Приветствую Вас Гость
Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS
Страница 1 из 11
Модератор форума: investigator, tatyankaWraith, Darth_Ellia 
Форум » Уголок толкиениста » Фанфики по вселенной Толкиена » История № 5. Отец невесты (Как папа Элронд дочку замуж выдавал.)
История № 5. Отец невесты
investigatorДата: Среда, 18.12.2013, 22:10 | Сообщение # 1
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4062
Репутация: 627
Статус: Отсутствую
ОТЕЦ НЕВЕСТЫ

(Фанфик по мотивам произведений Дж.Р.Р. Толкиена)

Будьте внимательны! Используется ненормативная лексика!


Автор: investigator, то есть я.
Бета: сама управлюсь.
Рейтинг: NC-17.
Пейринг: Арвен/Томас Андерсон/Глорфиндэль/Хальдир.
Жанр: чистой воды глумление и стёб.
Аннотация: как папа Элронд дочку замуж выдавал.
Дисклеймер: все персонажи принадлежат наследникам Дж.Р.Р. Толкиена, которые являются законными правообладателями его произведений. Также, упоминаемая по тексту «Матрица» принадлежит бр. Вачовски.
Размер: миди.
Статус: закончен.
Предупреждение: несовершеннолетним и слабонервным не читать!

Посвящается верным боевым товарищам-форумчанам: Green Tea и Гилве Северусу Снейпу, с которыми мы вместе прошли огонь, воду и медные трубы. В общем-то, в подарок им и была написана эта ересь.


Даже если Вам немного за тридцать,
Есть надежда выйти замуж за принца.
Солнце всем на планете одинаково светит –
И принцессе, и простой проводнице.
Верка Сердючка & трио «Виа Гра»,
«Я не поняла» (1)


Я женихов твоих через колено,
Я папе твоему попорчу кровь.
О, выйди, выйди, выйди, Аграфена,
О, не губи разбойничью любовь!
В. Высоцкий, «Серенада Соловья Разбойника»


- Тебе почта, - торжественно возвестил Глорфиндэль. – Забирай. И в следующий раз проверяй почтовый ящик чаще, чем раз в три недели.
Он вручил мне целую кипу рекламных журналов, газет бесплатных объявлений и буклетов в глянцевых обложках. Попалась даже пара-тройка почтовых извещений и счёт за отопление в километр длиной.
- Ёооооообс! – присвистнул я, сдвинув солнцезащитные очки на затылок.
- Чё пишут? – полюбопытствовал Глори.
Я развернул один буклет и прочитал:
- «Казино:
1. Арнорская рулетка — устные ставки;
2. Хоббитский покер - обмен любого количества карт, либо прикуп шестой карты за 1 ante, минимальная игра «Туз Король», страхование, или прикуп игры дилеру;
3. Неограниченные выплаты на трёхкарточном покере;
4. Покер с двойным прикупом шестой карты;
5. Покер с обменом 1,2 или 5 карт;
6. Золотая фишка и джокер».
- А теперь то же самое, только на эльфийском языке, - попросил Глорфиндэль.
- Это реклама казино «Надурил», - ответил я, перевернув страницу буклета. — А ты что шельмец, в казино собрался? Последние штаны хочешь спустить в рулетку? Смотри у меня!
- Казино - отстой. Там же дурят, как лохов. Эти фокусы с рулеткой со мной проделывали, когда ты, Эл, пил ещё исключительно молоко. А когда перешёл на «пепси-колу», я с азартными играми завязал наглухо.
Глори улёгся в соседний шезлонг. Участковый терапевт во время очередного техосмотра сказал, что у него недобор веса в три килограмма и посоветовал больше кушать. С тех пор тов. Гондолинский постоянно таскает с собой огромный кулёк с булочками и трескает их целый день. Будь я проклят, если он поправился хоть на миллиграмм и, я уверен, не поправится, потому что случаи ожирения у эльфов медицинской науке доселе не известны. Хотя чипсы, сосиски в тесте, водку, сало, пиво и прочие вредные для фигуры продукты мы любим наравне со смертными.
Я отложил рекламу казино и взял следующий проспект.
- «Займитесь йогой для души и тела вместе с нами. Ждём Вас в наших залах после летнего отдыха! Салон «Солана». Шейпинг-центр «Кому за шестьдесят». - Скривившись, я метко зашвырнул буклет в урну. — Ах, Глори! Знал бы ты, как я хочу, наконец, в отпуск!
- Не знаю, что тебе здесь не нравится, - отозвался тов. Гондолинский. — Не долина — санаторий!
Я снял очки и аккуратно упрятал их в карман джинсов. Потом членораздельно и с чувством вымолвил:
- Я этот город ненавижу. Этот зоопарк. Эту тюрьму... - но тут же испуганно зажал руками рот и прикусил язык.
Глорфиндэль внимательно и с сочувствием посмотрел на меня.
- Да, шеф, кажется, тебе и впрямь пора в отпуск.
- Ох, Глори, Глори! — Я вздохнул ещё тяжелее. — Одному, без бабы, ехать стрёмно как-то, а поеду с бабой - Иваныч подымет вонь. Лучше тогда вообще никуда не ехать.
- Сочувствую, - ответил Глори. - Но ничем помочь не могу. Разве что могу с тобой поехать, но, боюсь, опять неправильно поймут.
Я открыл рот, чтобы высказать всё, что думаю о моральных и этических принципах тов. Митрандира, но не успел, потому что за воротами раздался душераздирающий рёв клаксона. Мне пришлось встать и шлёпать на улицу выяснять, в чём дело и, походя, изображать радушного хозяина. Глори поплёлся за мной с ворчанием:
- Кого там черти принесли?
Оказалось, черти принесли почтальона.
- Шо, опять? - мрачно произнёс я и поспешно состроил почтальону радушную улыбу на два пальца. – Элен сейла люменн оментиэльво! (2)
- Чаво? - недовольно переспросил почтарь, высунув рожу из окна машины.
- Шолом алейхем, - перевёл Глорфиндэль.
- Телеграмма. Распишитесь.
Почтальон сунул мне под нос папку, на которой лежал бланк телеграммы «де-люкс» и дешёвая авторучка. Я дрожащей рукой изобразил загогулину, имитирующую роспись. Манвэ Сладчайший, траурная телеграмма из Лориэна! Неужели кто-то помер?!
Когда на дороге рассеялась пыль, поднятая почтовой машиной, а мы с Глорфиндэлем пришли в себя, я первым делом прижал телеграмму к пузу и задумчиво молвил:
- Похоронка. Правду люди говорят: телеграммы добрых вестей не приносят.
- А кто помер-то? - нетерпеливо спросил Глори, уже прикидывая возможные шансы быть приглашённым на поминки, где можно пожрать на халяву.
- Хорошо, если Келеборн. А если кто-то другой?
- Ха! Келеборн — этот, что ли? Он тот ещё жук. Он всех нас переживёт. Это, Эл, наверное, кто-нибудь другой.
Я рискнул отлепить телеграмму от брюха, прочитал текст и разразился самыми страшными проклятиями, которые только смог отыскать в квэнье, синдарине и вестроне.
Поражённый моим красноречием Глори застыл, выпучив глаза. Когда я успокоился, выпустив пар, он рискнул спросить:
- В чём дело, начальник?
- А ты сам посмотри, - клокоча от ярости, ответил я. — Сука Келеборн опять сэкономил на почтовых расходах. Сам знаешь, бланки телеграммы «де-люкс» дешевле, чем поздравительные. Но лучше бы он вообще ничего не писал.

«арвен выходит замуж тчк поздравляю тчк келеборн зпт галадриэль»


Глори задумчиво почесал фэйс. После долгой паузы он произнёс только одно слово:
- П@$дец.
Иногда одного слова хватит, чтобы всё объяснить.
- За кого она там замуж собралась? — мрачно вопросил я небеса. - Дознаюсь, кто еённый трахаль - поймаю и порву, как тузик шапку.
В самом деле, за кого? Не припомню, чтобы там, в Лориэне, был кто-то стоящий.
Может, Хальдир?
(«Ах, па-а-а-а-а, он такой кипишной! Целый день носится, как сраный веник и орёт: «Всё пропало, всё пропало...» Как будто ему жопу скипидаром намазали. Его бы энергию — да в мирных целях. Целый город освещать можно».)
А может, Орофин?
(«Этот, что ли, тюфяк? Да он же тупой, как хоббитский валенок».)
Или Рамил?
(«Пошляк. Он знает три слова, три матерных слова. Откуда вы взяли лингвиста такого?» (с))
Я помотал головой.
- Что-то я не знаю в Лориэне подходящей кандидатуры. Но, тысяча драконов и один балрог, кого-то же она там всё-таки нашла!
Я-то грешным делом планировал выдать свою кралю-доченьку за Леголаса Эринласгаленского. Трандуил не возражал. И вообще все мои знакомые и друзья голосовали за этот брак. Против были только двое: Леголас и Арвен. Они всю жизнь друг друга ненавидели, как кошка с собакой. И в этом заключалась вся суть проблемы. За Леголаса я как-то не волновался. Даже если он заартачится, у Трэна разговор короткий: ремнём по сраке - и под венец. Он проблемы просто решает: не всё ли равно, куда бить? Он же король, и только он там имеет право орать. Но попробуйте уломать упрямую бабу!..

Я понимаю возмущение отца...
Шура Каретный


…а я со своей старомодной интеллигентностью пытался действовать дипломатично.
- На твоём месте, дорогуша, я бы не привередничал, - сказал я как-то доченьке во время приступа отцовской любви. — Сейчас тебе не Первая эпоха и не Вторая. Нынче в Средиземье трудно найти приличную партию, тем более, королевских кровей.
- Да уж. Трудно найти более приличную партию, чем этот припанкованный наркоша Леголас Эринласгаленский, - сумрачно парировала Арвен. — Он ещё не сторчался вконец?
- В таком случае, назови мне вариант, который бы тебя устроил, - сварливо попросил я.
Я заранее предугадывал ответ, но жестоко обманулся. Она застала меня врасплох. О, женская логика! Я от неё без ума.
- Папа, не, ну ты понимаешь, нынче для современной девушки замужество - не комильфо. Гораздо предпочтительнее вести свободный образ жизни, не обременяя себя семейными обязательствами. Представляешь: хочу - халву ем, хочу — пряники. Хочу — на ушах стою и в потолок поплёвываю. Как это прекрасно, даже не представляешь! А ТЫ какой мечтаешь меня увидеть? Задёрганной, оплывшей коровой с кучей детей, повисших у меня на подоле? И в компании с обрюзгшим, ленивым мужем, который целый день будет валяться на диване с газетой, сигаретой и банкой пива, тупо глазеть в «ящик», разбрасывать всюду свои грязные носки, поминутно спрашивать, когда будет готов обед и ворчать, что я плохо о нём забочусь. Да на хер бы мне усралась такая семейная жизнь!
Устами младенца глаголет истина. Сентенция дочери меня убила, потому что в ней я угадал себя молодого. А в молодости у меня к семье и к браку складывалось примерно такое же отношение.
- Ну, как хочешь, - заикаясь, с трудом выдавил я. — Но я бы на твоём месте хорошенько подумал. В конце концов, происхождение и связи, которые можно укрепить удачным браком, на дороге не валяются.
- А хорошее дело браком не назовут!

Я вышел родом из еврейского квартала,
Я был зачат за три рубля на чердаке,
Когда на всех резины не хватало,
И я родился в злобе и тоске.
Александр Новиков


Да, леший её забодай, женская логика — вещь необъяснимая. Но я слова Арвен близко к сердцу не принимал, потому что у моей драгоценной дочи семь пятниц на неделе. Сегодня она прикидывается мужененавистницей, завтра у неё завёлся очередной поклонник, и так без конца. Вот если бы только вкус её не подводил! Постоянно путается со всякими расово неполноценными гомосапиенсами. Видимо, любовь к низшим существам передалась ей по наследству от пра*(n)-бабки Мелиан.
- Если она опять начнёт бухтеть о своих чувствах к какому-нибудь паршивому человечишке, я её в монастырь отправлю, - честно пообещал я. — Потому что иначе рухнет всё, чего я сумел достичь за эти годы!
- В монастырь? — переспросил Глорфиндэль. — Какой ты жестокий, Петька!
Глупая девчонка! Своими руками пытается разрушить такое тщательно возведённое мною здание достатка и благополучия. Я шесть тыщ лет пахал, как трактор, из кожи вон лез, зарабатывая приличную репутацию в обществе, с моим-то пролетарским происхождением! Чуть не надорвался. В самом деле, можно подумать, будто я для себя стараюсь! Достаточно вспомнить, с какого нуля мы с Элросом начинали, и какими потом и кровью досталась мне эльфийская благодать.
В конце Первой эпохи, когда валары делили наследство Моргота, я ухитрился отковырнуть от него довольно приличный кусок. Основные-то претенденты на долю пали в бандитских разборках с Чёрным Властелином. Более того, пользуясь своим родством с гондолинской и дориатской династиями, я быстренько наложил лапу на сокровища Гондолина и Дориата, которые эльфы успели эвакуировать. А ведь в то время мне было не больше пятидесяти девяти лет. И это было лишь начало. Представляете, что могло получиться из меня впоследствии?
И всё бы ничего, но проклятое происхождение... В общем, оно здорово портило мне настроение. Я же не чистокровный эльф, а смешай-господи: папаша мой был полукровкой, мамаша — тоже; по линии мамаши примазалась даже кровь майаров. И эльфийские-то крови тоже изрядно перемешались: предками были выходцы из нолдоров — со стороны отца; и синдаров - со стороны матери. Конечно, пользуясь таким пёстрым гинекологи... тьфу, экскьюз ми, опять вырвалось... генеалогическим древом, я и среди людей косил под своего, и среди эльфов — тоже. А из уважения к моему батюшке, Эарендилу... (для всех за пределами своей квартиры – четырежды кавалер ордера Красной Звезды, дважды герой Средиземья, любящий отец и нежный муж, а дома - большой чудак на букву «м», кухонный боксер — мастер спорта и постоянный обитатель городского медвытрезвителя)… словом, валары порешили: сыновей Эарендила надо чем-то облагодетельствовать.
Лучше бы, сцуки, керенками отмерили. Но у генсека Манвэ было железное кредо: отсыпать по горло исключительно дары духовные, а презренный материализм - вон из избы поганой метлой.
И вот, валары предложили нам с Элросом выбор: можете, дескать, определить национальную принадлежность по собственному усмотрению.
И знаете, граждане, ведь Элрос меня тогда уболтал!
- Я, конечно, понимаю, что эльфы живут вечно, - разумно заметил он. - Но с другой стороны, от шальной пули даже эльф не застрахован. Это раз. Два: если хочешь пробиться в обществе, начинай контачить с людьми. Они более изобретательные, более изворотливые, более мобильные. И, кстати, менее злопамятные. А с вашими эльфами каши не сваришь: вечно они где-то в облаках витают. Они потому и продули войну с Морготом - исключительно по причине своей нерешительности, разгильдяйства и отсутствия грамотного руководства на местах. В-третьих, у людей больше шансов захватить лидирующие позиции в силу их многочисленности. В-четвёртых, ну смысл вечно-то жить? Ладно, первые сто - двести лет это по приколу, а потом ты ж с тоски повесишься. Что за примером ходить: глянь на нашего соседа Кощея Бессмертного – совсем от горя почернел и высох, бедолага, а всё оттого, что жить прискучило; раз двадцать пытался отравиться палёной водкой, не говоря уж о том, сколько раз он в метро под поезд кидался. И всё зря. Так что, Элронд, ты как хошь, а я выбираю людской жребий.
Я отфильтровал услышанное и согласился:
- Базару нет, братван. В натуре, ты чОтко мыслишь. Я тоже выбираю людской жребий. А то вечно жить, действительно, скучновато.
Сказано — сделано, и решили мы это дело «обмыть».
Кончилось «обмывание» плачевно. Я в столь юные лета был не дурак заложить за галстук, а Элрос держал себя, как спортсмена, в узде. И случилось страшное. Крепко выпив где-то в Линдоне, две недели спустя очнулся я на задворках Нуменора в какой-то затрапезной гостинице. Меня тошнило, голова раскалывалась, в руке был зажат женский лифчик, и почему-то жестоко чесались уши. Рядом стоял Элрос. Он заботливо размешивал в фужере капустный рассол и расчленял на блюдце труп солёного огурца.
- Что случилось? — прохрипел я. — Как я сюда попал?!
- Ах ты пьянь гидролизная, - зловеще ответил братан. — Мы с Кирданом нашли тебя вчерась на улице, в дерьмо пьяного. Ты бегал с бутылкой водки в руках вокруг своей машины, в которой горели все фары и орало радио. Мы принесли тебя сюда, а машину отогнали в гараж. — Он подал мне фужер, который я осушил залпом. — Поздравляю, братэлло. Как ушки? Манвэ сказал, что первые три недели будут чесаться.
Я машинально пощупал уши и сделал вот так:
- А-а-а-а-а-а-а!!!!!!!!!!!
От моего крика в окнах задребезжали стёкла, а у Элроса на голове волосы ощетинились.
Уши были острые.
- Что это? - простонал я. - Что с моими ушами? Элрос, скажи: это то, о чём я думаю?
Братец злорадно ухмыльнулся и шлёпнул на тумбочку два пачпорта. В пачпорте Элроса в графе «Национальность» было чёрным по белому писано: «Людь». В моём же пачпорте в оной графе чернело страшное: «Эльф».
- Но я же просил!.. - запричитал я, хватаясь за голову.
- А ты разве не помнишь?
- Ё@… твою мать! Если б я помнил, я бы что - спрашивал?
Тогда Элрос сказал мне:
- О твоих подвигах будут анекдоты слагать. Так вот. Ты припёрся на банкет к валарам не просто заквашенный, а уделанный в дрова. Покрыл Эонвэ матом, выдернул из-под Йаванны стул. Когда Галадриэль попробовала тебя вразумить, ты начал её лапать, а когда Келеборн возмутился, набил Келеборну морду, заявив, что эта сволочь поломала тебе жизнь. Вас растащили и посадили за стол. Ты один вылакал водяры больше, чем все остальные гости и начал провозглашать тосты, и всё какие-то пошлые: «Выпьем за целебные свойства зелёной плесени!», «Выпьем за то, чтобы наши дети телевизора не боялись!», «Выпьем за то, чтобы у нас всё было, но нам за это ничего не было!» Когда у тебя закончились тосты, ты упал мордой в салат, обрызгав сидящих рядом, и отвязно захрапел. А когда Ниэнна начала петь, проснулся и заорал: «Да прекратите же, наконец, мучить собаку!» Потом, когда началась дискотека, ты полез на стол и попытался показать стриптиз, при этом кричал: «Я достаю из широких штанин толстый - толще пожарного шланга. Пусть все видят, что я гражданин, а не какая-нибудь гражданка!» Тебя стащили со стола и повели в уборную освежиться. В уборной ты нагадил мимо унитаза и громче всех возмущался. Потом Кирдан попытался тебя унести и посадить в машину Эрейниона Гиль-Галада, а ты взял да обрыгал весь салон. Велюровый, между прочим. Поэтому сейчас Фингоныч ищет тебя, чтобы жестоко отомстить: этот «бумер» ему был дороже жизни. В тот момент, когда Кирдан и Эрейнион обливали тебя водой, чтобы привести в чувство, Манвэ изъявил желание нас лицезреть, и тебя понесли в тронный зал, взяв за руки и за ноги, как икону Илуватара. Когда тебя поставили перед Манвэ, ты громко заорал: «Ни хера себе компот, какие сиськи!!!» - имея в виду госпожу Элберет. Естественно, все испугались, что Манвэ тебя сейчас испепелит, но тот лишь посмотрел на тебя внимательно и сказал: «Дадим бессмертие этому дураку, пущай живёт, пока сам себе не надоест!» И вот так ты стал эльфом. А мне был пожалован людской жребий и царство Нуменор в придачу. Завтра церемония инаугурации. Поздравляю, брат!
Горю молодого счастливого эльфа не было границ! В последних словах брата я уловил скрытую издёвку: поделом тебе, алкоголик!
Впрочем, нет худа без добра. Я довольно быстро приспособился к своей новой национальности, и она даже начала мне нравиться. Элрос зря катил на эльфов; среди них такие оторвы попадались — люди рядом отдыхали. Возьмите того же Кирдана Кавторанга. Вечером не уснёт спокойно, не опрокинув поллитры самогона. А если за сутки никому рёбра не намял, считает, что день зря прожит.
В ходе эрегионской кампании, когда я понял, что наши шансы против Саурона равны жирному нулю без палочки, я решил не суетиться и отпочковался от Фингоныча. Пользуясь связанной с войной неразберихой и, как следствие, инфляцией, на сэкономленные с тринадцатой зарплаты гроши (ударение на первый слог) я прикупил земельный участок в Эриадоре, назвал его Имладрис и построил там фазенду. Оттуда я изредка совершал вояжи к родственникам. Когда «Титаник»… извините, Нуменор затонул, я довольно быстро снюхался с колонистами, основавшими Арнор и Гондор, и нередко хаживал к ним на рюмку чая.
Поддерживал я также сношения (в обоих смыслах этого скользкого слова) с лориэнской братвой, особливо с Галадриэлью. Келеборн-то меня крепко недолюбливал за начищенный до зеркального блеска пятак на банкете у валаров. Впрочем, Келеборн ещё не знал, что я из кожи вон лез, стараясь украсить рогами лориэнский герб.
Устраивал я посиделки и с Трандуилом Эринласгаленским, который заправлял братвой в Лихолесье. Мы с Галкой даже были понятыми на его свадьбе.
Короче, я настолько крепко влез в политику, что неизбежный момент, когда я буду вынужден сойти с мировой арены, представлялся мне чем-то крайне неприятным, если не сказать, жутким. Но наши постоянно драпали на Запад. Недодрапавших, к числу коих относился я, с каждым годом оставалось всё меньше и меньше. В конце концов, мне тоже предстояло покинуть Средиземье. От чего бы я, лично, с удовольствием воздержался. Ловить мне там, в Валиноре, абсолютно нечего. А в Средиземье есть, что терять.

