодос поморщился и заворочался, принимая более удобную позу. - Только вторые сутки пошли, как мы там встряли.
- Какие вторые сутки? – возмутился Сефирот. – Тебя не было почти семь дней! Уже наступление прошло, мы вперёд продвинулись на пятьдесят километров. Скажи спасибо вутайцам из ДРГ, которых мы взяли в плен. Они поймали твоего чокобо и рассказали, где именно. Что на самом деле произошло, а, Гена?
- Не знаю, - выдохнул Генезис и устало прикрыл глаза. – У меня нет этому разумных объяснений. Впрочем, неразумных тоже нет…
Некоторое время Сефирот молчал, но у самых дверей военного госпиталя заговорил:
- Ладно, допустим, там действительно какая-то херомантия происходит. У нас два раза приборы отказывали. Я в это дело даже вникать не хочу. Ты, главное, как выпишешься - автобиографию перепиши нормально, без тупых приколов. А то начальник УРЛС мне всю плешь проел.

--------------------------------
1) Красная ракета - сигнал бедствия, SOS.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
Форум » Final Fantasy » Фанфики по "Final Fantasy" » Дети второго пришествия: в осаде (Вторая часть пост-канона.)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:



Данный сайт создан исключительно для ознакомления, без целей извлечения выгод имущественного характера. Все материалы, размещённые на нём, являются собственностью их изготовителей (правообладателей) и охраняются законом. При публикации на сайте/форуме материалов с других ресурсов ссылка на источник обязательна. Размещение материалов, содержащих прямой запрет на публикацию где-либо, кроме ресурса правообладателя, недопустимо. Права на персонажей телесериала «Звездные врата: Атлантида», фото-, видео- и аудиоматериалы, полученные в процессе его создания, принадлежат MGM. Запрещается их копирование и коммерческое использование, а также коммерческое использование любой информации, опубликованной на сайте/форуме «Корабль-улей рейфоманов. Дубль 2». При публикации материалов данного сайта на других ресурсах обязательна ссылка на его адрес: www.cradleofwraiths.ucoz.ru. Администрация сайта предупреждает, что некоторые страницы форума содержат материалы, не рекомендуемые для просмотра лицам моложе 18 лет. Каждая публикация такого материала содержит предупреждение о его характере. Администрация не несёт ответственности за преднамеренное нарушение лицами, не достигшими совершеннолетия, запрета на просмотр материалов с рейтингом 18+.

               Copyright Улей-2 © 2012-2018