Разбаловалась ты в матриархат...
Владимир Высоцкий


…- Послушай, доча, - продолжал я, не в силах избавиться от чувства, что взываю в пустоту. С таким же успехом я мог объяснять окрестным голубям, что срать на памятник Светлой Владычицы Элберет Гилтониэль некультурно. — Я же не смогу опекать тебя вечно. Если ты поедешь со мной в Валинор, то я снимаю этот вопрос. Но ты хочешь остаться здесь, поэтому кто-то должен о тебе заботиться. Вести, например, твои финансовые дела...
- Спасибо, папочка, я и сама прекрасно справлюсь, - отрезала доча.
- Ага, - скептически ответил я. — С твоим дипломом филфака, который я купил – безусловно, справишься.
- Ах, па-а-а-а-а-а! Ну, даже если так, то что мне мешает нанять хорошего бухгалтера?
- А как насчёт Гилдора Инглориона? - совсем убитым голосом произнёс я. - Он хороший парень, хоть и мент. И взяток не берёт.
- Гилдор Ингларион — как обоюдный компромисс в этой безвыходной ситуации, лишь потому, что сторчался Леголас Эринласгаленский?
- Если у тебя есть кандидатура лучше...
- Если я и выйду когда-нибудь замуж, то только за человека. На эльфах я поставила крест.
- Тьфу! - взорвался я. - На тебя не угодишь! Вспомни, как многократно я укрепил наши позиции удачным браком с твоей матерью, и сделай должные выводы!
Тут я слукавил, конечно. Обдуманным у нас с Келебриэнь был исключительно перепихон. А женитьба случилась, видимо, от помутнения рассудка. Впрочем, я был настолько пьян, что совсем не помню, как женился. И был изрядно удивлён, обнаружив утром обручальное кольцо на пальце и Келебриэнь рядом в постели.
После скандального развода с женой, наградившей меня тремя оболтусами (два сына дебила и одна дочка истеричка), я на каждом углу громогласно вопил, что все бабы - бляди и сволочи. Жена ухитрилась ободрать меня как липку и сбежала с каким-то — позор роду эльфийскому! — вшивым орком. Я мог бы простить измену — сам не святой — но не переносил, когда кто-то покушался на моё интимное место - кошелёк.
После развода мне пришлось срочно поменять имидж. Из шкуры бабника я влез в шкуру заботливого папочки, чуждого мирских удовольствий. Ох, знали бы вы, как это тяжко! Особенно совмещать отцовство с политической карьерой, которая отнимала всё больше и больше времени. Ни минуты покоя, тащишь на себе груз чужих проблем, все лезут ко мне со своими жалобами, словно я похож на жилетку участкового психотерапевта. Сколько себя помню, в Третью Эпоху вокруг слышал только одно: «А что Элронд посоветует?»; «Подключим Элронда — он быстро зарамсит проблему»; «Элронд у нас самый умный, он что-нибудь да придумает»; «А может, Элронда этим вопросом озадачим?», и так далее. Словом, все, кому ни лень, считали своим ДОЛГОМ загрузить Владыку Раздола работой. И до того я заебался, выполняя роль местечкового судии, что делами семейными интересовался чисто номинально. Просто времени не хватало. Вплоть до того, что «двойки» в дневниках моих детишек подсчитывал Глорфиндэль, а вахту на родительских собраниях выстаивал премьер-министр Эрестор.
Достукался, старый хрен? За что боролись, на то и напоролись. Теперь поздно перевоспитывать детей и вбивать в их чугунные головы здравый смысл и этикет.
- Итак, что скажешь, командир? - спросил Глорфиндэль. — Что делать будем?
Впервые в жизни мудрый Владыка Элронд не нашёл ответа на столь простой и естественный вопрос.
- Н-не знаю, - промямлил я. — Я посоветуюсь с Иванычем.
Иваныч — мужик умный. Правда, иногда у него ум за разум заходит, но в его возрасте это простительно. И, конечно, общеизвестно, что он никогда не выдаст умную идею, не покурив предварительно шайтан-травы. Как и следовало ожидать, совет Митрандира меня мало утешил. Услышав сообщение о предстоящем бракосочетании Арвен с Кем-То-Там, он вытащил трубку изо рта и радостно воскликнул:
- Ах, свадьба, надо же, прелесть какая!.. Ну, за молодых!
И полез в сервант за бутылкой.
- Куда гонишь, на пожар? Положь поллитру, не протухнет твоя водка до свадьбы, — осадил я его. — Если свадьба, конечно, состоится, потому что я пока ещё не знаю, кто этот женишок.
Митрандир сразу погрустнел, поняв, что пьянка откладывается на неопределённый срок.
- Да? Ну, ладно тогда. И что ты собираешься делать?
- Это я у тебя хотел спросить.
Гена наморщил ум, надул губы и высказал своё авторитетное мнение:
- Я бы, наверное, для начала съездил в Лориэн и прозондировал почву. Может статься, что телеграмма — всего лишь шутка Келеборна к первому апреля.
- Во-первых, сейчас июль. Во-вторых, это не смешно. В-третьих, Келеборн уже малость староват для подобных потех. В-четвертых, если это всё же шутка Келеборна, то я сначала раскрошу ему ебло, а потом перебью всю его коллекцию пасхальных яиц, включая те, что у него в штанах, - искренне пообещал я. — Потому что он меня достал на букву «зэ».
- Слышь, а с кем же ты тогда будешь семейной грызнёй заниматься? С орками?
Я отвернулся и пробормотал в сторону:
- Вот именно - с кем?
Сомневаюсь, конечно, что это шутка Келеборна. У него отсутствует чувство юмора. И он прекрасно знает, как опасно меня злить. Один раз он попытался пустить шпильку в мой адрес. Я выслушал его с улыбкой (сразу разбираться не полез — свидетелей вокруг было много), дождался, когда это чувырло уползёт в сортир по нужде, пошёл за ним, затолкал его в кабинку и несколько раз макнул башкой в унитаз. С тех самых пор Келли старается не шутить, если я нахожусь ближе трёх километров.
О намерении посетить Лориэн я всем рассказал. Кворум моё решение одобрил:
- Верно мыслишь, босс. Давай тогда, греби. А то уж, почитай, лет сто из Имладриса не вылезал.
- А вы тут без меня не распускайтесь, - попросил я, укладывая шмотки в чемодан. — И за этими двумя оленями — Элладаном и Элрохиром — поглядывайте в оба. Кстати, если Ара объявится, скажите, что я уехал в Лотлориэн по семейным делам.
- Не страшно? - поинтересовался Гилдор.
- Хуле мне бояться? — поморщился я, запихивая «маузер» в кобуру-«оперативку». — Это я там жути нагоню.
Я уже говорил, и ещё раз повторю: со мной нельзя шутковать. Опасное это дело: злить Владыку Элронда. Некоторые шутники убедились в том на собственном горьком опыте.
К примеру, пару лет назад мы с Трандуилом были в Эсгароте на очередном общесредиземском саммите. Держались мы парой, потому что эльфов там больше не было. Не Даина Железночлена, в самом же деле, третьим звать. В народе наш альянс оскорбительно прозвали «Клубом старых рогоносцев», а бургомистр Эсгарота имел неосторожность отчебучить на каком-то светском рауте:
- Опять эти два пидора гендеронеопределившихся по углам зажимаются.
Бургомистр прошептал это, стоя на другом конце бальной залы. Но он не учёл, что у нас, эльфов, очень хороший слух. Настолько хороший, что когда я рыбачу, слышу, как на дне лобстеры трахаются.
Бургомистр не был знаком с Морготом Чёрным, но готов был поклясться, что таких страданий не испытывал ещё ни один человек.
После раута, тёмной ночью, подшофе, он брёл домой и был, видимо, очень тронут, когда от чёрной стены внезапно отделилась чёрная фигура в СОБРовской маске.
- Как здоровьице, дорогуша? - спросила фигура голосом Трандуила, легко поигрывая отрезом водопроводной трубы в одной руке и гвоздодёром в другой.
- Плохо... - дрожащими губами пролепетал бургомистр, узрев в тылу ещё одну фигуру в чёрном, и в маске. Вторая фигура в одной руке сжимала газовый ключ, а во второй - бейсбольную биту.
- И у одного нашего приятеля тоже плохо, - изуверски-ласково пропела вторая фигура моим голосом. - Можно сказать, авария на трассе.
Далее случилось страшное. Но об этом бургомистр никому никогда не рассказывал.
…Ночью в дежурную часть Приозёрного РУВД из БСМП-1 г. Эсгарота поступила справка пугающего содержания: «Доставлен в 1 ч. 00 мин. с диагнозом ЗЧМТ, СГМ, перелом носа, перелом 8-го, 9-го, 10-го ребра слева, 6-го, 7-го справа, ушиб мягких тканей головы, а/о». Оперуполномоченному Приозёрного РУВД, прибывшему по справке в травмопункт БСМП-1 г. Эсгарота, пострадавший, как заведённый, твердил одно:
- Споткнулся, упал. Закрытый перелом. Потерял сознание. Очнулся - гипс.
После этого случая фразу «Клуб старых рогоносцев» больше никто не произносил даже мысленно.
…Я с усилием отогнал сладкие ностальгические воспоминания.
- Ни пуха тебе, ни пера, - пожелал Глорфиндэль.
- И вам ни хера, - ответил я и пошёл в гараж за машиной.

…Когда я запирал гаражные ворота на замок, ко мне подрулил Гэндальф Иванович Серый aka Митрандир aka Таркун (с тархуном не путать, он это ненавидит) aka Инканус aka Олорин.
- Послушай, Эл, я тут подумал и решил: негоже бросать тебя одного в такой паршивой ситуации. Нехорошо это. Не по-товарищески. Короче, я еду с тобой.
- Спасибо, Гена. Ты, как всегда, сама любезность, - желчно произнёс я. — Только я уже предупредил лориэнских родичей, что приеду один.
- Устроим им сюрприз. Они будут рады.
- Да уж, да уж. Недаром говорится: незваный гость - хуже покойника.
- Эл, ты чё такой противный, а? — поморщился Гена. — Я же это... от души предлагаю.
Я заподозрил, что старичок набивается в компанию лишь с одной целью: посмотреть на наш с Келеборном махач. Тестюшка, когда подопьёт, сразу кидается в драку. Морды бьёт направо и налево, не заботясь о поле, возрасте, национальности и социальной категории жертв. Последний раз мы схлестнулись врукопашную на банкете в честь заседания Последнего Светлого Совета. Келли здорово тогда поддал, подсел ко мне, панибратски обнял меня своей граблей за шею и давай что-то втирать. Что - не припомню, потому что я его не слушал, только кивал из вежливости. А когда надоело его слушать, сказал прямо: «Келеборн Логотипович… то есть Галатильевич, не стой над душой, отвали». Сказал вроде на литературном синдарине. Он почему-то обиделся: «Ах, ты меня не уважаешь?» - и вознамерился съездить мне по уху. Я увернулся и дал ему под-дых. А там понеслось…
Последнее, что помню: я сидел на груди поверженного Келеборна и методично стегал ему по рылу, приговаривая: «Ты шо ж, падла, совсем страх потерял?!» Доброжелатели растащили нас, спася, таким образом, поруганную честь сеньора Лориэнского.
Гена, кстати, потом высказал мне своё недовольство побоищем.
- Эл, ты каким-то злым стал в последнее время, агрессивным. Наверное, много в Матрице сидишь. Так нельзя.
- Ни @уя! - авторитетно заявил я. — В Матрице я сижу только по четвергам. А Келеборн сам нарвался на кулак.
- Да, но его тоже можно понять. Он всё ещё не простил тебе Келебриэнь.
- Чего-о? Да он рад был до усрачки, когда спихнул свою шлюшку-доченьку замуж за первого подвернувшегося дурака. Бегал по кухне и орал: «Подать шампанского!» Думал, его никто не слышит. От счастья неделю из запоя не выходил.
Гена сокрушённо покачал головой.
- Что вас никак мир не берёт? Что ты, что он — вроде два взрослых, солидных эльфа, а ведёте себя, как дети малые. Хорошо ещё, что Келеборн не знает, как вы с Галочкой развлекались на его обкомовской даче, пока он ездил в Бельфалас по партийному заданию.
- Пусть. Меньше знает – крепче спит.

Продолжение следует...


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Среда, 18.12.2013, 22:13 | Сообщение # 2
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4062
Репутация: 627
Статус: Отсутствую
Нет ухаба, значит, будет яма,
Рытвина, правей, левей, кювет...
Ох, дорога, ты скажи нам прямо:
По тебе ли ездят на тот свет?
сл. Ю. Ряшенцева, муз. В. Лебедева


Дорога до Лотлориэна выдалась лёгкой и спокойной.
Я приятно удивлялся: ни «пробок», ни гаишников на трассе. Куда все попрятались?
- Конец месяца, - просветил Митрандир. — План выполнили, теперь расслабляются. Ты можешь так до самого Гондора ехать и никого не встретить.
- Круто, - промолвил я. — Всегда бы так. Специально заначишь несколько полтинников, чтобы отстёгивать на постах, так хоть бы одна скотина докопалась. А едешь без денег, жандарм непременно остановит и доковыряется: почему громоотвода нет и шины побриты не по уставу.
Гена усмехнулся.
- Прибереги баксы на обратную дорогу. Уезжать-то будем в начале месяца. Тут-то они на дороги и повылазиют.
…За окном проносились унылые сельские пейзажи: холмы, перелески, столбы телеграфные, да стаи галок на столбах. Я выбрал короткую дорогу через Эрегион (она же Остранна, она же Падубь, смотря какого года атлас брать) — ныне заброшенный и опустевший - и Мглистый хребет. Хотя я никогда не любил этот маршрут, потому что ни гостиницы тебе приличной, ни даже забегаловки придорожной. И цены на бензин как собаки кусаются. Кругом лишь одинокие дачные участки — максимум четыре сотки. На участке один горох растёт да колорадский жук, давясь, грызёт чахлую картофельную ботву. И посреди участка сортир стоит, где сквозь щели в досках видно, как хозяин нужду справляет. Одним Эрегион хорош и знаменит — автобанами. Келебримбор, покойничек, конечно, расп@#дяй был первой статьи, простигосподи, во всех делах, кроме одного: дороги он строил, много и качественно. Правда, кроме дорог в большом строительстве Келебримборчик ничем больше себя не запятнал. Даже собственный дворец — и тот нормально построить не смог: хрущоба хрущобой.
Но это давно было... Сейчас в Эрегионе даже дач на много километров не сыщешь. Инвесторы обегают этот край по длинной синусоиде. Энто вам не кулацкая Хоббитания, где любое подворье радует глаз.
Мой рыдван на хорошей дороге мгновенно ожил и дал гари так, что покраснел движок (с). В салоне страшно завоняло бензином. Видимо, где-то в карбюраторе дырка образовалась. Я опустил стекло и положил локоть на резиновый оконный уплотнитель. Иваныч набил трубку шайтан-травой и закурил, испуская клубы чёрного, ядрёного, невероятно вонючего дыма.
Я поморщился:
- Гена, поимей совесть, НЕ ДЫМИ. Я же за рулём, а ты «тачку» водить не умеешь. Если у меня башню сорвёт, что делать будешь?
- Раньше ездил и не жаловался, - проворчал Митрандир, вынимая трубку изо рта.
- Извини, - резонно возразил я. — Сейчас Остранну проедем, на Мглистый заберемся, дорога пойдёт по горам. У меня тормоза не работают, шины лысые, коробку передач заклинивает, у руля люфт чуть ли не девяносто градусов. Только мне для полного счастья заторчать не хватало. А на Мглистом банды орков-байкеров беспредельничают. Так что, Гена, не бухти и убери барбулятор. Иначе до Лориэна поедешь в багажнике.
- Думаешь, легко гвардии майара в багажник запихать? - хитро прищурился дедушка Гэндальф.
- Не бери на понт, Гена, я до генерал-майяра дослужился ещё во Вторую Эпоху. Сказал: убери коптилку, или в глаз получишь.
Гэндальф надулся, как жаба, но «план» из трубки вытряхнул и трубку в карман спрятал.
Дулся он примерно полчаса, но потом отошёл. Иваныч быстро отходит, за что я его исключительно ценю.
- Эл, чё едем так тихо? Врубай шарманку, да погромче.
Я включил магнитолу. Работала она, конечно, ужасно, потому что лет ей было поболее, чем моему приёмному сыну Арагорну. Хрипела, шипела, ловила только два диапазона: жутчайшее «Радио шансон» и не менее жуткую «Милицейскую волну», где ни одной приличной песни не услышишь: всё тюремно-сиротский фольклор, да попса слащавая - сопли с сахаром: два притопа, три прихлопа. И надоела она мне, и выбросить было жалко. Всё надеялся, что её когда-нибудь украдут. Даже машину нарочно не запирал. Так ни одна ж падла на неё не позарилась. А вот новую сигнашку сп@#дили — глазом моргнуть не успел.
Но в этот раз – из-за того, что в горах, наверное, - мне свезло: поймал что-то тяжёленькое, забойное. Как раз такое, что я люблю. И приём был — тьфу-тьфу — довольно чистый.
Полминуты не прошло, а мы с Геной уже горланили во всю илуватарскую новый хит мордорских «металлистов» - группы «Ромштекс»:

- Eins!
Hier kommt die Sonne.
Zwei!
Hier kommt die Sonne.
Drei!
Sie ist der hellste Stern von allen.
Vier!
Und wird nie vom Himmel fallen.

- Эл, ну ты жжОшь непадеццки! — заорал Гена, саданув меня по плечу. — Я всегда говорил, что мордорский язык идеально подходит для воинских команд и ругательств!
- Не, Ген, мордорский – это всё @уйня. А я, Ген, ругаюсь исключительно на квэнье. Люди вокруг просто кончают от восторга. Перевода же никто не знает.
- Верно, - согласился тов. Серый. - Квэнья нынче не в ходу. Немногие её знают, по пальцам можно пересчитать. Разве что кто-то из Высших Эльфов... Глорфиндэль например. Я раз сидел на завалинке, курил, а он мимо прошёл в сиську пьяный и на грабли наступил. Так загнул, так загнул, у меня аж трубка изо рта выпала.
- Ха, удивил! Глори — известный фольклорист. Ты не знал? По сравнению с ним Кирдан Кавторанг — жалкий школяр. А уж Кирюха ругается — нам с тобой ещё поучиться надо.
- Кирдану ругаться по чину положено. И вообще, тэлери – все матершинники. Когда я Кирюху впервые увидел, сюда приехамши, он был пьян. И, заметь, трезвым я его ещё ни разу не видел. Он либо загашенный, либо с похмелюги.
- У него питейный стаж больше, чем мне лет. Спроси участкового в Серебристой Гавани: его каждый год по шесть раз в ЛТП оформляют.
В этот момент нам пришлось прервать дискуссию, потому что дорога резко пошла в гору. Приличный автобан закончился, под колёсами захрустела щебёнка. Машина мелко завибрировала на дрянном, потрескавшемся асфальте. Застучали стойки. Эх, давно я их не ремонтировал! Ну, раз дорога поплохела - значит, до Мглистого добрались.
С этим местом у меня были связаны неприятные воспоминания. Именно на Мглистый хребет Келебриэнь ходила в турпоход и познакомилась со своим нынешним хахалем - жиголо-орком. Спальный мешок они там, что ли, разделить не смогли? Пожалуй, это была единственная серия в моём брачно-семейном триллере, когда Келеборн безоговорочно встал на мою сторону, категорически отлучив Келебриэнь от дома. Кое-какие достоинства у тестюшки всё же имелись: он и дочке спуску не давал и всех подряд орков ненавидел. Это я её безобразно распустил своей либеральностью.
Сначала дорога извивалась по дну каньона меж двух отвесных скал, увешанных предупреждающими знаками, как ёлка новогодняя игрушками. Камни аж красные были от металлических треугольников. Я сбавил скорость до 40 км/ч, но салон всё равно вибрировал так, что у нас с Иванычем лязгали зубы. Магнитола издала предсмертный хрип и умолкла. Видимо, уже навсегда…
Трасса начала петлять по-змеиному, витками поднимаясь вверх. Предупреждающие знаки становились всё более угрожающими, а асфальт - всё более разбитым. Скалы обступали нас со всех сторон, закрывая небо. Время от времени вибрация, вызванная эхом ревущего в ущелье двигателя, давно потерявшего глушитель, заставляла сползать вниз по склонам жидкие ручейки мелкого гравия.
Всем страдающим клаустрофобией советую воздержаться от этого маршрута. Келебримбор и его дружбан гном Нарви, помнится, пытались построить на Мглистом современный автобан. Нашли спонсоров, закупили материалы, оборудование, наняли строительную бригаду. А потом Келли вляпался в историю с Кольцами Власти, в результате незапланированно врезал дуба, а поскольку среди них двоих все коммерческие проекты будировал он, Нарви быстро прогорел, свернул лавочку и объявил себя банкротом. Средства, выделенные на строительство, разворовали, оборудование растащили, даже асфальт — и тот унесли. Нарви потом до самой кончины бегал по Средиземью от налоговой полиции, ОБЭПа и разъярённых спонсоров. Сам ли он помер, или кто-то помог ему в этом нехитром деле — об этом история умалчивает. Так со Второй эпохи и стоит вечный памятник народному строительству - ржавое железное полотно при въезде на Мглистый. На щите ещё видна надпись: «ОСТОРОЖНО! РЕМОНТ ДОРОГИ! ОБЪЕЗД 20 КМ».
Преодолев половину пути, мой боливар охнул, крякнул, запыхтел и встал. Из-под капота с шипением рванули в небо струи раскалённого белого пара.
- Приехали, - констатировал Гена безо всякого выражения.
- Приехали, - повторил я, но уже с выражением.
Я вылез из машины, открыл капот. Пар чуть не сбил меня с ног. Я закашлялся, замахал рукой, разгоняя его в разные стороны.
- Привал, господа. Дальше не едем, закипели.
Грустные и подавленные, мы оттолкали машину в тень, которую давала скала над нашими головами, потом сели рядом в тенёк, достали из багажника сумку-«рисовку» с шамовкой, разложили «поляну» и решили немного порубать.
- Если мы так «быстро» и дальше будем ехать, - изрёк Гэндальф, с хрустом раскусив свежий огурчик, - то вполне доберёмся до Лориэна к три тысячи двадцатому году.
- Типун тебе на язык, дед, - беззлобно отозвался я, открывая консервным ножом банку с селёдкой. — Сейчас остынет, и дальше поскачем. Через денёк, глядишь, и доедем до места.
- Доедем, - кротко согласился Гэндальф. — Если радиатор у тебя не разорвёт паром, если не заклинит коробку передач, если не завалит нас оползнем, если не увязнем мы в грязи... конечно, доедем.
- Молчи лучше, оптимист хулев. — Я полез в сумку за термосом. — Тебе чего: чаю, кофе, «кока-колы»?
- Можно коки без колы. Если нет, то лучше молока.
- Сдурел, старый? Кто же огурцы молоком заливает? Ты ж потом срать будешь дальше, чем видеть, и мы вообще никуда не уедем.
- Тогда лучше чифирнём.
Я налил в пластиковый стаканчик чай из термоса и отдал ему. Глори, презентуя мне этот термос на дорожку, клялся и божился, что чай он заварил в лучших эльфийских традициях: с липой, сушёной земляникой, бергамотом, рябиной, мятой. Глори считается специалистом по экзотическим чаям. После его экспериментов находишь в чае укроп, петрушку, куриные бульонные кубики «Магги» и лавровый лист.
Гена подул в стаканчик, сделал глоток, поморщился и прохрипел:
- Фу, дрянь! Писи сиротки Хаси. И почему в нём пена какая-то, солома плавает? Эл, колись, ты чё, плюнул туда, что ли?
- Вопрос не ко мне, - ответствовал я, жуя бутерброд с колбасой. — Чай я для тебя взял. Я эту дрянь в рот не беру. Я, Ген, пью исключительно здравур.
Иваныч выплеснул чай в кусты и протянул мне пустой стаканчик.
- Тогда и мне налей кропалик.
При слове «налей» небо нахмурилось тучами, посерело, ветер резко усилился, потом вяло бабахнул гром, вслед за чем на пыльный асфальт упали крупные, размером с патиссоны, капли.
Мы с Гэндальфом поспешно собрали сумки и спрятались в машину.
Гроза в горах продолжалась недолго, полчаса от силы, но была чрезвычайно бурной. Цвет неба резко поменялся с серого на чёрный, а само небо как будто рухнуло на наши головы. Каждые пять минут антрацитовый небосклон прочерчивал белый зигзаг молнии, а потом гремело так, что у меня закладывало уши. Дождь был сильный, как струя из брандспойта.
По дороге, сметая всё на своём пути, понеслись селевые потоки, тащившие за собой ветки, мусор, камни. Машину начало разворачивать, несмотря на то, что она стояла на ручном тормозе и на нейтральной передаче.
- Ой, ё, - забеспокоился Гена, прижимаясь носом к окну и выворачивая голову так, чтобы видеть нависшую над нами скалу. — Эл, будь другом, отгони «тачку» отсюда.
- Не могу, - возразил я. — Мотор ещё не остыл.
- Эл, отгони, Илуватара ради. Щас энта быдла упадёт, и кабздец нам обоим.
- Не упадёт. Знаешь поговорку: приговорённый к повешению не сгорит и не утонет.
- Эл, я не пойму, ты чё, специально время выбираешь, чтоб острить?
- Не паникуй, дед. Видишь, туча уходит.
Действительно, через несколько минут гроза плавно пошла на убыль, небо заметно посветлело, и ветер сбавил силу. Ещё минута, и дождь окончательно стих. Только ревущие по дороге грязевые потоки напоминали о прошедшем ливне.
Я опустил стекло, высунул голову в окно и подозрительно понюхал пахнущий озоном воздух.
- Похоже, пронесло.
- Пронесло - так и вправду пронесло, - присовокупил тов. Митрандир. — Мы же в грязи увязли по уши. Как дальше поедем?
Я открыл дверь, посмотрел под колёса, присвистнул, чертыхнулся, поскрёб подбородок. Закопались мы в чёрную мерзкую жижу по самые пороги. Хана порогам. Так они хоть прогнившие, но держались, а теперь, видно, отжили своё. Без буксира можно даже не пытаться с места тронуться. Обиднее всего, что выползать наружу мне не хотелось. Сапог я не взял, а губить новые кроссовки жаба давила.
- Чё делать будешь? — спросил Иваныч.
- Чё-чё... Бери вёсла и греби.
Я достал из бардачка мобилу и попытался набрать 911, но ничего, кроме треска, в эфире не услышал.
- Фиг вам. Сотовый здесь не работает.
Так и сидели мы с Митрандиром в грязи, как два дурака, до самого глубокого вечера. Грязь засохла, зачерствела, стала похожа на такыр в пустыне. Это внушило нам надежду на освобождение. Я рискнул вылезти из машины и ступить на засохшую корку грязи. Наст мгновенно проломился, и я по колено провалился в вязкую, липкую жижу, погубив и брюки, и кроссовки, и репутацию в глазах Иваныча.
К вечеру стало ещё и холодать. Поскольку, в принципе, терять нам было уже нечего, мы раздавили бутылку коньяку, и это придало нам должной храбрости. Гена разулся, закатал кальсоны и попытался в очередной раз вытолкнуть машину. Я газовал, а Иваныч подкладывал под колёса коврики, ветки, штыковую лопату. Но помогало это меньше, чем мёртвому припарки.
- Гена, едрён-батон, ты же маг! - взорвался я, озверев от тщетности наших потуг. - Сделай, наконец, что-нибудь!
- Что? — простодушно спросил Гэндальф.
- Что-нибудь!!! Буксир наколдуй, или наколдуй, чтобы у меня мобильник заработал. Короче, оставляю тебе поле для фантазии.
Гэндальф собрал морщины в кучу, подумал немного, потом выдернул волосок из бороды, сказал: «Трох-тибидох-тох-тох!», и дорога под нашими ногами содрогнулась от мощного подземного толчка.
Вниз по склону покатились камушки, самый маленький из которых был размером с мою голову. Я испуганно вжался в сиденье и заорал:
- Ё@АНАВРОТ! Гена! Ты чё творишь!? Совсем озверел, шакал!?
- Землетрясение.
- На ху… Зачем!?
- А вдруг поможет?
- Да?! Свадьбу Арвен и мои поминки будете одновременно справлять?
- Ничего я больше наколдовать не могу, - обозлился Гэндальф. — Не в той кондиции я. Не колдуется мне сегодня.
И залез обратно в машину.
Тоже мне, маг. Пиар один, а не маг.
Прошёл ещё час...
- Может, пешком пойдём? — не выдержал, внёс предложение Гэндальф.
- Тебе надо, ты и иди. А я машину не брошу.
- Эл, через год ей всё равно крышка. Чего мелочиться, бросай сейчас.
- Ага, щаз. У неё только кузов ржавый, а начинка почти новая. Я всю её заменил. Ремонт мне обошёлся дороже, чем сама машина.
Не знаю, как долго мы продолжали бы препираться, если бы в темноте за ближайшим поворотом не зажглись габариты.
Гена мгновенно прикусил язык и по плечи утонул в сиденье.
- Орки-байкеры!
- Какие такие орки-байкеры, чё ты несёшь? Если уж мы здесь сели, то они сюда и подавно не сунутся.
Между тем габариты засияли ярче, и я разглядел приближающийся к нам автомобиль — «уазик» типа «таблетка». Честное слово, никогда я не радовался так случайному попутчику! А когда «таблетка» притормозила рядом, и из окна оной в мою сторону вытаращилась упитанная ряха лориэнца Хальдира, я просто ошалел от счастья.
- Хэл! — заорал я. — Какими судьбами?
- Мадам послала вас встречать. Вы чё, дурачьё, в такое время попёрлись, да ещё на такой машине!? Да у нас по жизни тут только — полный привод, иначе просто не проедешь, сдохнешь. А вы - на «шохе»... Это несерьёзно. Понаберут пехоту... возись с ними.
Я был готов расцеловать Галочку за предусмотрительность. Ей нередко присущи «души прекрасные порывы», которые у Келеборна давно атрофировались. Только, конечно, лучше бы она кого-нибудь другого послала. Хальдир — вопросов нет — водитель неплохой, только стиль вождения его — в глазах смерть, и на спидометре сто километров в час — доводит меня до нервной икоты.
Тем временем Хальдир спрыгнул на землю, взял буксировочный трос и пошёл нас спасать. В отличие от меня, он предусмотрительно облачился в огромные резиновые говнодавы, старые замасленные джинсы и куртку-дождевик с капюшоном.

You're such a dirty louse
Go get outta my house
That's all I ever get from your
Family ties, in fact I don't think I ever heard
A single little civil word
from those guys (3)
Queen


Хальдир — личность известная. Сколько его вижу, постоянно он одевается, как тракторист из колхоза «Сорок лет без урожая»: растрёпанный, галифе в краске, рубаха не заправлена, в волосах репей, сапоги не чищены, во рту жвачка, руки в машинном масле, за ухом карандаш торчит. Между прочим, у него, убийцы, высшее техническое образование. К высшему техническому образованию полагаются борода и очки, но у нас, эльфов, борода не растёт, и на остроту зрения мы не жалуемся. Поэтому Хальдир чисто внешне на технаря-теоретика не похож. Скорее, на технаря-практика. Только технарь-практик может в условиях арктической зимы догадаться сливать тормозную жидкость по заледеневшему металлическому лому, чтобы разделить её на фракции и затем нужную фракцию употребить внутрь. Или разбалтывать в «Трояре» сырое яйцо, чтобы отделить спирт от ароматических добавок. Я бы, например, сам не допетрил.
В восемь лет Хальдир смастерил свой первый детекторный приёмник. До сих пор я не знаю, что это такое. Кстати, именно Хальдир додумался продавать людям из Итилиена бензин, разбулыженный водой. Правда, когда обман раскрылся, хитрожопому коммерсанту так лихо намяли бока, что он потом неделю с койки встать не мог, кровью ссал, молоком отпаивался.
А сейчас я на каждого лориэнца смотрел с подозрением. И в голове у меня завертелась крамольная мысль: а что если Арвен замуж собирается именно за Хальдира? Такой затёк-неформал мне на @уй не нужен. Помнится, у моей любвеобильной доченьки наклёвывался с ним романчик. Не шибко продолжительный и не очень страстный, который, впрочем, я пресёк на корню.
Вы можете вообразить себе масштаб их наглости, а? Приезжаю однажды в среду в огород. День поливки, как раз воду дают. Огурцы, понимаете, помидоры надо окучивать. Захожу на участок и опупеваю: кругом банки какие-то консервные валяются, газеты драные, магнитофон, да гора пустых пивных бутылок. Сначала я ничего не понял. Списал на бомжей. А потом вваливаюсь в избушку, глянь: они там, голубчики, вдвоём в койке кувыркаются. А рядом на тумбочке лежит «Кама-сутра», которая пропала из книжного шкафа в моём кабинете три месяца назад.
При виде меня Арвен и Хальдир оторопели. Но если уж Хальдир благоразумно воздержался от вопросов, только поспешно подтянул со стула брюки, то Арвен имела наглость заорать, что я свинья и подонок, и почему я вошёл без стука?
- Лучше объясни мне, голуба, - ядовито начал я, - как ТЫ здесь очутилась? Ты же, помнится, уехала к подружке в преферанс играть. Я, типа, не понял: это твоя подружка, что ли? - И кивнул на Хальдира. - А это, – киваю на «Кама-сутру», - инструкция по преферансу?
- А ты чему веришь: своим бесстыжим глазам или моему честному слову? — возмутилась Арвен.
Девка вообще наглая, как обезьяна. Вся в меня! Когда Келеборн нас с Келебриэнь спалил в аналогичной ситуации, я тоже на него наехал. Превентивно, так сказать.
- Значит так, я не понял, что за выкрики в строю? - возмутился я. — Забыли, кто здесь папа Элронд? И что за раскардаш вы учинили на моей даче, за которую я вваливаю тыщу «деревянных» в год?!
- Мы сейчас всё уберём, - поспешно вставил Хальдир.
- Сначала другое кое-что убери подальше, иначе враз запоёшь, как Фаринелли, - пригрозил я, демонстративно похлопав по боку, где в кобуре-«оперативке» болтался дарёный «маузер». — А ты, зараза, - (это Арвен), - сейчас же прикрой срам и марш огород поливать!
Доченька успела попривыкнуть, что папа Элронд с годами становится немного раздражительным и по малейшему поводу хватается за пистолет. Поэтому безропотно подчинилась. Дождавшись, когда она вышла из комнаты, я крепко запер двери, взял Хальдира за ухо и ласково процедил:
- Я надеюсь, парень, ты с одного раза понял, о чём здесь шла речь?
- Ай! Чтоб я сдох! — честно ответил тот.
- Молодец, - кивнул я. — Обломайся, дружок. Арвен уже просватана. Вот это ты видел?
Я поднёс к его носу кулак. Хальдир кивнул:
- Не дурак, понял.
- Чуешь, чем пахнет?
- Могилой.
- Правильно. А теперь – тяпку в зубы, и чтоб от того заборчика до сарайки ни одного сорняка в живых не осталось!
После этого внушения в преступной связи с моей дочерью хиппи-лориэнец замечен не был. Я время от времени поглядывал на Арвен подозрительно: а вдруг опять взялась за старое? Но она утверждала, что больше с ним никаких дел не имеет.
- Мы расстались, - клятвенно заверяла она. — Вот те крест!
- Отлично, - констатировал я. — Значит, шельма, выйдешь замуж за Леголаса Эринласгаленского.
- Да не хочу я замуж за Леголаса Эринласгаленского! — вспыхнула Арвен. - У него такой противный смех, он меня уже достал!
- Почему-то при мне он ни разу не смеялся.
- А ты попробуй при нём раздеться.

…Хальдир подцепил нашу трахому на буксир и волок её так до самого Лориэна. «Таблетка» двигалась интересно — рывками, поминутно заваливаясь вправо. Я сидел впереди рядом с водилой и меня с непривычки укачало.
В тот день я поклялся, что больше с Хальдиром ездить не буду.
Начать с машины, на которой он приехал. Это был штатный лориэнский автомобиль общественного пользования, приспособленный Келеборном для чисто хозяйственных нужд. Грузоперевозок, например. Лориэнцы звали её «Хозяйкой». Почему - не знаю, видимо, намекали на то, что «тачка» была дарена Финродом Финарфиновичем Галочке на свадьбу. Отсюда прикиньте, сколько лет было той машине, если Галка с Келли венчались, когда ещё моих крокодителей в план пятилетки не закладывали. Моя задрипанная «жига» по сравнению с «Хозяйкой» сияла новизной и красотой.
Первая и третья скорость на «таблетке» не включались. Поэтому трогался Хальдир сразу со второй. Замок на водительской двери не работал и, чтобы дверь по ходу движения не открывалась, Хальдир привязал к ручке конец верёвки, а второй конец привязал к поручню пассажирского сиденья.
В салоне находилось всего три сиденья, да и те свободно катались по полу, так как не были к нему прикручены. Задние двери были связаны между собой проволокой, и Хальдир предупредил, чтобы я на них не облокачивался, «иначе вылетишь из машины по ходу езды, как за здрасьте».
Но больше всего меня поразил кузов. Судя по задним дверям, косина у него была не менее тридцати сантиметров. Какие законы физики вмешались, чтобы ТАК его искривить?
О том, что машина была ржавая и грязная, я вообще молчу.
В салоне всё на весу, всё на проволочках, всё скручено, оголённые концы проводов отовсюду торчат и искрят. Замка зажигания не было, и Хальдир, чтобы запустить двигатель, скручивал проводки, торчащие под рулевым колесом. Какие — это знал лишь он один. Ни одно противоугонное устройство не давало лучшей гарантии защиты, чем его наплевательское отношение к машине. Потому что ни один угонщик не смог бы её завести.
А стиль его вождения заслуживает отдельного упоминания. Во-первых, в салоне громкостью под двести децибел грохотало радио. Сначала я решил, что это из разряда тонкого лориэнского юмора, но потом до меня дошло: его просто нельзя выключить: кнопка «откл.» не работает, кнопка «вкл.» отсутствует, а кнопка настройки громкости проворачивается вокруг своей оси. Чтобы перекричать радио, Хальдир орал мне в самое ухо, а я аналогичным образом орал в ухо ему. По ходу езды он размахивал руками, что-то ожесточённо втирал мне о работоспособности «Хозяйки», не снимая при этом ноги с педали газа и не держась руками за руль. Вспотев от страха, я поднырнул Хальдиру под локоть и крутил рулевое колесо, стараясь удержать неуправляемое авто на скользкой дороге.
Хорошо, что Гена этого не видел. Гену я оставил в «жигулях».
До этой поездки Гена был Серый. После этой поездки он стал натурально Белым, так как натерпелся страху на всю оставшуюся жизнь.
- Раз десять я думал, что сейчас в вас врежусь, - сказал он после того, как маленько оклемался от «прелестей» поездки.
Таким образом, мы весело докатились до Лотлориэна.

Продолжение следует...


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Среда, 18.12.2013, 22:16 | Сообщение # 3
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4062
Репутация: 627
Статус: Отсутствую
Покой, покой,
Не стало вдруг покоя.
А без него не мил мне белый свет.
На кой, на кой
Нам общество такое?
На кой нам всё, когда покоя нет, нет?
муз. А. Зацепина, сл. Л. Дербенёва


На подъезде к Лориэну Хальдир резко ударил по тормозам. «Хозяйка» встала как вкопанная по стойке «смирно». От сотрясения капот открылся, и на траву вылетел раскалённый докрасна мотор. Моя «жига» тут же «поцеловала» задний бампер «таблетки», вслед за чем из салона пулей выскочил Гэндальф Иванович и бегом бросился к ближайшим кустам.
- Чего это он? Куда это он? — удивлённо спросил Хальдир.
Гена нагнулся над кустами в позе эротичной и сделал громкое: «Бюэ-э-э!»
На шум прибежали лориэнские эльфы во главе с Келеборном.
Ну, доложу, и «обрадовался» же он мне! Едва нашёл силы, чтобы процедить сквозь зубы банальное приветствие:
- Здравствуй, зятёк! Эй, Гена, бонжур! Как доехали?
- Спасибо, замечательно, - ядовито ответил я, спрыгнув на землю. — Машина у тебя классная, просто «мерин» шестисотый, а сервис — как в пятизвёздочном отеле.
- Стараемся, для дорогих гостей ничего не жалко, - пропел Келли своим самым противным медоточивым голоском и крикнул остальным эльфам, которые тщетно пытались привести Иваныча в чувство. — Аллё, мужики! Чё там со стариканом?
- Аллес капут! Старый хрыч отключился! — отозвался Рамил, родной брат Хальдира, стоя на коленях и любовно хлопая по щекам Гэндальфа Иваныча, который распростёрся на траве без памяти. Иваныч на пощёчины никак не реагировал. — Слышь, дед, едрёна борода, ты мне тут только дуба не дай!
- Пациент скорее мёртв, чем жив! - сострил Хальдир: как всегда, «удачно».
- Есть у кого-нибудь нашатырь? — спросил Орофин, садясь на корточки рядом с неподвижным телом тов. Митрандира. — Я в «ЗОЖе» читал, что всем потерявшим сознание дают нашатырь.
- Нефрас «Галоша» подойдёт? — спросил Хальдир.
- Вот нашатырь! — сказал Келеборн, вынимая из кармана «олимпийки» бутылочку.
Рамил взял бутылку, вытащил пробку зубами, понюхал, поморщился и, приподняв голову Гены, попытался влить нашатырь ему в глотку.
- Сдурел!? - возопили мы хором. — Нюхать дают, а не пить!
- Тьфу! — Рамил выплюнул пробку. — А сразу сказать трудно, да?
Гена открыл глаза и тупо осмотрелся по сторонам. В этот момент Рамил поднёс к его носу бутылочку спирта, и он вновь потерял сознание.
- А ты уверен, что дают именно нашатырь? — задумался Хальдир и покосился на Келеборна. — Может просто влить ему в рот коньяку? Я читал, что это тоже помогает.
Келеборн пошарил в другом кармане и вытащил армейскую фляжку цвета хаки — старую, помятую и поцарапанную.
- Держи, баклан. Коньяка, правда, не обещаю, но «самопляс» у меня всегда найдётся.
Гэндальф опять открыл глаза и тоскливо замычал.
- Нет, нельзя, - покачал головой я. — У Иваныча режим. Крепче кефира ничего не давать.
- А может, сунуть ему в нос горящую головню? — предложил Орофин.
Серый в ужасе перевёл взгляд на меня и замычал ещё сильнее.
- Нет, головня — это когда зуб выдёргивают! — размышлял я вслух. — Самое верное — пощекотить его.
- А вдруг его от твоей щекотки кондрат обнимет? — веско возразил Хальдир. — Давай уж лучше головнёй или раскалённым прутом...
Иваныч закрыл глаза и расслабился.
На опушку неспешно вплыла Галадриэль в домашнем халате, бигуди и тапках. На лице — масочка из пяти кило моркови. (Готовый продукт придаёт коже свежесть розы!)
- Чё разорались, ёпт? Потише нельзя?
- Прости, Галочка, у нас тут дедушку укачало, - ответил я.
Галадриэль мрачно посмотрела на Гэндальфа, подошла к нему и вдруг как рявкнет:
- Сорок пять секунд - подъём, рядовой!!!
Вроде такая худая, скромного вида, субтильного телосложения, а орёт, как фельдфебель на плацу.
Смешно, но подействовало.
Дорогого товарища Митрандира подбросило, как пружиной. Я в полёте поймал его за ворот ку-клукс-клановского балахона и помог встать на ноги.
- Ну что? - спросила Гала.
Я показал ей большой палец левой руки, правой удерживая Гену за шкирку:
- Ай, молодца!
Келеборн заботливо сдул с мага пылинки, обобрал сухие травинки, поправил на нём галстук и спросил:
- Ты хоть до Стэрры сам дошкандыбаешь?
- Охо-хо… Дойду, дойду, не сумлевайтесь даже...
И мы двинулись пешим дралом до Дэлони тов. Лориэнских. Поскольку у меня накопились к Келеборну вопросы личного плана, мы с ним пошли вперёд, а остальные плелись сзади, придерживая под белы рученьки очарованного тов. Митрандира. Гена подволакивал копыта и спотыкался на каждом шагу, поэтому вскоре мы с Келли сильно оторвались.
- Где Арвен? – спросил я. — Почему она меня не встречает?
- У неё уважительная причина: она сейчас со своим новым бойфрендом закрылась в комнате и на стук не отвечает, - ядовито ответил Келеборн.
Я встал столбом.
- Не понял юмора! Лориэнский! Я тебя просил приглядывать за дочкой, а ты чем занимаешься?!
- Слышь, чё ты до меня дое@ался? — огрызнулся Келеборн. — Твоей дочке уже три тысячи лет, да и бойфренд давно не мальчик. Что, по-твоему, они должны за ручки держаться и цветочки нюхать? Не смеши меня, Эл. Арвен вся в тебя: такая же сексуально озабоченная.
- А, так я, значит, по-твоему, сексуально озабочен?
- А то нет!
Келеборн посмотрел на меня честными, как у афериста, глазами. Я плюнул и пошёл дальше. Какой смысл с дураком спорить?
- Забей, Эл. Не то суть. Я, конечно, двумя руками за идею высокой морали и нравственности, но на детей ни в коем случае нельзя давить. Я вот, например, на Келебриэнь никогда не давил.
- О, да! Это точно! Зато потом не знал, как на неё управу найти. Скажи хоть, кто этот еённый бойфренд?
- Человек один...
- Порка Мадонна! — взвыл я и, подхватив полы кафтана, побежал к Дэлони.
Келеборн помчался за мной, но поскольку я в лучшей спортивной форме, на стометровке я его обошёл.
Так быстро я не бегал даже в футбольной команде. Путь до Дэлони я преодолел за минуту, тогда как обычным быстрым эльфийским шагом на это уходило минут десять.
Ворвавшись в дом, я выхватил из кобуры именной наган с дарственной надписью «От ЧК Эриадора», а потом начал обыск: методично обошёл все коридоры, безжалостно распахивая двери тяжёлым кованым сапогом. Сначала прочесал первый этаж, потом добрался до второго и, естественно, почти сразу натолкнулся на запертую дверь.
Я деликатно постучал.
- Кто там? - раздался из-за двери испуганный голос Арвен.
- Не бойтесь, не гость. Доча, открой.
- Па, ты, что ли?

- Нет, не я!!! — яростно заорал я. — Дункан МакЛауд! Капитан Джек Воробей! Ну-ка, быстро открыла, пока я дверь не высадил!
- Па, да остынь ты...
- Считаю до трёх! Раз! Два! Два с половиной!
Доча нахально проигнорировала мои законные и обоснованные требования.
- Ну, сама напросилась! — проревел я, перехватил «дуру» двумя руками, с пары выстрелов выбил замок, ударом ноги распахнул дверь и вбежал комнату как раз в тот момент, чтобы увидеть белую майку и «семейные» трусы в горошек, составлявшие единственные предметы гардероба её бойфренда. Оный же товарищ, видимо, решив воздержаться от знакомства с будущим тестем, поспешно ретировался в окно, предъявив мне на обозрение исключительно тыл.
Дудки! От папы Элронда так просто ещё никто не уходил! Недаром я шесть месяцев посещал подготовительные курсы по кун-фу, а китайское кун-фу — это вам non penis canina! В последний момент я успел поймать юнца за трусы, но этот поганец вывернулся из трусов, таки ж спрыгнул на землю и стреканул прочь, как заяц.
- Тикай, милый! — заверещала Арвен.
- Ну, молись, шпанёнок! — процедил я и начал ловить его на мушку.
Доча повисла у меня на локте с воплем:
- Я его люблю!!!
- Я вам обоим щаз такое «люблю» устрою!!! — проорал я в ответ, отпихивая её и продолжая целиться.
- Убьёшь же!
- Нет, только яйца отстрелю!
- Нафига он мне без яиц?!
В этот момент в спальню вихрем ворвалась группа поддержки: Келеборн, Гэндальф и Хальдир. Проявив паскудную солидарность, первый начал выкручивать мне руку с пистолетом, а остальные двое — оттаскивать от окна.
Китайское кун-фу — это, конечно, замечательно, но трое на одного — мы так не договаривались. Я сопротивлялся, как зверь. Келеборну глаз засветил, Гэндальфу челюсть свернул, Хальдиру пальцы отбил, но втроём они меня всё же одолели.
- Ты чё, совсем с катушек слетел? — Келеборн, отдуваясь, приложил дуло реквизированного пистолета к левому глазу, под которым уже наливался огромный багряно-фиолетовый «бланш». — Эл, ты полегче, мне здесь трупы не нужны.
- Статья сто пятая, до пятнадцати лет, - напомнил Хальдир, дуя на руку.
- К людям надо относится мягше, а на вопросы смотреть ширше, - гнусаво процитировал Гэндальф, не без усилия вправляя назад свихнутую челюсть.
Прошло минут десять, я помаленьку остыл и успокоился. Арвен куда-то ретировалась. Наверное, побежала утешать своего бойфренда. Приступ бешенства у меня сменился приступом отчаяния.
- Мужики, - простонал я, хватаясь за голову. - Объясните, за что мне такие муки? Я что, плохо её воспитывал, мало бил? Почему она не хочет выйти замуж за эльфа, как все порядочные девушки, а?!
- Потому что, - ответил Келеборн, - в таком случае ей придётся прожить с мужем до морковкиного заговенья. А у людёв всё-таки моторесурс ограниченный. То есть, это реально будет любовь до гроба. Прикинь, так ведь можно сожителей менять, как перчатки! И это правильно, дорогие товарищи эльфы! Я вот с Галкой уже столько прожил, что не помню, в каком году мы поженились. Она мне надоела хуже горькой редьки, а сделать я ничего не могу, потому что всё, всё, шо нажито непосильным трудом, придётся делить напополам. Она ж меня выдоит подчистую. Поэтому я голосую за смешанные браки.
- Да? - желчно произнёс я. — Ну тогда скажи мне, какой национальности детишек писать будем?!
- Ой-ой-ой, чья бы корова мычала! На себя-то посмотри.
- Слышь, ты, рожа нацистская! Ещё один намёк на моих предков, и я тебе второй глаз подобью!
- Брэк!!! - возопил дедушка Гэндальф и встал между нами. — Хоре, хоре, ребятушки!
Мы с Келеборном несколько секунд гипнотизировали друг друга, потом дружно плюнули и столь же дружно отвернулись.
В этот момент голова Арвен просунулась в дверь комнаты и осторожно поинтересовалась, остыл ли ты, батюшка.
- Остыл, остыл, - буркнул я нелюбезно. — Так и быть, веди своего жениха, я на него полюбуюсь.
- Хорошо, па. Только ты обещай, что не будешь его изничтожать на месте.
- Обещаю.
- Поклянись.
- Клянусь именем Светлой Владычицы Элберет, что я его не больно зарежу. Чик - и уже на небесах.
- Ну, пап, в самом деле, чё ты такой вредный? — поморщилась Арвен. — Я же тебя как человека прошу...
- Как кого-о? — прищурился я.
- Пап, не смешно.
- Ахтунг, братва, хватит пререкаться, - вмешался Иваныч. — Тащи быстрее сюда своего грейпфрута... то есть бойфренда, и пошли обедать, а то в животе уже скворцы поют.
Голова Арвен исчезла. Через несколько минут она вновь заглянула в комнату и сообщила, что бойфренд готов предстать пред очами будущего тестя.
Вслед за тирадой дочери в комнату вваливается этакое чудо лет двадцати на вид. Жирный, коротконогий, косолапый, нелепый, точно гусь, с безвольным брюхом (и это до тридцати лет!!??) Три подбородка, зоб, щёки на плечах лежат. Рожа вся в прыщах, как коврик для очистки обуви. Челюсть как у бегемота. Причёска - «спортивная канадка — первый день из зоны». Одет в спортивный костюм «Адидас» и кроссовки. На шее цепак золотой висит, на каждом пальце по «гайке» - тоже из золота, грамм на пятьдесят каждая. А кроме цепи на шнурке на шее мобила болтается типа «книжка» - дорогущая, видно. Стоит, таращится на меня, как баран на новые ворота и жвачку жуёт.
Отвращение взрастало во мне, как снежный ком.
- Арвен, - испуганно спросил я на квэнье. — Скажи мне, это ведь шутка, да? Только честно, доча...
(Господи!!!! Хоть бы это была шутка!!! Скажи, что это шутка, я всё тебе прощу!!!)
- Нет, это не шутка, - ответила Арвен на квэнье. Это мой жених. Его зовут Томас Андерсон. Знакомься.
Я перешёл на вестрон:
- Ми-и-и-и-истер Андерсон! Я чертовски рад видеть вас будущим, не побоюсь этого слова, членом нашей семьи. Только вот имя Томас вам не очень подходит. Вам бы больше подошло что-нибудь типа Вован, Колян или Толян...
- Папочка шутит, - быстро вставила Арвен.
- Здорово, братан, - протянул «мистер Андерсон», обращаясь, видимо, ко мне.
Я открыл, было, рот, чтобы преподать женишку урок эльфийской матерной терминологии, но Келеборн поспешно кашлянул и приложил палец к губам.
- Здорово, коли не шутишь, - сказал я. — Ну ладно, торжественную часть провели, теперь пошли обедать, я жрать хочу.
- Айда йисть, - обрадовался Гена и первым побежал в столовую.
Я немного задержался в дверях, пропустил публику вперёд, а жирного юнца взял за отвороты «олимпийки», припечатал к косяку и ласково процедил:
- Слушай меня внимательно, щегол. Я тебе не «братан», а господин Элронд, Владыка Раздола. Если до тебя плохо доходит, я тебе картинку нарисую. Только ты об этом пожалеешь. Ущучил?
Юнец даже захрипеть не мог, только молча кивнул. Несмотря на имбецильный вид, он оказался понятливым и за столом не сделал ни одной попытки вякнуть «братан» в мой адрес. Поэтому обед прошёл тихо в прямом смысле слова. Так тихо: мышь пёрнет - слышно. Все мы сидели с каменными лицами и преувеличенно вежливо передавали друг другу соль.
После обеда Гэндальф развалился на веранде в кресле-качалке, набил трубку шайтан-травой и вошёл в состояние укуренного коматоза. Келеборн улёгся в гамак с газетой «Тёщин язык» и начал разгадывать сканворды. Я же мерил веранду ногами взад-вперёд, взад-вперёд, пытаясь понять, чем именно прыщавый недоросль прельстил Арвен.
- Элронд!
- Чё?
- Спортивный инструмент из трёх букв. Последняя - «и» краткое.
- Кий.
- О! Точно. Подходит! А у тебя ластика не найдётся?
- Нет!!! Келли, @#ядь, не отвлекай меня. Не видишь: папа думает. Что мне делать?
- Чё, чё... Харэ думать, надо действовать...
Сев на ступеньки, я схватился за волосы и впал в прострацию. Гена вытащил трубку изо рта. Келеборн сел в гамаке, отложив газету и карандаш в сторону.
- Кстати, где она его подцепила? — туманно вопросил Гена. Вопрос он задал почему-то не нам, а потолку из настоящего резного лориэнского ясеня.
Вместо потолка ответил Келеборн:
- В «Атлантиде».
- Где-е-е? — хором переспросили мы с Геной.
- «Атлантида» - это новый модный КДЦ. Его недавно открыли. В здании обанкротившегося завода «Электроточприбор». Всё круто, по заграничному: зеркала, ковры, коктейли, цветомузыка, VIP-зоны... Цены - как собаки кусаются. А ходят одни мажоры: парни да девки из богатых семей.
- Короче, вертеп, - подвёл я теоретическую базу. — Ну, и чем же этот КДЦ знаменит?
- А там почти каждую неделю проводят всякие дебильные, но прикольные конкурсы. По понедельникам — «Ночь откровенного танца», по вторникам — «Мисс Плэймэйт-2953», по средам — «Максимальный размер», по четвергам — «Две девушки», по пятницам - «Голодная утка». По уик-эндам тоже какая-то бодяга. Все конкурсы, как вы, наверное, догадались, с эротическим подтекстом.
- Первые четыре - понятно, а что за «Голодная утка»? — спросил Гэндальф.
- До полуночи запускают только баб-с, а после полуночи — мужиков-с. Веселитесь, короче, лохушки, до двенадцати. А после двенадцати — съём.
Я передёрнул плечами.
- Тьфу! Мерзость какая. Ты зачем отпустил Арвен одну в этот бордель?
- Ёпэрэсэтэ! Вот заладил! Заело, что ли? Что мне, под замок её надо было посадить? Не смеши меня. Кстати, этот пузырь, её бойфренд — сынулька владельца КДЦ.
- Что-о? - протянул я, и моё возмущение «мистером Андерсоном» начало таять, как дым.
- Вот и у меня сначала была такая реакция, - произнёс Келеборн. — Когда это чмо первый раз сюда припёрлось, я даже сапоги гуталином почистил, чтобы удобнее было его выпроваживать. Спасибо Хальдиру, удержал. А потом и сам его папаня жопу приволок. «Прикид» - мама, не горюй! Стоит, представь себе, малиновый пиджак, все зубы во рту золотые, аж глаза слепят. «Котлы» - «роллекс», «лопатник» - «капустой» просто нашинкован. «Тачка» навороченная, электроникой набита под самую крышу, только что на свист сама не приезжает. В каждом кармане по телефону, причём сотики - это не твой гроб с музыкой, а ультрамодные, фильдеперсовые, функций — до@уя, разве что очко не подтирают и в рот не дают. Я, понятно, притух, хотя я много чего видал. Пиджак в дверь пролез только с третьей попытки и боком, - пальцы веером не пускали. Он пальцами всё за косяк цеплялся. После его ухода я дал Орофину стольник и послал в книжную лавку купить «Словарь “блатной музыки”», потому что ни слова не понял из того, что он говорил. Потом часа четыре сидел и переводил. Но общий смысл усёк. У Пиджака есть всё, кроме луны с неба и хорошей родословной. Есть даже ум, честь и совесть. То есть, ему нужна именно родословная.
- Да?! — взорвался я. — А говна на лопате ему не нужно?!
- Так значит, мы имеем дело с типичным браком по расчёту, - запоздало смикитил дедушка Гэндальф. — У Пиджака есть деньги, у тебя — благородное происхождение. Так почему бы вам не породниться? Эл, в натуре! Кончай губы дуть! Ты не смотри, что этот «мистер Андерсон» похож на придурка.
- Почему «похож»? Придурок и есть...
- Зато у его папаши столько «бабок» - стены в сортире можно обклеивать. Тут уж ты с женитьбой дочки не прогадаешь.
- Гена! Знаю я этих «новых средиземцев»! Сквалыги — снега зимой не допросишься.
- А у Трандуила, думаешь, допросишься? Он сухари грызёт, сидя на сундуках с золотом. Нет, ну я, конечно, не спорю, «мистер Андерсон» рядом с Леголасом изрядно проигрывает. Зато посмотри: он же тупой, как оглобля. Ты же им будешь править, как Манвэ Валинором. А Леголасу палец в рот не клади, эта сволочь без понятий, сразу всех на три буквы посылает.
- Ладно, я подумаю, - сказал я. — Дайте пару дней.

Деритесь там, где это можно, слава богу.
И уж конечно там деритесь, где нельзя.
муз. М. Дунаевского, сл. Ю. Ряшенцева


Но решение я принял уже этим вечером. В немалой степени помогла мне Галадриэль, которая сразу же после сиесты отправила Келеборна в сельсовет забирать почту, а потом с заговорщическим видом завлекла меня в свой будуар, повисла у меня на шее, а дальше... а вот что было дальше, не скажу. Сами догадаетесь, не маленькие.
- А ты-то что думаешь про альянс с Андерсонами? — поинтересовался я.
Галочка — баба умная. Она всякие подлые арапские штучки за лигу чует. Опытная старуха. Тёртый калач. К ней так просто не подкатишься. А как сохранилась! Положа руку на сердце, скажу без лукавства: она всегда выигрывала рядом с Келебриэнь. Будь у меня возможность выбора, я бы предпочёл жениться на Галочке. Что за несправедливость природы, почему такая шикарная женщина досталась этому неотёсанному чурбану Келеборну? И всю жизнь он за ней проспал, боров. Кирдан мне по секрету поведал, что когда Галадриэль с Келеборном готовились к свадьбе, галочкины братовья Финрод и Аэгнор (ныне покойные) припёрлись в Дориат поглазеть на будущего свояка. Потом, говорит, Аэгнор целый день заикался, а Финрод — тот вообще неделю ржал.
- Пиджаку от тебя нужно только одно: фамильный герб и кресло в Светлом Совете на правах твоего кума, - мудро подметила Гала, протянула мне сигарету и щёлкнула зажигалкой.
- Облезет и неровно обрастёт, - отрезал я. - Я её, шалаву, всё равно выдам замуж за приличного эльфа. Сама видишь, что этот Томас Андерсон из себя представляет: «синдромо-даунито-хромосом», как в песне. Спасибо, два дурака у меня уже есть, третьего не надо. Иначе сам дураком стану.
- Келеборн тебе не всё рассказал. — Галочка прикурила от моей сигареты и выпустила в потолок пять олимпийских колец газообразного никотина. — В разговоре с ним Пиджак прямо и недвусмысленно намекнул, что скорее небо упадёт на землю и Андуин потечёт вспять, чем он откажется от этого брака. То есть, настроен он жёстко и отступать не намерен.
- Даже идея заграбастать КДЦ меня не греет. Гала, это ж бандюган натуральный! Он же тут всех наших «перемочит» к едрене фене и жукам майским. На фига нам такие расклады?
- Есть одна идейка. Хорошая, но рискованная. — Галочка задумчиво «пыхнула» сигаретой. — Нападение - лучший способ защиты. Быстрота и наглость, как сказал Фредди Крюгер. Бери мобилу, звони Пиджаку и блатуй его в гости. А здесь мы его та-а-ак встретим, тако-о-ой приём ему устроим, что он забудет, как его имя-отчество.
- Есть проблема. Гэндальф. Он сказал, что будет играть на поле Пиджака.
- Не вопрос. Гэндальфу надо объяснить, что он неправ.
- Облом-с. Старикан упёртый, как рогом в лужу. По-доброму, его надо сбагрить куда-нибудь на недельку. Нет, лучше на две…
…На следующий день Хальдир с Орофином сели в «Хозяйку» и погнали в ДРСУ фрахтовать грузовик, а мы с Галочкой разработали целый стратегический план, как «нейтрализовать» Гэндальфа. На турпоход в горы он бы не клюнул. На рыбалку и шопинг — тоже. Поэтому мы с Галочкой решили словить его на кофе. Мы взяли с собой четыре чашки и у той, которая предназначалась Гене, подпилили ручку. Пустую её ещё можно было держать, а полную — уже нет.
Когда мы явились к завтраку, Келеборн с Гэндальфом разорались на нас, что мы опоздали на целых десять минут, и из-за нас хавчик стынет. Мы с Галой нежно взяли тов. Серого подмышки и усадили в кресло. Чтобы он сидел спокойно и не бузил, я показал ему пару приёмов китайского кун-фу. Потом мы достали чашки и разлили по чашкам кофе. Чашку с подпиленной ручкой Галадриэль с поклоном вручила Иванычу.
Дальше, пацаны, начинается «слива». Едва Гена берёт чашку, как ручка отваливается, и раскалённый кофе выливается ему на ширинку.
Гэндальф вскочил и громко посулил нам балрога.
- Едрёна копоть, я себе член сварил!
Келеборн, фыркая, пробурчал под нос что-то, типа: «А он у тебя есть?»
Я изображал деятельное раскаяние, даже пытался вытереть мокрое место носовым платком, но Иваныч заявил, что к своим причиндалам ни одного мужика не подпустит. Тогда мы с Келеборном (тестюшка гоготал самым бессовестным образом) взяли его под ручки и понесли в лесок, где стояли кабинки био-туалетов.
В Лориэне нет нормального сортира. Точнее, он есть, но там прорвало крестовину фановой трубы, а починить её никак не могут. Ибо, во-первых, Келеборн задолжал квартплату за три года, и председатель домоуправства сказал, что пока он не заплатит, трубы ему латать не будут. Во-вторых, пока они препирались, ОБЭП закрыл управдомство на неопределённый срок за какие-то махинации, домоуправа посадили и окрестные дома остались без присмотра. Лориэнское коммунальное хозяйство передали какому-то «Облжилкомхозу», а этот «комхоз» находится аж в Итилиене. Отсюда вполне закономерно, что власти за канализацией в Лориэне не следят. Поэтому Келеборн попросту забил дверь в сортир досками и распорядился поставить в лесу био-туалеты. «И гигиенично, и дерьмо зря не пропадает», - заявил он.
- Тебе надо брюки поменять, - решительно заявил я Гэндальфу.
Гала многозначительно подмигнула мне и побежала звонить на сотовый Хальдиру, сигнализируя, что клиент готов, в то время как мы с Келеборном заперли Гэндальфа в кабинке био-туалета и велели снимать штаны. Гэндальф подчинился, просунул брюки через дверь, я отдал их Келеборну, громко велел отнести в химчистку и без победы не возвращаться.
Келеборн, хохоча, повесил штаны на руку, а выйдя из сортира, выбросил их в мусорный ящик. Я же остался утешать униженного и оскорблённого мага. Для такого случая специально захватил в дворцовой библиотеке нудный дамский роман.
Келеборн стоял около сортира на стрёме и изредка вопрошал у Галочки, долго ли ещё Хальдир с Орофином будут канителиться. Гала, висевшая на телефоне, врала, что абоненты временно недоступны.
Хальдир и Орофин приехали минут через сорок. С ними приехал мусоровоз — огромный шестиколёсный грузовик-самопогрузчик, похожий на майского жука с одной лапой. Водила высунулся из окна и спросил, что и где надо забрать.
Келеборн дал отмашку.
Я закрыл книгу и прислушался. Нудный дамский роман сделал своё чёрное дело: из кабинки доносился мелодичный храп: великолепные носоглоточные рулады, такие громкие, что дребезжала дверца туалета.
- Клиент готов! - громким шёпотом ответил я, взял заранее припасённую монтировку и просунул между ручками дверцы туалета. На случай, если Гена проснётся и попробует дезертировать.
Водила подогнал мусоровоз поближе, вылез из кабины и встал за рычаги. Подцепив «скворечник» «лапой», он метко забросил его в кузов, Галочка сунула ему в руку штуку баксов, и вскоре мусоровоз уже исчезал вдали, окутанный серым облаком смога и пыли. Мы помахали ему вслед и пошли допивать остывший кофе.
- Сколько времени понадобится Гене, чтобы выбраться? — спросил Келеборн.
- Много, - туманно ответила Галадриэль. — Мусор сейчас прямым ходом в Морию везут и сбрасывают в заброшенные ракетные шахты.
И добавила с лёгким беспокойством:
- Надеюсь, когда он выберется, не будет очень злиться... Ну, в крайнем случае, скажем, что недоглядели, а что в сортире заснул — так это его косяк. Кто же знал, что сортиры будут сносить.
Избавившись от Гэндальфа, мы готовы были приступить к выполнению плана «Б»: знакомство с родителями жениха. Естественно, Арвен мы решили в это дело не посвящать. Вполне хватило нас шестерых: меня, Келеборна, Галочки, Хальдира, Орофина и Рамила. Ну, не считая остального прогрессивного населения Лотлориэна в количестве ...дцати тысяч эльфов.
Обожаю шутки и розыгрыши! Мёдом меня не корми, только дай кого-нибудь «приколоть». Когда я был совсем ещё маленьким, именно я подучил дядюшек Амрода и Амроса вежливо поздравить папеньку с долгожданным получением членства в национал-социалистической партии Ангбанда. Папенька, который превыше ментов и педиков ненавидел только нацистов, считая их извечными врагами всего рода эльфийского/человеческого, взорвался, как вулкан! До сих пор с нежностью вспоминаю эти чудные мгновения: Амрод и Амрос, в ужасе спрятавшиеся за спиной моей матушки, и наскакивающий на них батяня — небритый, пьяный, в порванной на груди майке и обвисших на коленках кальсонах от спортивного костюма «Динамо». И Элрос, который с воплями и причитаниями пытается конфисковать у отца двустволку. Правда, потом мне крепко не поздоровилось. Папаша поймал меня, зажал между ног и отстегал армейским своим ремнём так, что пыль летела.
- Жаль, что из-за какого-то левого чмошника придётся изменить золотому правилу: не хамить гостю в первый день визита, - скорбно вздохнул Келеборн, когда мы прогуливались по бережку Нимродэли и обсуждали планы предстоящей диверсии. — Так, Эл, моё мнение: мост - убрать и натянуть между деревьев верёвку. А дорожку до Дэлони выложить кафелем и обмазать солидолом.
Так мы и сделали. Понтонную переправу через Нимродэль ликвидировали, дорожку солидолом намазали. Эффективность смазки была мною самолично проверена. Пока до Дэлони шёл, три раза канкан станцевал и раза два сел на полу-шпагат, чуть брюки не порвал. На такой дорожке и на четырёх ногах не устоишь. Разве что в альпинистских бутсах.
Гостей по людскому обычаю принято встречать хлебом-солью. Грех такому славному обычаю изменять. И Галадриэль испекла здоровенный как мельничный жернов каравай. Был он такой пышный и румяный, что слюнки текли на него глядеть. Но кушать его настоятельно не рекомендую, потому что в тот каравай Галочка аккуратно запекла металлическую крышку от кастрюли. Куснёшь - и прощайте, зубы.
Пока Галочка пекла пирог, мы с Келеборном навестили склад винно-водочной продукции. Этот склад располагался под фундаментом дворца и помнил ещё правление царя Гороха. Келеборн проверил несколько бутылок, в которых вино созрело.
- Вот эта, эта и эта пойдёт на праздничный стол.
- На@уя добро переводить?
- Я самую кислятину выбрал.
- Всё равно что-то не то. Убойный эффект нулёвый. Булыжить надо.
- Чем?
- Придумаем что-нибудь.
Мы дружно почесали затылки.
- Самогоном? - внёс предложение Келеборн.
- Нет. Лучше!
Я сходил в гараж, куда Хальдир загнал на ремонт мою «шоху», и вытащил из багажника канистру жидкости для растопки керогаза под названием «Огонёк». Хорошая вещица, кошерная. Продаётся в любом промтоварном магазине в пятилитровых канистрах и стоит безобразно дёшево. Она на пятьдесят процентов состоит из технического спирта, то есть её вполне можно пить, что я и делал, когда сидел на финансовой мели. Правда, похмелье после этого «Огонька» убийственное.
Я показал канистру Келеборну.
- Смотри. И дёшево и сердито. А какой эффект! Башку наутро просто не найдёшь.
Келеборн открутил крышечку канистры, нюхнул, поморщился и предъявил в качестве одобрения поднятый вверх большой палец правой руки. Сказано — сделано, и мы забодяжили «Огонёк» в вино: пятьдесят на пятьдесят. Полученный «ёрш» хорошенько взболтали и оставили доходить.
- Смотри только, сам этой жижи не нахлебайся. И других предупреди. Она убойная, можно с непривычки в токсикоцентр загреметь, - сказал я напоследок и аккуратно притворил за собой дверь.
- Не ссы! – Келеборн хлопнул меня по плечу. – И не такое пили.
Он прав, в общем-то. Нас, эльфов, довольно сложно напоить. Я вспоминаю, как народ праздновал День Победы в Разборке Пяти Группировок. Приозёрный король Бард Гирионович Лучников после коронации и последующего трёхнедельного запоя лечился от цирроза печени, Даин Железночлен – тот в ПНД с «белочкой» уехал, а Трандуил уверенно держался на ногах и требовал «продолжения банкета».
Хальдир тоже времени даром не терял. Вооружившись молотком и гвоздями, он сменил двери в био-туалетах. Снял металлические и поставил стеклянные. Только в одном «скворечнике» он дверь менять не стал. Он другую пакость устроил: натянул в кабинке возле двери «растяжку». Только не гранаты туда поставил, а обычные новогодние петарды.
- Убить — не убьёт, - заявил он. — Но контузия будет обеспечена. Обосрётся от души.
- Ага, ещё бы в «очко» при этом попал, - хмыкнул я.
- Кстати, можно около «очка» несколько досок подпилить, - оживился Келеборн. - Только сортир как-нибудь пометить, чтобы самим туда не угодить. А то он глубокий — метров десять.
- А что, шеф, это идея! — обрадовался Хальдир и пошёл за лобзиком.
Закончив оборудовать сортир, мы втроём перебрались через Нимродэль и рассыпали на дороге, ведущей к реке, несколько коробок канцелярских кнопок. И аккуратно присыпали их пылью, чтобы не видно было.
- Что бы им ещё такое мерзопакостное устроить? — думал Келеборн по дороге домой. — Может, разыграть с будильником? Я однажды в детстве под половицами в комнате отца спрятал двадцать три будильника «Севан» и завёл на пять часов утра. Представляешь, какой был грохот? Папашка потом неделю ничего не слышал.
- Нет, будильники — это конкретное палево. Проще в стенной шкаф поставить гладильную доску. Чтобы Пиджак дверцу открыл, а его доской по башке отоварило. И ещё положить на доску что-нибудь увесистое: гантели там, шары для боулинга...
- Эл, мы же договорились — не до смерти. Они всё-таки наши гости, е@ать их в хвост и в гриву...
На следующий день мы ввели в действие план «В»: ликвидация Арвен. Её присутствие могло свести на нет все наши старания. Но чтобы спровадить её из Лориэна, нужно было изобрести что-то похитрее трюка с ватерклозетом. Пришлось мне подписывать на дело Глорфиндэля. Я позвонил ему, объяснил ситуацию и честно предупредил, чтобы сразу после телефонного звонка намазывал пятки и прятался где-нибудь у Кирюши в доках. Глори сначала заныл, но я пообещал простить ему все грехи на десять тысяч лет вперёд, и он согласился.
Глорфиндэль позвонил из Имладриса около полудня, когда ничего не подозревающая Арвен с маской из квашеной капусты на лице грела в гостиной оттоманку, и попросил позвать её. Я принёс ей телефонный аппарат, а сам на цыпочках прокрался в соседнюю комнату и снял трубку параллельного телефона, чтобы послушать, о чём они говорить будут.
- Здравствуй, Арвен, - вкрадчиво произнёс Глори. - Угадай, откуда звоню?
- Нет, - ответила Арвен лениво, не проявляя должного энтузиазма. (Посмотрим, как ты через минуту запрыгаешь!)
- Даже после того, что между нами было?
- Даже после того, что между нами было.
- Даже после заднего сиденья папиного автомобиля?
- Даже после заднего сиденья папиного автомобиля.
- Даже после верстака в его гараже?
- Даже после верстака в его гараже.
- Даже после папиной яхты?
- Даже после папиной яхты.
- Даже после того, как мы трахались на столе в его кабинете?
- Даже после того, как мы трахались на столе в его кабинете.
Про машину, яхту и верстак я знал. После того, как я Арвен с Хальдиром на месте преступления поймал, её неуправляемая страсть к мужскому полу уже не являлась для меня секретом, и Глорфиндэль, припёртый к стенке, честно признался, что в своё время пал жертвой её чар. Впрочем, кто кого соблазнил – вопрос спорный, потому что Глори Гондолинский фамилию свою получил не потому, что вышел родом из стольного града Гондолина. Однако откровение про стол было сюрпризом. А я ещё думал тогда, кто же мои бумаги на столе помял?
Ох, развратники, припомню я вам стол, дайте срок. Ведь это МОЙ кабинет и МОЙ стол. И только Я имею право уестествлять кого-то на МОЁМ столе.
- Даже после чучела мамонта в областном краеведческом музее? – не унимался Глори.
- Даже после чучела мамонта в областном краеведческом музее.
А я-то думал, они туда на выставку искусства малых народов Средиземья пошли…
- И даже после этого ты не хочешь узнать, откуда я звоню?
- Ладно, достал. Говори уже. Откуда звонишь?
- Из КВД. Кстати, доктор попросил, чтобы ты тоже зашла.
Секундная пауза, пока Арвен пытается переварить услышанное.
А потом - взрыв!
Телефон полетел в одну сторону, капуста - в другую.
Арвен вскочила с кушетки, растоптав впопыхах любимую мальтийскую болонку Галадриэли, и бросилась вон из комнаты. Я слышал, как она несётся по лестнице на первый этаж и громко орёт:
- Глори, мудила тряпочный, в рот компот, ну, подожди, я до тебя доберусь, сука!!! Вот же @ляяяяядь!..
Резкий, как выстрел, хлопок входной двери; Арвен, в три секунды преодолев полянку от Дэлони до гаража, выкатывает оттуда мою «шоху», заводит с толкача, прыгает за руль - и по газам! «Жига» рванула вперёд сразу на третьей передаче.
- Сцепление пощади, дура!!! - заорал я вслед с балкона.
Куда там! Слышала она меня, как же! Только пыль столбом!
Дождавшись, пока осядет пыль, взбитая колёсами моей многострадальной машины, я спустился вниз и, потирая руки, пошёл докладывать родственникам, что шутка удалась. Увы, бедный Глори!

Продолжение следует...


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Среда, 18.12.2013, 22:39 | Сообщение # 4
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4062
Репутация: 627
Статус: Отсутствую
С отъездом Арвен никто не мешал сполна насладиться позором семейки Андерсон. Впрочем, если принять во внимание скандальный нрав лориэнских эльфов, которые незваных визитёров вроде орков предпочитают негостеприимно расстреливать из пулемётов, один лишь факт, что Андерсонов беспрепятственно подпустили к Лориэну, заслуживает интереса.
В назначенный час мы: сиречь я, Келеборн, Гала и лориэнский электорат скучились на берегу Нимродэли в ожидании сватов. Естественно, зная, что к нам в гости едет денежный мешок, мы решили не ударить в грязь лицом и выфрантились, кто как мог. Я почистил диадему «Пемолюксом» и сменил костюмчик агента Смита на парадный кафтанчик. Только чёрные очки не стал снимать, потому что глаза у меня полыхали жаждой убийства. Келли тоже, гляжу, подновил гардеробчик, нацепил все свои цепи и «гайки». А Хальдир - в кои-то века раз! – помыл башку, причесался и выплюнул жвачку изо рта.
Стоим, ждём, начиная терять терпение. Гости заставляли ждать.
- Что-то сваты опаздывают, - заметил Келеборн, нервно посмотрев на часы.
- Начальство не опаздывает, начальство задерживают важные дела, - опять сострил Хальдир.
- Отставить! – скомандовал Келеборн и, повернувшись к электорату лицом, а к речке тылом, громко проорал: - Пацаны! Слушай мою команду! Дорогих гостей нужно встретить так, чтоб на всю жизнь запомнили. Улыбаемся, господа эльфы! Так, что-то я не понял: ты, крайний во втором ряду, у тебя чё, вставную челюсть во рту перекосило?.. Вот, вот, теперь вижу. Вот это другой коленкор. Ди-джей?
- Я! – откликнулся Орофин, подняв над головой огромный магнитофон с цветомузыкой.
- По моей команде включаешь гимн. Галочка, где этот ё@аный каравай?
- Иду, иду, несу, несу! – прокудахтала Галадриэль, поправляя вышитый рушник.
Галочка была великолепна! На голове - высокий кокошник, на морде — содержимое двух косметичек; соломенная коса до пояса и сарафан с подкладным бюстом шестого размера. Каравай - тот самый, с запечённой крышкой. На корочку мы поставили серебряную солонку. Только вместо соли я насыпал туда отборного героина.
В этот момент Рамил, посаженный в качестве дозорного на вершину огромного мэллорна, запеленговал на дороге, ведущей к речке, небольшой автомобильный кортеж.
- Шуба, мужики! – скомандовал он. – Едут!
- Понеслась моча по трубам, - проворчал Келеборн и, состроив мину сладкого идиота, поспешил к воде. Мы с Галой пошли за ним.
Нам со своего берега было видно, что колонна состоит из двух чёрных автомобилей марки «мерседес» типа «круглофарик» с депутатскими номерами и синими проблесковыми маячками. Одно это вызвало у меня приступ изжоги, потому что я не люблю политических проституток – ни в юбках, ни в штанах. Что характерно, их никто не любит. Даже орки.
Машины приблизились к реке, и на подступах к оной образовалась небольшая заминка. Внезапно головной «мерин» резко затормозил, и второй ласково чмокнул его в задний бампер. Из первой машины вырулили два качка в малиновых пиджаках, поддёрнули брюки и задумчиво склонились над асфальтом. Один, бубня проклятия, поднял с дороги канцелярскую кнопку. Потом они дружно посмотрели в нашу сторону, и я узнал «мистера Андерсона». Его более жирная и более лысая копия была, очевидно, папашей. Они начали спускаться к берегу. Когда они добрались до реки, ботинки у них были истыканы кнопками со всех сторон.
Стоя на противоположном берегу, Пиджак заорал благим матом:
- Аллё, братва! Чё за фигня?! А где мост?!
Келеборн взял мегафон и проорал в ответ:
- Согласно постановлению местной администрации № 456/А от 13 декабря 2951 года, в целях обеспечения коллективной безопасности и сохранения экологического баланса вышеуказанного заповедного региона, все мосты в радиусе двадцати километров ликвидированы. Переправляемся исключительно по воздуху.
- Что это за постановление такое? — шёпотом удивилась Галочка.
- А @уй его знает, - ухмыльнулся Келеборн, отняв от губ мегафон. — Это мой шальной экспромт. — И громко скомандовал: - Поднимайте верёвку!
Несколько эльфов ухватились за потайной рычаг, и из воды медленно поднялся толстый корабельный трос, натянутый между двух деревьев.
- Вы чё, типа, надо мной издеваетесь? - стряхнув оторопь, возмутился Пиджак. — Я вам чё, типа, канатный плясун?
- Звиняйте, братва: «дура лэкс, сэд лэкс», что в переводе с древневалинорского означает: «закон суров, но это закон»! — развёл руками Келеборн.
- Да клал я на законы!
- Пардон, но я на такой шаг пойтить не могу. Как говорили древние валинорцы: «легалитас рэгнорум фундамэнтум», что в переводе означает «законность — основа государства». Короче говоря, кончай п@$деть и дуй сюда, иначе заночуешь на том берегу.
Вообще, насколько вы в курсе, я Келеборна не люблю. Но в этот момент я им просто любовался. Даже едва не зааплодировал, но вовремя взял себя в руки: это могло выглядеть крайне подозрительно.
Смотрю, Пиджак лезет на канат, а матом кроет так, что все мы застыли в немом почтении. Такой богатый набор бранных слов и выражений я впервые в жизни услышал. Тов. Гондолинский просто курит в углу по сравнению с Пиджаком! Да что там тов. Гондолинский! Окружному военкому не мешало бы взять парочку уроков словесности у моего будущего кума!
- Не пройдёт, - мрачно констатировал я.
- Пройдёт, - успокоил меня Келеборн.
- Да нет же, не пройдёт.
- А я тебе говорю, пройдёт.
Стан разбился на два лагеря. Одни утверждали, что Пиджак ё@нется с верёвки и потонет, другие склонялись к мысли, что он доползёт-таки до нашего берега, поскольку, да будет вам известно, некоторые субстанции не тонут, как ни старайся. Хальдир снял кепку и пошёл по кругу:
- Тотализатор, господа эльфы! Делайте ваши ставки!
«Мистер Андерсон» как заяц бегал вдоль береговой кромки, хватался за голову, уговаривал батю не ерундить и культурно сходить за лодкой. Но батя оказался упрямым. Он уцепился за канат руками и ногами и, громко пыхтя и попёрдывая, упорно полз вперёд. Раза два он обрывался и падал, но оба раза ухитрялся выползти обратно.
- Доползёт, - жалеючи вдохнул я.
Пиджак меж тем добрался до середины реки, где сделал небольшой перекур и пополз дальше. Орофин глупо хихикнул. Я, не оборачиваясь, показал ему кулак:
- Смех в строю!
А бык меж тем вплотную приблизился к берегу. Нарисовав на лице клоунскую улыбу на два пальца, я спустился к реке, одной рукой подобрал полы кафтана, а вторую протянул ему.
- Руку давай! Давай руку, ёпт!
Ё-моё, ну что за народ пошёл! Ну почему они все такие неловкие, как коряги? По снегу ходить не умеют, по верёвке ходить не умеют, по деревьям лазить не умеют... Зато у каждого второго — пузо пивное, галстук параллельно земле...
Пиджак до моей руки тянулся, тянулся, да так и не дотянулся и, естественно, в итоге громко шлёпнулся в воду, обрызгав меня с головы до пят. В этом месте было неглубоко, метра полтора, но он сразу ушёл с головой, поэтому на обоих берегах речки образовалась сдержанная паника. «Мистер Андерсон» с воплем: «Иезус, Мария!» пал на колени и молитвенно воздел руки к небу.
А наши все хлынули к берегу. То ли искупаться в сенсации, то ли вылавливать бренные останки будущего «родственника». А то ли, наоборот, добить его, если вдруг всплывёт.
Трое бакланов, которые манипулировали рычагом, удерживающим канат, выпустили рычаг и тоже побежали посмотреть, что происходит. Рычаг тотчас принял исходное положение и «мост» рухнул в реку. К несчастью, Пиджак в этот момент поднялся из воды, шумно отряхиваясь.
Удар стокилограммовым металлическим тросом по голове нормального человека просто припечатал бы ко дну реки. Но у Пиджака была очень крепкая теменная кость. Такой микитрой стены бетонные можно прошибать без ущерба для мозгов. Они надёжно защищены бронированной черепной коробкой. В ней мозгам не страшно и под гидравлическим прессом!
При ударе троса о голову раздался странный звук, как будто молотком стукнули по пустому металлическому бачку: БАМ-М-М! Пиджак лишь удивлённо почесал темечко, вскинул на меня квадратные глаза, прохрипел:
- Твари...
И слёг пластом.
Хальдир громко и дурашливо заголосил:
- Ай-яй-яй-яй-яй-яй-яй, убили негра, убили негра, ай-яй-яй-яй-яй-яй-яй, суки, «замочили»!
Как говорится: помер Максим — ну и @уй с ним. Но у нас, эльфов, есть национальная традиция оставлять в живых обиженных родичей, чтоб впредь не скучно было. Я покрыл Хальдира и Ко квэнийским матом, таким образом восстановив порядок в их рядах. Трое придурков-разводящих быстро подняли канат обратно, а мы с Келеборном не без труда вытянули на берег бездыханное тело Пиджака. Это оказалось нелегко, потому что в нём — пудов восемь жира и мяса, а от удара он как жаба к земле прилип.
Пиджак не подавал признаков жизни и выглядел очень безрадостно.
- Подох? — спросила Галочка, расталкивая толпу.
Я пощупал бедолаге пульс. Вроде тикает. Или это его «котлы» меня в заблуждение вводят?
- Да куда там... жив. Разойдись! — скомандовал я. — Келли, подь сюды, будешь ассистировать. Щаз будем делать пострадавшему искусственное дыхание.
У меня за плечами среднее ветеринарное образование и высшая школа КГБ. Зажав Пиджаку нос двумя пальцами, я по всем правилам медицины приступил к реанимации потерпевшего путём искусственного дыхания рот в рот. У Пиджака были не в порядке зубы и желудок, да к тому же он недавно наелся селёдки с луком. У него так жутко воняло изо рта, что меня хватило на десять минут, после чего я решительно отказался продолжать. Иначе бы меня просто вырвало.
- Чёрт с ним, пущай подыхает.
- А ты вообрази, что целуешь прекрасную, сексуальную блондинку с длинными стройными ногами, пышными бёдрами и большим шикарным бюстом, шестикратную победительницу конкурса «Мисс Эротика», - посоветовал Келеборн.
Я вообразил. Реанимация пошла веселее, потому что воображение у меня богатое. Галочка потом сказала, что я сильно увлёкся процессом и вообще выглядел глубоко озабоченным.
Короче, очнулся я только тогда, когда в мою башку ткнулось дуло пистолета, а Пиджак приподнялся на локте и мрачно произнёс:
- Я не понял, ты чё присосался? «Голубой», что ли?
- Убери «пушечку», приятель, - сказал я, осторожно отводя пекаль в сторону. — Хоть бы спасибо сказал: я тебе жизнь спас.
- Типа, спасибо! — Он одарил меня пролетарским рукопожатием, сплющив мне пальцы, как в компакторе.
Затем поднялся. Вид у него был помятый, но он всё ещё бодрился. Галочка, очнувшись, скомандовала зычным ефрейторским басом:
- Смир-на!
Лохи-разводящие опять выпустили рычаг, и неуправляемый трос снова упал в воду. В последний момент я успел отдёрнуть Пиджака в сторону. Исключительно из гуманных побуждений по отношению к тросу: один удар он пережил, где гарантия, что от второго не сломается?
В этот момент у Пиджака в кармане что-то захрипело. Пиджак стал хлопать себя по карманам, и из двух карманов вытащил два мобильных телефона: один обычный, а второй «книжку», но оба дорогущие, с цветомузыкой, с цветными дисплеями, с полифонией, играют - прям как симфонический оркестр. Пиджак посмотрел сначала на один телефон, потом на второй и кучеряво выматерился:
- Мать вашу за ногу! Мобилы сломались! Как я теперь разговаривать буду?
- Да плюньте вы на них, - ласково ответила Галочка, земно поклонившись ему в ноги и подметя косой дорожную пыль. — Вы лучше каравайчика откушайте, сударь, милости просим. А мобилы вам не понадобятся, у нас всё равно связь не работает.
- Ах да, - спохватился Пиджак. — Конечно.
Он схватил каравай за румяный бок и попытался отломить кусок. Ему это не удалось. Крышка от кастрюли пропеклась очень хорошо. Он ломал каравай минут пять, пока добросердечная Галочка не присоветовала:
- А вы зубками его, зубками.
Пиджак послушался и вонзил в каравай клыки. Тотчас раздался глухой хруст ломающихся зубов. Рожа Пиджака перекосилась, как от кислого. Я думаю, надолго он запомнил тот каравай. Насколько мне известно, после этого он никогда ничего больше так вот просто не кусал: сначала тыкал вилкой местах в трёх, четырёх.
Пиджак вытащил зубы из каравая и сказал:
- Ни фига фебе!
- Да шо ж вы, родненький, поди, зубки «блендамётом» не чистите и «дирол» без сахара не жуёте? - ласково промурлыкала Галочка, отламывая ему кусок каравая. Разумеется, в том месте, где корка была потолще.
- Да я за зубы тонну баксов выложил! — в сердцах молвил Пиджак, беря кусок. — Я этого дантиста раком вые@у, я ему «очко» порву, как мордорскую свастику!
С этими словами он засунул кусок хлеба в солонку с героином, причём так хорошо макнул, помял ещё и сунул в рот.
- Странная какая-то соль у вас, - удивлённо заметил он, прожевав кусок. — Ик!
- Прошу к столу! — высокопарно провозгласил Келеборн, тщетно пытаясь стереть с рожи идиотскую ухмылку.
Мы двинулись в Стэрру. По дороге Пиджак упал на дорожке с солидолом. Немного. Раз десять. Когда он начинал падать, мы дружно отскакивали в разные стороны, потому что придавит такой тушей — мало не покажется. Однако ежели бы он не падал, не знал бы я, как людской язык богат. А я-то думал, только мы, эльфы, кучеряво выражаться умеем.
Кое-как доковыляв до штаб-квартиры Лориэнских, мы ещё три часа убили на то, чтобы поднять Пиджака на Дэлонь. По пути его от героина «расплющило», он начал глупо подхихикивать, шататься, и сделал попытку сплясать «Танец маленьких леб@ядей», прихватив меня в качестве партнёрши. Я вывернулся. А потом он сделал попытку улететь, но Келеборн вовремя поймал его за ботинок и вернул на грешную землю.
- Ч-чёрт, - пробормотал Пиджак. — Ч-чего это меня так раскумарило?
- Перегрелись вы, монсеньор, - сладким елеем расплылась Галадриэль, одновременно пихая мужа кулаком в бок, чтобы тот перестал ржать.
На Дэлонь мы волокли Пиджака всем миром на буксире. Он пел «Мурку», упирался руками и ногами и никуда не хотел идти. Представьте, что у человека слуха нет, а глотка лужёная. Наконец он чуть не перемахнул через перила с криком:
- Я Бэтмэн!!!
Мы с Келеборном успели втащить его обратно буквально в последнюю секунду. Поскольку ни я, ни Келеборн богатырским сложением не отличались, товарищеский матч продолжался долго и едва не завершился нашим поражением. Пиджак чуть не уронил нас обоих вниз. Спас Хальдир — он на досуге реслингом занимается. Он треснул Пиджаку по мордасам и помог затащить его на лестницу.
Но всё имеет конец, закончилась и проклятущая лестница. Мы вступили во дворец, где уже всё было готово к празднику. В дворцовой живопырке нас ожидал накрытый и изысканно сервированный праздничный стол, на котором уже стояли графины с нашим фирменным «ершом».
Мы сели за стол и окунулись в лёгкую атмосферу ланжа. Зала была иллюминирована свечами. Под потолком болтался зеркальный шар, распространяющий по стенам солнечные блики. В углу зала была оборудована сцена, на сцене играл небольшой оркестр: бас, альт, две скрипки, флейта и барабан. Исполняли классическую музыку: всякие там арии из опер, да романсы старинные. По такому случаю Келеборн пригласил знаменитого певца-тенора.
Классическую музыку я ненавижу. Я слушаю исключительно труЪ-блэк-метал и очень уважаю всё, что громко гремит, истошно вопит и выносит мозг бластбитами. Хальдир, кстати, тоже. Келеборн от джаза тащится. Галочка - хиппи старой закалки, ей подавайте рокындролы и блюзы. Орофин с Рамилом – классические готы. Но мы единогласно решили пожертвовать своими ушами ради того, чтобы помучить Пиджака. Мы знали, что люди такой профессии и с таким интеллектом классическую музыку органически не переваривают.
Сначала мы сидели спокойно, что-то ели, что-то пили, я даже попытался произнести парочку хитротрахнутых тостов, но разговор не клеился. Пиджак морщился, вертел головой, ёрзал, будто сел на ежа, короче, вёл себя странно. Вокалист на сцене заливался соловьём:
- ...Я встретил Вас
И всё былое…
А поёт-то как красиво! Я, даром, что ненавижу романсы, и то заслушался. Смотрю: Пиджак встает и решительно идёт к оркестру. О чём он с ними говорил, я не расслышал, меня Келли своим гнилым «базаром» отвлекал, но после короткого диалога он достаёт из кармана пиджака «лопатник» - здоровенный, как чемодан, набитый «зеленью» до краёв. Берёт он, значит, полтишок «грина» и отваливает вокалисту, а также всем оркестрантам. После чего, довольный, возвращается за стол. Вокалист рот разинул, да как загорланит:
- Голуби летят над нашей зоной,
Голубям нигде преградок нет,
Как бы мне хотелось с голубями
На родную землю улететь.
Но забор высокий не пускает
И колючка в несколько рядов.
Часовые с вышек наблюдают
И собаки рвутся с поводков.

У всех сидящих за столом челюсти с грохотом пали на пол. От сотрясения пола при падении челюстей сработали сигнализации припаркованных за окном автомобилей. Нашаривая в карманах ключи и тихо чертыхаясь, владельцы машин потянулись к выходу.
Оркестр продолжал играть блатное и играл все три часа, пока мы обедали. Я наклонился к уху Келеборна и мрачно спросил:
- Как зовут этого мудака? - имея в виду вокалиста.
- Малгален, а что?
- Он где отбывал?
- А почему тебя это интересует?
- Потому что нормальный эльф в здравом уме не выучит столько блатных песен. А я считал, он уже штук двадцать спел, причём на память.
Келеборн поморщился и наколол на вилку солёный огурец.
- Ты еще спроси, почему он глаза подкрашивает.
До меня доходило слабо:
- А почему?
- А ты угадай. С трех попыток, — подколол меня Келеборн и потянулся за вторым огурцом.
Получив от музыкантов то, что хотел, Пиджак успокоился, мгновенно ожил и повеселел. Он усердно ел, а ещё более усердно пил. Я смотрел на него и гадал: лопнет или не лопнет? И сколько в него вообще теоретически может влезть? Оказалось — много. Я столько не съем. Меня разорвёт. И столько не выпью. Загнусь от алкогольного делирия. Тем более, от «Огонька». Этой пакости больше одной рюмки пить опасно: ласты склеишь за здорово живёшь, потому что бухло гремучее, что твой нитроглицерин. Хоббитский «сэм» на димедроле по сравнению с ним — просто микстура от поноса. Поэтому приглашённые, будучи мною заранее предупреждены о составе горячительных напитков, благоразумно цедили по маленькой рюмочке в час и то, наиболее слабонервных и склонных к падучей я попросил не злоупотреблять. Мы с Келеборном — колдыри с многотысячелетним стажем — даже мы не рискнули принять на грудь больше командирских ста грамм. Хотя мы к этому делу привычные. Керосин можем хлебать без ущерба для здоровья. А Пиджак хлестал галлонами. Галадриэль не без злого умысла поставила перед ним на стол здоровенную пивную кружку ёмкостью около литра (в таких в Нуменоре во время войны подавали на розлив пиво в пабах), и каждые сорок минут наливала с горкой. И Пиджак, восприняв кружку как акт доброжелательства со стороны эльфов, всякий раз опорожнял её до дна.
Часика через два «новый средиземец» начал бледнеть, потом зеленеть, потом вообще стал фиолетовый в крапинку, потом начал клониться к столу, ронять на пол еду и посуду, потом попытался изобразить рвотные позывы, и в довершение опрокинул кружку. Бухло растеклось по столу полноводной рекой, распространяя едкий запах бензина. Скатерть зашипела и начала плавиться вместе со столешницей. Посреди стола образовалось омерзительное чёрное пятно. Наше питьё прожгло столешницу насквозь, полилось на пол и начало прожигать ковёр.
- Полундра! — взвизгнула Галочка, выронив ножик на пол, что, как известно, символизирует скорый приход гостя.
Келеборн в отчаянном прыжке попытался поймать нож, но не успел. Нож упал на пол и воткнулся в половицу. А Келеборн растянулся на полу.
Пиджак уронил голову в тарелку с салатом, но тут же поднял её и заплетающимся языком проговорил:
- М-мне надо… ос-ос-освежить... ик!.. ся...
Он вскочил и с прытью, которой мы от него не ожидали, бросился на улицу. Я понял, куда он метит. В сортир, проблеваться. Метнулся к одной кабинке, другой, третьей. Не повезло: двери в них были стеклянными.
Остался только один туалет...
Тот самый, заминированный.
Пиджак нацелился в него.
- Сейчас жахнет, - прошептал я.
Пиджак вбежал в «скворечник», запнулся о натянутую Хальдиром проволоку, не удержался на ногах и полетел лбом вперёд. Проволока оборвалась с печальным звуком, как будто лопнула басовая гитарная струна. Хальдир - вот же контра недобитая! — догадался стальную проволоку натянуть вместо медной! Идиот! Стальную для настоящих «растяжек» используют.
Спустя какой-то момент прогремел взрыв устрашающей мощности. Новогодние петарды ТАК взрываться не могут — зуб даю! С ТАКИМ бадабумом взрываются только противотанковые мины, а я, поверьте, много раз слышал, как мины рвутся, и что-что, а грохот пистона от грохота снаряда отличить могу.
БУМС!!! — стены, дверь и крыша сортира разлетелись в щепки, мгновенно исчезнув в туче пыли. БЭМС!!! - вверх на пятьдесят метров взметнулись земля, клочья травы, куски досок... Контуженный Пиджак упал на «очко». Подпиленные доски треснули, пол провалился, и мой будущий кум с воплем полетел в выгребную яму. Протаранив десять погонных метров воздуха, он приземлился аккурат в кучу жидких фекалий.
- Чёрт, - сказал Хальдир, почесав «репу». — Похоже, я с порохом в петардах переборщил.
Я резко обернулся, схватил его за грудки и хорошенько встряхнул, несмотря на разницу в росте и весе. Химик-то наш — здоров гусь.
- Ты бы, козлячья рожа, туда ещё гексагену забодяжил! Бен Ладен хренов!
- Да Бен Ладен - пацан по сравнению со мной! — подбоченясь, возмутился Хальдир.
Келеборн задумчиво спросил:
- Слышь, Хэл, ты какой детонатор ставил?
- Знамо дело, какой: УЗРГМ, - ответил Хальдир. — Других на нашей «барахолке» не продают.
- Хорошо сработал. Вовремя, - сказал Келли. — Так, надо проверить, что с нашим гостем. Утопнет - нас же посодють за убимство народного – гы-гы! - избранника.
Из выгребной ямы неслись полупридушенные крики-вопли:
- Лю-у-у-у-ди-и-и-и-и!!! Карау-у-у-у-ул! Спаси-и-и-и-ите-е-е-е-е! Тону-у-у-у-у! Ма-а-а-а-ма-а-а-а! Ёперный театр, да хуле встали, вытащите же меня, наконец!
Я толкнул Хальдира в спину:
- Валяй, спасай его теперь.
- Так он же не нас зовёт, а людей, - вывернулся этот террорист недоделанный.
На шум сбежалась половина Лотлориэна.
- Что это было, ядерный взрыв? - спросил Орофин.
- Ба, никак сортир подвзорвали! - восторженно ахнул Рамил.
Мы все собрались около ямы, хором споря, что делать, как вытаскивать Пиджака.
А тот орал:
- Руку, руку дайте!
Золотые цепи и «гайки» тянули его вниз. Он нырнул с головой и в три приёма поскидывал свою железную амуницию, утопив драгметалла на сто тысяч баксов. Говорят, долго потом после этого старатели-добровольцы из ямы золотишко вымывали.
Пиджак зазря надрывался. Во-первых, никто ему руку подавать не хотел, иначе потом вовек не отмоешься. Во-вторых, слишком далеко он плавал – не дотянуться. Когда первая оторопь прошла, Келеборн распорядился бросить утопленнику канат. Пиджак обвязал его вокруг пояса, и, взявшись за энтот самый канат, электорат с шутками и прибаутками вытянул его из ямы.
Очутившись на твёрдой земле, Пиджак скинул канат и, отряхиваясь и ругаясь на чём свет стоит, побрёл к дому, оставляя за собой пахучий след из дерьма.
- Стой, где стоишь! — испуганно закричал Келеборн, замахав руками, как ветряная мельница.
Пиджак послушно остановился.
На полянку въехала пожарная машина и затормозила метрах в десяти - пятнадцати от потерпевшего. На Пиджака направили брандспойт и включили воду. Напор подали максимальный, как говорят пожарники, «на пятёрку». Струя сбила «нового средиземца» с ног и покатила по земле. Напором воды с него смыло одежду, ботинки и даже татуировки. Пиджак попытался возмутиться, но не смог, потому что от ледяной воды у него перехватило дух. Катаясь по земле, он лишь громко стучал зубами от холода, и стук его зубов заглушал рёв двигателя пожарной машины.
Поливали его до тех пор, пока вода в цистерне не закончилась. А там её было много, тонны полторы. Когда вода закончилась, посиневший от холода Пиджак с трудом встал и на негнущихся ногах, зябко обхватив себя руками за плечи, припустил к Дэлони. Зубы его продолжали стучать, как затвор автомата. Келеборн погнался за ним с криком:
- Сударь, сударь, сударь, прикройтесь ХОТЬ ЧЕМ-НИБУДЬ, здесь же женщины!..
Галочка скептически хмыкнула:
- Я семь тыщ лет замужем. Уж если я видела одного голого мужика, значит, я видела их всех.
Я задумчиво констатировал:
- Тем не менее, среди нас есть незамутнённые девушки. Значит, надо бы его во что-нибудь одеть.
Как на грех, Пиджак прибыл в гости без багажа.
- Где же на ТАКУЮ тушу одёжку найти? — ещё задумчивее пробормотала Галочка. – А впрочем, есть у меня костюмчик, ещё от покойного братца Ородрета остался. Думаю, если кое-где вытачки подпороть, он на него налезет.
Костюмчик покойного Ородрета пришёлся Пиджаку если не в пору, то, во всяком случае, жал не очень. Правда, из моды давно вышел, потому что Ородрет больше шести тыщ лет назад дуба врезал, я тогда ещё не родился. Келеборн дико извинялся, говорил, что охотно одолжил бы свой, но, увы, размер не тот. Среди обитателей Лориэна не оказалось эльфа подходящей комплекции. А мой гардеробчик не налез бы Пиджаку даже на ногу. Я же тощий, из таких, как он, можно сделать троих меня.
- Костюмчик сидит как влитой, - распиналась Галочка, заботливо обирая пылинки с Пиджака. — Не смотрите, что он молью трахнутый. На самом деле он очень дорогой. Этот костюмчик Ородрет покупал на какой-то презентации мод «от кутюр».
- Слышь, жена, а поприличнее есть что-нибудь? — тихо спросил Келеборн, отозвав её в сторонку. — А то у этого костюмчика такой вид, будто моль его просто не доела.
- Если он не будет глубоко дышать, костюм выдержит, - сквозь зубы процедила Галочка.
(Разговор, естественно, вёлся на квэнье, дабы не травмировать и так потраченную психику нашего гостя.)
Пиджак до сих пор не отошёл от ледяного душа и так дрожал, не мог попасть в рукава. Честно говоря, чтобы облачиться в национальный эльфийский костюм, нужна сноровка. Я помогал ему, как мог, стараясь не производить резких движений и не чихать, иначе одежонка просто бы рассыпалась.
- А назад его в чём отправим? — продолжал Келеборн. — Не в этом же отрепье.
- Не смей хаять костюм, - отвечала Галочка. — Он в самом деле очень дорогой...
- Это у меня руки не дошли выбросить весь твой старый хлам...
- …Ородрет никогда не покупал никчемных вещей! У него был очень изысканный вкус.
- Да, я помню. Зелёные дреды, кольцо в пупке, пирсинг в носу и майка в сеточку. Когда он припёрся на нашу свадьбу в Дориат, Тингол от страха упал с трона и повредил балду, а остальных пришлось корвалолом отпаивать.
- Готово, - объявил я, любуясь произведением рук своих. — Это, конечно, не «от кутюр», но и не совсем лохмотья.
- Предлагаю пройти за стол, - сказал Келеборн на вестроне. — Будем нашего гостя спиртом отогревать. А то посмотрите на него: синий, как покойник. Вы как, гость, не возражаете?
Гость согласно кивнул: типа, не возражаю.
Мы вернулись в столовую, сели за стол и начали «отогревать» Пиджака. Спирта не было, пришлось удовлетвориться самогоном. Прошло не меньше получаса, прежде чем на физиономию гостюшки вернулся слабый румянец.
Мы уж, было, порадовались, что остаток дня пройдёт спокойно. Зря, очень даже зря.
В самый разгар «отогревания» (Пиджак уже отошёл, повеселел и даже начал анекдоты зэковские травить), дверь распахнулась.
- Вот вам и ножик упавший... - тихо и испуганно прошептал Келеборн.
На пороге стоял дедушка Гэндальф. Но мама дорогая, в каком виде! Серый балахон превратился в живописные лохмотья. Ко лбу прилипла туалетная бумажка. На шее болтался пластмассовый стульчак от унитаза. Глаза метали молнии, из ушей дым налил, из ноздрей пламя пыхало. В руках он держал клюку и ею многозначительно поигрывал.
Мы с Келеборном переглянулись и, не сговариваясь, дунули к дверям, потому что поняли, что сейчас кто-то огребёт. Пиджак оглянулся, испуганно взвизгнул и побежал за нами.
Мы с Келеборном очень удачно с разгону одновременно умудрились пропихнуться вдвоём в одну дверь. Пиджак ломанулся за нами. Раздался глухой удар пальцев о дверь. С косяков посыпалась краска. Пиджак отлетел назад, разбежался во второй раз и попробовал опять проскочить в дверной проём. Но опять зацепился пальцами об косяки — пальцы-то он веером держал. На сей раз со стены обвалилась штукатурка. Пиджак хотел разбежаться третий раз, но уже не успел.
Клюка Гэндальфа со свистом опустилась ему на голову. У Пиджака даже искры из глаз посыпались. Он аж присел, бедный. Поражённый такой борзостью, он позабыл все матерные слова, и даже веер из пальцев сложился.
Не придумав ничего более умного, Пиджак бросился наутёк. Митрандир — за ним, на ходу его клюкой охаживая. Звуки были такие, будто палас выколачивали. Каждый удар выбивал из костюма Пиджака тучи пыли и стаи моли. Моль с возмущённым кудахтаньем разлеталась в разные стороны, на лету выплёвывая куски шерсти.
Пиджак - даром, что туша центнера на полтора — драпал с такой скоростью, что побил все олимпийские рекорды по забегу на короткие дистанции. Но тов. Серый не отставал. Такой прыти от старикашки я, честно говоря, не ожидал. А ведь он всё время жаловался на подагру и ревматизм! Теперь я знаю лучшее лекарство от этих болезней: окунитесь в выгребную яму и хорошенько после этого побегайте.
Поняв, что в замкнутом пространстве Гэндальф рано или поздно укандробобит его клюкой, Пиджак с разбегу выпрыгнул в окно, вынеся его вместе с двойной рамой.
- Стеклопакеты — три тыщи «деревянных» за штуку, - мрачно подсчитал Келеборн, наблюдая за его полётом.
Митрандир не растерялся. Гляжу: снимает с шеи стульчак от унитаза, прицеливается и швыряет вслед убегающему Пиджаку, яко бумеранг. Пиджак успел отбежать на двадцать метров, когда стульчак с размаху шибанул его по глобусу. Где-то, как выразился один известный советский сатирик, в районе Череповца.
Раздался малиновый звон. И упал Пиджак, аки сосенка, под самый под корень подрубленная.
Иваныч с криком: «Не уйдёшь, гидра мирового капитализма!» выпрыгнул из окна, подбежал к распростёртому на земле Пиджаку и несколько раз угостил его клюкой.
- Эй, дед! — крикнул я с дерева. — Забыл: лежачего не бьют!
- Это кто такой умный!? — взвизгнул дедушка.
Келеборн влепил мне подзатыльник:
- Итить твою налево, ты чё орёшь?! Так бы он нас не заметил, а щаз всё, п@#дец.
Забыл уточнить, что пока Гэндальф выбивал говно из Пиджака, мы с Келеборном выбежали на улицу и нашли спасение в ветвях огромного мэллорна, росшего рядом с дворцом. Если Пиджак побил все рекорды по бегу, то мы побили все рекорды по скоростному восхождению на вершину, так как взобрались на макушку дерева примерно за две минуты.
Подойдя к дереву, Гена постучал по нему посохом.
- Слазьте, уроды!
- Ага, щаз! - ответили мы хором.
Гэндальф попытался палкой пощекотить Келеборна, но тот сидел высоко. Тем более он не мог пощекотить меня, так как я сидел ещё выше. Поплевав на руки, Гена ухватился за ствол, и в это мгновение его прострелило в районе поясницы.
Согнувшись пополам, Гена заохал, хватаясь за спину:
- Охо-хо-хо-хо, радикулит!
Мы с Келеборном радостно переглянулись и хлопнули друг друга по рукам:
- Один — ноль в нашу пользу!

Окончание следует...


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
investigatorДата: Среда, 18.12.2013, 22:39 | Сообщение # 5
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4062
Репутация: 627
Статус: Отсутствую
И в этот момент увидели толпу, несущуюся со стороны Дэлони. На подмогу шло население Лориэна количеством ...дцать тысяч рыл. Видимо, кто-то сообщил, что Фантомас разбушевался, потому что народ успел вооружиться. Хальдир, например, тащил ухват. Орофин нёс канат, готовясь вязать буйного волшебника. Рамил пёр огнетушитель, а Галочка размахивала огромной сковородой с антипригарным покрытием.
- Дура! — завопил Келеборн с дерева, опознав марку сковородки в руках жены. — Ты зачем «Цептер» взяла?! Она же туеву хучу бабла стоит! Чугунную надо было брать, она тяжелее, и дешёвая!
- Тебя не спросила, умник! — огрызнулась Галочка.
Гэндальф продолжал стонать и охать, не в силах принять вертикальное положение. Поэтому мы с Келеборном рискнули спуститься. Правда, не раньше, чем Хальдир припёр старикана к дереву кухонным ухватом.
- Дед, - сказал он. — Угомонись. Ты чё разбушлатился? Совсем чердак поехал?
Спрыгнув на землю, я подбежал к бездыханному телу Пиджака и пощупал ему пульс.
- Жив? — спросил Келеборн тревожно.
- Жив.
Пиджак приподнял голову и, выплёвывая остатки зубов, прогудел:
- Фот вэ фука!..
- Чё-чё? — уточнил я.
- Фё — по-китайфки фопа! — ответил Пиджак, поднялся и, держась за мягкие места, охая и прихрамывая, побрёл в дом.
- Не понял, - недоумённо молвил я.
- Оставь его, - ответил Келеборн. — Не видишь — расстроен человек.
И обернулся к Иванычу:
- Гена, объясни, на кой хрен ты ему люлей навешал? Ты бы хоть сначала документы спросил, прежде чем бить.
Иваныч поглядел вслед Пиджаку. Потом посмотрел на меня. Потом на Келеборна, потом опять на меня, и спросил:
- А кто это?
- Это был мой будущий кум, за которого ты, подлец, так рьяно агитировал, - злорадно объяснил я. — Только мне кажется, после ТАКОГО радушного приёма свадьба не состоится.
- Аллах акбар! — в ужасе воскликнул Гэндальф и побежал догонять Пиджака, крича ему вслед: - Милостивый государь, простите, ради бога! Обознался!
- Та нифё, нифё, вфё новмально...
К счастью, тут Гене снова стрельнуло в седалищный нерв, и мы дали сигнал уносить его, пока он своими извинениями не успел задобрить Пиджака. А то у нас с Келеборном розыгрыши закончились.
Под занавес хотелось бы отметить, что не зря мы с лориэнской братвой напрягались. Свадьбу предотвратить удалось. Сразу после побоища Пиджак собрал оставшиеся вещички и заявил, что немедля уезжает. Мы с Келеборном были настолько счастливы, что довезли его на «Хозяйке» до Нимродэли и переправили на другой берег на лодке, туда, где его ждали телохранители и сынулька.
- Ну что, папа, - спросил сын благоговейно. - Как тебе будущие родственники, понравились? Дашь добро на свадьбу?
Пиджак помолчал немного, потом, поправляя вставную челюсть, сказал:
- Ну её нах, эту эльфийскую тёлку. Бросай её, курву, я тебе другую бабу найду.
- А что такое? — огорчился сын.
- Сынок, если они с РОДСТВЕННИКАМИ так обращаются, то я представляю, что они с ВРАГАМИ делают!
- А как же герб, происхождение, родословная? — заревел белугой «мистер Андерсон».
- Не ссы. Куплю я тебе и герб и происхождение. Лучше немного потратиться, чем жизни лишиться.
Ну, а мы с Гэндальфом собрались домой. На прощание мы с Келеборном долго обнимались и целовались тройным коммунистическим. Даже выпили на посошок. Знаете, кажется мне, тестюшка мой вовсе не такой отвратительный, каким я его раньше считал. Честное слово, вот уж взаправду: горе сближает.
- Келли, - спросил я на прощание после пропущенного стаканчика. — Я давно хотел у тебя спросить. Можно?
- Валяй, - благодушно согласился Келеборн.
- Это всё-таки ты снимался в зоофилке «Любовь к животным»?
Келли воровато оглянулся. Вокруг никого не было.
- Нет, не я. Но я тебя тоже кое о чём хотел спросить.
- Валяй.
- Ты спал с моей женой?
Я воровато оглянулся. Вокруг никого не было.
- Нет, не спал.
Мы тепло пожали друг другу руки и расстались друзьями.
До Имладриса мы с Геной доехали на «Хозяйке». Хальдир нас довёз. «Шоху»-то мою Арвен угнала. Обратная дорогая выдалась веселее, потому что «таблетка», несмотря на ушатанный вид, шла гораздо бодрее моей «жиги». Когда я выразил удивление, Хальдир ответил, что немножко её подшаманил, поэтому у «Хозяйки» теперь только кузов свой, а нутро – от нового «порше».
Вскоре показался Имладрис.
По пути во дворец мы проехали мимо кожно-венерологического диспансера и констатировали необычный наплыв посетителей.
- Чего это туда народ вдруг повалил? — удивился Гэндальф. – Вроде осенний призыв ещё нескоро…
Зато я, кажется, начал догадываться.
Во дворце меня встретил Эрестор.
- Салют, ребята!
- Эрестор, камрад!
- Чё, мужики, как доехали?
- Всё ништяк!
- Как свадьба?
- Свадьбы, - торжественно провозгласил я, - не будет! По этому поводу надо непременно выпить. Где там Глорфиндэль?!
Эрестор сделал загадочный вид.
- А вы не знаете?
- Чего не знаем? — хором спросили мы с Геной.
- Он в больнице. В травматологии. Уже три дня.
- К-как в трав-травматологии? — не понял я. — Что случилось?
- Поезжайте — сами спросите. Только не говорите, что я вас навёл. Он умолял никому не рассказывать.
Не переодеваясь и не перекусив, мы с Гэндальфом поехали в ЦКБ. Благо, недалеко — километра два от дворца.
В травматологию нас пропустили без проблем, и вот мы уже входим в палату, где лежал наш страдалец.
Войдя, я сначала оторопел.
Потерпевший возлежал на кровати весь в бинтах. Правая нога в гипсе, левая рука висела на растяжке над головой. Растяжка представляла собой сложное техническое сооружение из блоков, верёвок и гирь. Рожа красавчика Глорфиндэля была разрисована синяками во все цвета радуги, а волосы заметно уменьшились в количестве.
- Да, Глори, так жалко ты не выглядел даже после драчки с балрогом, - мрачно резюмировал Иваныч.
- Хочешь сказать, старый хрыч, мой хладный труп на дне ущелья Кирит Торонат смотрелся более гламурно? – огрызнулся Глорфиндэль.
Рядом с кроватью на табуретке, небрежно накинув белый халат на форменный китель, сидел вальяжный как индюк Гилдор Инглорион и брал у Глорфиндэля объяснение.
- Привет, Гил. А ты что здесь делаешь?
- Справка из травмопункта пришла. Итак, рассказывай, что с тобой произошло.
Глорфиндэль отвернулся и нехотя произнёс:
- Упал пьяный с лестницы. Все ступени пересчитал.
- Ты уверен? — спросил Гилдор.
- Б#я буду.
- Гонишь, - убеждённо произнёс Гилдор. – Не пытайся меня обмануть, я же мент. Я даже могу сказать, как всё было на самом деле. Заяву будешь писать?
- Какое, на @уй, заявление, чё ты городишь! Всё равно лестница мне не заплатит за лечение.
- Глори, - молвил я с возрастающей паникой. — Но хоть МНЕ ты можешь сказать?
- Не могу! — отрезал тот.
Позже я узнал, что с ним произошло. Просветил меня Элладан; иногда он не такой дурак, каким кажется.
- А было так, папа, - сказал он. — Арвен, когда приехала, всем своим полюбовникам рассказала, что Глори её кое-чем наградил. А полюбовников у неё не меньше роты. Эта братия вооружилась лопатами, кольями и граблями и припёрлась на разборки. Глори, конечно, крутой перец, каратека и всё такое, но против сотни не выстоял. Так его отп#$дили — кости мягче мяса стали. Элрохир хотел вмешаться, но я ему посоветовал не встревать, а то бы и нам перепало. Уж больно ребята злые были.
- Похоже, Эл, ты пацана подставил, - попрекнул меня Гена.
- Ни фига подобного! Шутка про КВД — это он сам придумал. Кроме того, разве я мог предположить, что она всем расскажет?..
Как говорится, в каждой шутке есть доля… истины. Вся эта история оказалась чистой правдой, о чём я даже догадаться не мог! То-то мы удивлялись, почему столько народу стояло в очереди в КВД! Только виноват в этой истории оказался не Глори. Он, оказывается, сам подцепил «хлам» от Арвен. А где заразу подхватила Арвен — я дознаться так и не смог...

КОНЕЦ


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
Darth_ElliaДата: Среда, 18.12.2013, 22:53 | Сообщение # 6
Пришедшая из Аст Ахэ
Пол:
Группа: Модераторы
Сообщений: 1355
Репутация: 422
Замечания: 0%
Статус: Отсутствую
Цитата investigator ()
До этой поездки Гена был Серый. После этой поездки он стал натурально Белым, так как натерпелся страху на всю оставшуюся жизнь.

Вот что случилось на самом деле! А историю с Балрогом он уже после сочинил!


Прежде чем ставить эксперименты, задумайтесь об их возможных последствиях. И о тех, кому потом эти последствия разгребать...
 
GreenTeaДата: Среда, 18.12.2013, 23:35 | Сообщение # 7
Пол:
Группа: Модераторы
Сообщений: 6613
Репутация: 144
Замечания: 0%
Статус: Отсутствую
Уф, прочла (утирает слёзы смеха и с трудом восстанавливает дыхание)

(мечтает) Инв, вот бы в твоём переложении ВК почитать....
 
Darth_ElliaДата: Среда, 18.12.2013, 23:47 | Сообщение # 8
Пришедшая из Аст Ахэ
Пол:
Группа: Модераторы
Сообщений: 1355
Репутация: 422
Замечания: 0%
Статус: Отсутствую
Цитата GreenTea ()
Инв, вот бы в твоём переложении ВК почитать....

"Обеими руками ЗА"


Прежде чем ставить эксперименты, задумайтесь об их возможных последствиях. И о тех, кому потом эти последствия разгребать...
 
investigatorДата: Четверг, 19.12.2013, 20:49 | Сообщение # 9
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4062
Репутация: 627
Статус: Отсутствую
GreenTea, Darth_Ellia, спасибо за комменты.
Цитата GreenTea ()
Инв, вот бы в твоём переложении ВК почитать....

Не-не-не, за такой эпохальный труд я не возьмусь.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
GreenTeaДата: Четверг, 19.12.2013, 22:14 | Сообщение # 10
Пол:
Группа: Модераторы
Сообщений: 6613
Репутация: 144
Замечания: 0%
Статус: Отсутствую
Цитата investigator ()
Не-не-не, за такой эпохальный труд я не возьмусь.

Ну, хотя бы написать пару рассказиков на тему, что Элронд делал, пока остальные Спасали Мир
 
investigatorДата: Воскресенье, 22.12.2013, 15:17 | Сообщение # 11
*Оборотень в погонах*
Пол:
Группа: Администраторы
Сообщений: 4062
Репутация: 627
Статус: Отсутствую
Цитата GreenTea ()
Ну, хотя бы написать пару рассказиков на тему, что Элронд делал, пока остальные Спасали Мир

Пока нет никаких идей.


Цепной пёс Кровавого Режима, Тиран и Самодур (с)

Господа! Я циник, пошляк, издеватель и извратитель. Я обо... (глагол опущен) и светлых и тёмных, и буду заслужено бит и теми и другими. (А. Свиридов)
 
Форум » Уголок толкиениста » Фанфики по вселенной Толкиена » История № 5. Отец невесты (Как папа Элронд дочку замуж выдавал.)
Страница 1 из 11
Поиск:



Данный сайт создан исключительно для ознакомления, без целей извлечения выгод имущественного характера. Все материалы, размещённые на нём, являются собственностью их изготовителей (правообладателей) и охраняются законом. При публикации на сайте/форуме материалов с других ресурсов ссылка на источник обязательна. Размещение материалов, содержащих прямой запрет на публикацию где-либо, кроме ресурса правообладателя, недопустимо. Права на персонажей телесериала «Звездные врата: Атлантида», фото-, видео- и аудиоматериалы, полученные в процессе его создания, принадлежат MGM. Запрещается их копирование и коммерческое использование, а также коммерческое использование любой информации, опубликованной на сайте/форуме «Корабль-улей рейфоманов. Дубль 2». При публикации материалов данного сайта на других ресурсах обязательна ссылка на его адрес: www.cradleofwraiths.ucoz.ru. Администрация сайта предупреждает, что некоторые страницы форума содержат материалы, не рекомендуемые для просмотра лицам моложе 18 лет. Каждая публикация такого материала содержит предупреждение о его характере. Администрация не несёт ответственности за преднамеренное нарушение лицами, не достигшими совершеннолетия, запрета на просмотр материалов с рейтингом 18+.

               Copyright Улей-2 © 2012-2017